Версальская история - Даниэла Стил

В начале августа Джимми смог наконец ходить без палочки. Кэтому времени все газеты трубили о будущем фильме, и Куп стал настоящим героем.Десятки старых друзей и коллег звонили и поздравляли его с удачей. Одновременноон стал получать новые интересные предложения, но большинство были рассчитанына самое ближайшее время, и Куп решительно от них отказывался. Он уже твердорешил, что уедет из Лос-Анджелеса сначала на мыс Код, потом, если удастся, вЕвропу. Валери, правда, ничего ему не обещала, сказав, что должна подумать, ноКуп почему-то был уверен: после каникул в ее доме они станут еще ближе другдругу.

И вот настали последние дни перед отъездом. К этому времениДжимми уже работал в полную силу и встречался с Алекс так часто, как толькопозволяло ее расписание. Их отношения развивались быстрее, чем онирассчитывали, и несколько раз Алекс пыталась — не столько из осторожности,сколько из суеверного страха — сменить темп на более спокойный, но стоило ейувидеть Джимми, как ее страхи тотчас улетучивались, и она снова начиналачувствовать себя беззаботной и счастливой. Марк и Тайрин планировали поехать сдетьми на озеро Тахо, чтобы отдохнуть там до начала школьных занятий.

Накануне отъезда на мыс Код Валери устроила что-то вродепрощального ужина, приготовив свои знаменитые спагетти с луком и грибами. Алексот приглашения отказалась — во-первых, в обществе Купа она чувствовала бы себяскованно, а во-вторых, она все равно должна была в этот день работать. Узнав обэтом, Валери поехала к ней в больницу, чтобы попрощаться. Они даже перекусили вближайшем итальянском ресторане и расстались еще большими друзьями, чем прежде.

Но Тайрин и Марк на ужин пришли. Марк привел с собой идетей, и Куп весь вечер притворялся очень сердитым. Грозно сдвинув брови, он спристрастием допрашивал Джейсона, сколько стекол он разбил за последние двенедели и не он ли разворотил своим скейтбордом тротуар на северной сторонеРодео-драйв. Джейсон сначала робел, но потом поддержал игру. В конце концов Купобещал, что пригласит его на площадку, когда они будут снимать в Лос-Анджелесе(«Чтобы ты покатался там на скейте, сынок!»), и Джейсон был очень доволен.Джессика отважно спросила, можно ли и ей пойти с братом, и Куп добродушнокивнул. Почему-то дети Марка больше не казались ему сорвиголовами.

— Конечно, приходи, — сказал он, покосившись наМарка и Тайрин. — Можешь даже захватить с собой подруг или кавалера, еслитаковой у тебя имеется. Я бы, конечно, предпочел, чтобы всякая мелюзга вродевас не путалась у меня под ногами, но, похоже, у меня нет выбора. Что-топодсказывает мне, что в недалеком будущем мы станем родственниками, ародственникам нельзя отказывать. Я, во всяком случае, готов делать для вас все,что вы попросите, но при одном условии… — Он состроил свирепую гримасу имногозначительно поднял палец. — Никогда не смейте называть меня дедушкой!Моя репутация выдержала немало покушений — особенно в последние полгода, но этоуже чересчур.

Как только разнесется слух, что кто-то зовет меня дедушкой,мне начнут предлагать роли девяностолетних старцев или только что умершихродственников.

— Как это? — не поняла Джессика.

— Я буду лежать в гробу в гостиной, а главные героибудут шепотом сообщать друг другу и своим детям: «Это ваш троюродный дедушка.Он скончался в возрасте ста одного года и оставил вам очень приличноесостояние».

Джессика фыркнула, Джейсон тоже засмеялся, но на самом делеони еще не привыкли к Купу. Им обоим очень нравилась Тайрин, и они были готовыпринять ее в свою семью, но мысль о том, что Купер Уинслоу тоже станет ихродственником, как-то не приходила им в голову. Впрочем, ради той же Тайрин ониготовы были смириться с этим, к тому же в том, чтобы быть родственникомнастоящей кинозвезды, определенно что-то было. Да и Куп оказался не таким ужстрашным.

А Куп думал о том, что по прошествии какого-то времени всеони могут оказаться друг с другом в довольно сложных родственных отношениях.Например, если вдруг они с Валери поженятся, а Алекс выйдет замуж за Джимми,она будет приходиться ему… приемной снохой? Или невесткой?.. При мысли об этомКуп невольно поежился. Все это слишком напоминало небольшое кровосмешение,однако коль скоро каждый из них — даже Марковы дети — что-то от этого получал…почему бы нет?

— Надеюсь, что, когда в этом году вы с Купом попадете в«Марисол», туалет будет работать нормально, — шутливо сказал Джиммиматери, и Куп озадаченно посмотрел на него.

— В какой такой «Марисол»? — подозрительно спросилон. — Это что — отель?.. Но ведь мы собирались…

— Это не отель, — поправил Джимми. — Такназывается мамин дом на мысе Код. Его построил еще мой прадед. Это названиеобразовано от двух имен: Марианна и Соломон.

Вот и получилось «Марисол»…

Куп неожиданно побледнел.

— «Марисол»… — повторил он, и лицо еговытянулось. — «Марисол»… Почему ты ничего мне не сказала? — Он повернулсяк Валери с таким видом, будто только что узнал: последние десять лет онапровела в тюрьме по обвинению в торговле наркотиками. Впрочем, даже такоеизвестие Куп воспринял бы легче. Сейчас же у него было такое лицо, словно еговот-вот хватит удар.