Волчья ягода - Юлия Флёри

Рома чуть надменно повёл глазами и отпустил Миру весьма неохотно, а когда коробочка всё же была открыта, замер с недвижимым и полностью лишённым эмоций лицом.

– Всё это время твои часы были у меня.

Новак моргнул и осторожно провёл пальцем по гладкому стеклу.

– Убегая от твоей охраны, Ванька бросил их в канализацию. А я не смогла найти, хотя очень старалась, – Мира развела руками, припоминая былые неудачи. – Часы снесло потоком метров на сто. Ваня сам нашёл их. Я к тому времени уже вернулась к отцу, и он подбросил их под дверь, когда я отправлялась в школу. Часы не шли и… «небьющееся» стекло было выщерблено, расколото, стрелки рассыпались по циферблату. Как-то я хотела вернуть их… Ты тогда только оформил опеку… Но потом в доме оказалась твоя не в меру «громкая» подружка и я очень разозлилась, спрятала их. Решила, что не так уж ты их и достоин. Глупо, конечно… Но мне нравилось хранить у себя частичку твоей истории. Там есть гравировка, дело ведь в ней, верно? В том, кто оставил послание, кто сделал подарок?

– Мама, – сухо уточнил Новак. – И это, действительно, подарок. Последний. Через несколько месяцев она умерла.

– Ты вернул мне духи… Они тоже принадлежали моей матери, были мне очень дороги. И я подумала, что было бы неплохо рассчитаться по долгам. Я отнесла часы к мастеру. Он отреставрировал механизм, заменил стекло, отполировал браслет.

– Спасибо, подарок, действительно, достойный. И поступок… поступок тоже достоин уважения.

– Ну вот, собственно, и всё, что я хотела.

Мира растянула губы в притворно вежливой улыбке и отступила на шаг, чувствуя, как бьётся сердце, как горит за грудиной и пульсирует кровь в висках. Она чувствовала, что должна сказать что-то ещё, должна сделать, должна, должна…

– Ты уже не мальчик, Ром, сегодня тебе исполнилось тридцать. И я… желаю тебе найти себя. Себя, своё счастье, свой путь.

– Спасибо, обязательно займусь поисками на досуге, – весело отозвался он, тут же надевая на руку браслет часов, легко справляясь с застёжкой.

Мира ушла, так и не сказав ему главного. А впрочем, этого главного она пока не знала и сама. Нужно было время. Чуть больше времени, чем уже прошло. Чуть больше времени, чем давал ей тот, что уже дышал в затылок, что шёл по пятам, что заглядывал в окна. Присутствие этого неизвестного Мира ощущала кожей, но поддаваться не собиралась. Кто-то хотел её напугать, только и всего. Кто-то хотел вывести её из равновесия.

Белые конверты продолжали приходить, но их Мира выбрасывала не вскрывая. А Ванька всё же попытался выследить того, кто оставляет послания. Версия Миры с беспризорниками и просто праздно шатающимися мальчишками нашла своё подтверждение, вот только ничего толкового те сказать не захотели. «Какой-то мужик» – отмахивались они и торопились сделать ноги. «Да баба это была!» – отвечали другие, чем только больше вводили в заблуждение. И по-прежнему никаких требований или угроз.

– Ты стала кричать по ночам, – как-то за ужином заметил Ванька, и Мира посмотрела на него чуточку удивлённо. Прокашлявшись, она была вынуждена признаться:

– Мне снова снится тот кошмар…

Ваня замолчал, что-то обдумывая, а потом напряжённо сглотнул.

– Столько лет?

– Он снится не всегда – временами. Сейчас, как ты можешь догадываться, не лучший период в моей жизни.

– Это из-за Ромы? – понимающе прикинул Ванька и криво улыбнулся. – Давно его не было…

– Ну да, давно, – не придавая этому значения, Мира пожала плечами и продолжила ковырять салат. – Да и письма эти… – она неприязненно скривилась и не придумала ничего лучше, чем отмахнуться.

– Сегодня тоже пришло, – как-то скомкано отметил Ванька и отчего-то опустил взгляд. – Только там не фотография, а газетная вырезка.

Мира вздохнула и ненадолго замерла, примеряясь к информации.

– Что в ней?

– Статья о гибели твоего отца. Ты не сказала, что он был в машине не один.

– Да, со своей женой, – поддакнула Мира излишне сухо. – Думай обо мне, что хочешь, но сожаления от смерти этой дуры я не испытывала.

– Ты стала жёстче, – заметил парень и посмотрел, будто извиняясь за ненароком выскочившие слова.

– Не стала, Вань, я такой была. Иначе в моём доме было не выжить, – с неудовольствием заметила Мира, не желая лишний раз демонстрировать эту, очевидно, не самую светлую, сторону личности.

– Ты их не любила?

– Милена была беременна, а я такой, какая есть… Не думаю, что в их светлом будущем нашлось бы местечко для меня. Ты не знаешь… После смерти отца выяснилось, что я была приёмным ребёнком. Он бы избавился от меня без особого сожаления.

– В газете написано, что ты тоже погибла…

– Забавная случайность, но именно в этот памятный вечер я встретила Ромку, и он пожелал предаться воспоминаниям, а не отпустить меня домой.

– Он появился в твоей жизни случайно?

– Я могла бы предположить, что это был его коварный план, да и слишком уж настойчиво Новак уговаривал меня побыть с ним ещё немного, но факты не врут, – Мира развела руками. – Он ничего не выиграл, понимаешь?

Ванька обдумывал эту мысль достаточно долго, прежде чем осторожно уточнить:

– А кто выиграл?

Мира усмехнулась.

– Понятия не имею! – фыркнула она.

– Но ведь узнать не так уж и сложно. Чем занимался твой отец?

– Вань, узнать, действительно, несложно, сложно потом сохранить голову на плечах. Я рассталась с несметными богатствами прежде, чем успела почувствовать своё величие. И ни о чём не сожалею. Тебе, кстати, настоятельно советую не лезть во всё это.

– Я не о том. А вдруг это тот самый человек?

– Спустя столько лет? – фыркнула Мира, не придавая значения этой информации.

– Ну… ты могла что-то знать, что-то слышать…

– Вань, играть в детектива не самая лучшая идея. Всё может оказаться лишь глупой шуткой. Друзей у меня никогда не было, а вот завистников сколько хочешь. Особенно сейчас. Мало кому приходит в голову, что ради своего успеха я много работаю. Ведь думать, что счастье свалилось на голову, намного удобнее, – Мира выразительно повела глазами, но Ванька и не подумал смутиться. – Даже девчонки, которых я считала подругами… Ну, как считала… они врали, что подруги, а я не торопилась оспаривать эту весьма сомнительную информацию. Так вот они считали крайней степенью несправедливости тот факт, что мне предложили выйти замуж вперёд них. Ну как же: кто я такая, чтобы быть удостоенной подобной чести?! На моего жениха они едва не облизывались, считая его, по меньшей мере, принцем на белом коне. Из приличной семьи, с серьёзными взглядами на жизнь и грандиозными планами.

– Это тот, за которого ты так и не вышла?

– Ну да… – небрежно отмахнулась Мира. – Так вот к чему я всё это… Зная пару-тройку сомнительных фактов из моей биографии, можно неплохо нажиться. Чего только стоят беспризорные полгода! – с ощутимым давлением проговорила Мира. – А после смерти отца я, действительно, надолго пропала с радаров. Я не появилась на похоронах и не дала показания в полиции. Это вызвало много вопросов, а ещё больше версий. От совершенно дурацких до самых невероятных. На самом же деле Рома посчитал, что всё это крайне небезопасно, и я была склонна верить ему. Ещё я рассорила его с невестой. Назло наговорила всяких мерзостей! И уж она наверняка точит на меня зуб. Я поступила некрасиво, потому что была влюблена, ревновала и не хотела делиться!