Феникс - Иса Белль

– Я хочу этого ради нас, – остановила я его. – Я же вижу, как ты наслаждаешься временем с детьми в Доме, но в твоих глазах иногда пробегает грусть, хотя ты и сам не замечаешь её, потому что уже в следующую секунду улыбаешься им.

– Правда? – серьёзно спросил он.

– Ты будешь прекрасным отцом, – уверила я, переместив свои руки на его щёки и прижавшись к нему всем своим телом. – Лучшим из всех.

Доминик прижался своим лбом к моему, и мне стало так тепло, что глаза закрылись от наслаждения.

Я всегда хотела стать матерью, хоть и осознание этого пришло ко мне слишком рано, но мне было всё равно. Подарить этому миру ребёнка, который будет знать, что такое родительская любовь, было моей мечтой.

– Ты не твоя мать, – заверил меня он. – Никто из них никогда не заслуживал тебя и не понимал, каким сокровищем и искуплением ты была в их руках. Ты – ангел, сошедший с небес, который по сей день спасает всех нас и пока что я подарил тебе лишь малость того, что по праву должно быть твоим.

Я почувствовала ком, вставший в горле, но сразу же вспомнила своё обещание Доминику, которое гласило, что я буду плакать меньше, а лучше вообще не буду, но он заставлял меня делать это! Я не могла сдержаться от искренности его слов и поступков, обращённых ко мне. Они были пропитаны его любовью, и я хотела громко кричать, чтобы все вокруг услышали, как сильно я любила его в ответ.

Доминик развернул меня спиной к себе и прижал к своей груди, обнимая меня одной рукой. Я открыла глаза и встретилась с ужасным Домом Страха, который до сих пор пугал меня.

Я даже не заметила, как быстро мы дошли до него.

Рука мужчины легла на мой живот, и я положила две свои ладони поверх его, ожидая что он накроет меня своей, чего не произошло, потому что внезапно перед моими глазами оказалась фотография.

Я резко вздохнула и задержала дыхание.

Небольшая фотокарточка, на которой Доминик целовал меня в наш первый раз прямо на этом месте, заставила меня забыть о том, что мне нужно было дышать.

– Нас фотографировали? – едва уловимым шепотом, продолжая рассматривать фотографию, спросила я.

– Ты не слышала?

Я покачала головой, а затем повернула голову и заглянула в глаза мужчины.

– Была слишком занята своим первым поцелуем, – призналась я. – Мир вокруг совсем перестал существовать.

– Прости, что не показал её тебе сразу… Думаю, тогда бы мне пришлось отдать её, а я хотел сохранить себе что-то, что возвращало бы меня к тебе.

Я глубоко вздохнула, чувствуя нехватку кислорода, и повернулась, чтобы снова взглянуть на карточку, но сильный ветер, подувший в нашу сторону, выбил её из рук Доминика и начал уносить от нас.

– Нет! – прокричала я, вырываясь из объятий мужчины, собираясь догнать её, хотя она улетала с такой скоростью, что это было почти невозможно.

Доминик не отпустил меня, и я посмотрела на него с широко распахнутыми глазами.

– Я не успела запомнить её!

– У меня есть ещё, – успокоил он.

Я перестала вырваться и замерла в его руках.

– Ещё пятьдесят две копии и один оригинал, – объяснил мужчина, пока шок одолевал меня. – На каждый день, что я мог быть с тобой.

– Доминик… – по моей щеке скатилась слеза, когда он немного развернул меня к себе и быстро стёр её, но другая последовала за ней и столкнулась с его мягкой ладонью. – Но мы были вместе пятьдесят пять дней, включая тот, когда ты пришёл за мной.

– Ты считала?

Я немного стыдливо опустила глаза, потому что была так поглощена временем проведённом с ним, что считала каждый день, пока мы могли быть вместе, но Доминик подложил пару своих пальцев под мой подбородок и заставил меня вновь посмотреть на него.

– Держите голову высоко, Аврора Де Сантис, потому что больше никто не сможет заставить вас опустить её вниз. Не давай людям ложных надежд на это, – улыбнулся он.

Я кивнула, соглашаясь с ним. Подушечки пальцев стёрли ещё несколько слезинок, и я прижалась к руке Доминика, питаясь его теплом. Я потёрлась щекой об его руку и тихо счастливо всхлипнула, пока цифры в моей голове не нашли пробел.

– Но не хватает ещё одной фотографии? Где она? – поинтересовалась я.

Мужчина замялся, а затем шумно вобрав в себя воздух, признался:

– Я сжёг её.

Я несколько раз удивлённо моргнула, хлопая своими длинными ресницами, глядя на него.

– Зачем?!

– Думал, что так смогу избавиться от тебя в своей голове.

Я была в его голове всё то время и с тех пор всегда.

– Но у тебя же была ещё целая стопка копий, – напомнила ему я.

– Я не особо блистал умом, пока ты была вдали от меня.

Из меня вырвался смех, и я начала хохотать, уткнувшись лицом в его грудь.

– Копия, что я сжёг, значила тот день, когда я… – он сжал челюсти, не желая заканчивать предложение. – Я никогда не оставлял тебя. Того дня не существовало.

– Ты невозможен.

– Хорошо, что я не могу сказать тебе того же. Хотя, когда ты смеешься, мне всё ещё кажется, что ты часть моего воображения, мечтающего о совершенстве.

Я ухватилась за его руки и положила их на свои бёдра, переплетаясь пальцами с его.

– И что же я должна сделать, чтобы ты почувствовал, что я настоящая? – прикусив губу, скрывая желание, рвущееся из меня, прошептала я.

Доминик резко оторвался от моей спины, и я чуть не упала назад, но он всё ещё держал меня за одну из рук и как всегда никогда не позволял мне пасть.

– Мы так и не попали на нашу брачную ночь, – напомнил он, хотя мы начали спать с тех пор, как закрылись в конференц-зале, позабыв о наставлениях врача о том, что нам обоим нельзя было перенапрягаться, а значит и заниматься сексом тоже.

Мужчина тащил меня вперед, оглядываясь на меня.

– Но здесь буду отдыхать дети, – посмеиваясь, возмутилась я.

– Здесь и так нужно было давным-давно поменять всё, а теперь появится лишний повод, потому что после нас, все эти аттракционы станут профнепригодны.

О, Боже!

Я хихикала, чуть ли не бежав за ним.

– Доминик, подожди, – попросила я, и мужчина сразу же остановился, повернувшись ко мне. – Я люблю тебя.

На его лице расплылась самая счастливая из всех его улыбок, которую он дарил мне, когда я откровенничала с ним. Затем мужчина притянул меня к себе, и я