Я приду с дождём - Юна Ким

Посетителем, к великому разочарованию, оказался не Ли Юнхо, хотя сердце Минны, подобно долбящей по трибунам толпе болельщиков, требовало именно его. В закусочную забрел дядя Со Сэгё в сером плаще и шляпе. Точнее, это был менбусин Ан Минджун, который, пристально осмотревшись, втиснулся между стеной и ближайшим столиком.

– Принесешь мне кофе, девочка? – подмигнул он, определив по взгляду, что Минна знает, кем он является.

– Хорошо. – Она сбегала до автомата и принесла свою чашку, поставив ее перед предсказателем. – Вы пришли ко мне?

– Да. Рад видеть, что в день рождения ты улыбаешься. Может быть, следующий праздник ты проведешь с тем, кого ждешь.

Ан Минджун достал из-за пазухи блокнот, раскрыл его и положил на столик. Листы были абсолютно чистыми.

– Я устал писать на старье. – Он вынул из-за уха ручку и предложил ее Минне. – Надеюсь, ты простишь меня за все испытания. Обычно дяди выступают в роли добрых фей. Поэтому, вот мой подарок.

– Блокнот?

– Здесь твоя новая жизнь. Первую строчку будущего напиши сама. Чего бы ты хотела?

Минна неуверенно взяла ручку и вывела несколько предложений. Так она не нервничала даже на вступительных экзаменах. Менбусин обнажил в улыбке редкие зубы, захлопнул блокнот и похромал к выходу.

– А как же кофе? – крикнула вслед Минна.

– Я еще не разобрался с теми, кто стащил мое неиссякаемое соджу. А кофе прибереги для следующего гостя.

Стоило Ан Минджуну оказаться на улице, как ветер поднял с асфальта лепестки вишни, облепив ими его фигуру, а когда все улеглось, предсказателя и след простыл.

Сквозь стекло, на котором еще остались разводы прошлогодних ливней, сияло звездами полуночное небо. Минну ослепила петлистая молния. Девушка выбежала из закусочной, и на макушку ей шмякнулась крупная капля. Но не каждая майская гроза означала, что поблизости Ли Юнхо.

Услышав шуршание под подошвой балеток, она подобрала два глянцевых билета и стряхнула с них дождевую воду. Надпись гласила: «Пятнадцатого мая, Каннам, Олимпик Холл, 18:00. Концерт Ли Хёна и скрипачки Ко Соён».

– Не может быть… Опять?! – воскликнула Минна на всю улицу и тут же сжала губы, выискивая предсказателя среди оглянувшихся прохожих. – Это дурацкая шутка, господин Ан Минджун! Очень глупая!

Голос заглушила гроза, и от испуга девушка спряталась под козырек.

– Сходим туда вместе? – прозвучало над головой.

Позади собственной персоной предстал Ли Юнхо. Не сон и не какой-то мираж. Настоящий Ли Юнхо в весеннем голубом плаще смотрел на нее с нежностью и легкой насмешкой.

Минна не могла поверить своим глазам и дрожащей от волнения рукой коснулась теплого кончика носа Мистера Совершенство.

– Ты вернулся, – шепотом сказала она, затаив дыхание. – Со стороны Хо Яна было бы низко шутить с перевоплощением.

– Прошло много времени. Возможно, ты ждала кого-то другого?

– Да, это точно ты…

– В Пустоши я не получал твоих посланий. Поэтому вернулся, чтобы узнать, ждала ли ты меня?

– Ты знал, что я ненавижу ждать! – закричала Минна и шмыгнула носом. – Никогда больше не исчезай вот так!

– При одном условии. Сделаешь мне кофе?

– Лжец! Я тебя спрашивала, нравится ли тебе мой кофе, а ты сказал… – Минна не закончила фразу, потому что счастливый Юнхо поцеловал ее.

Влюбленные обняли друг друга с такой силой, с какой сцепляются магниты, и долго-долго стояли под дождем, а вода плавно обтекала их силуэты.

Пхунсин Пак Хюнсу, болтливый дух ветра, чье имя на плохом счету у Небес, за час разнес весть о воссоединении девушки и дракона аж до самых гор. А неподалеку на поросшей мхом шиферной крыше бездельничало трое призраков.

– Син Чанёль, снова сбываешь картины? Мы думали, ты еще в прошлой жизни понял, что рисование не твоя стезя, – возмущался торгаш Ан Хюнсу.

– Она хорошо смотрится в закусочной. И потом, посмотри, какой я худой. Не шляпу же продавать, чтобы наесться.

– Позволь узнать, почему имуги?

– А что непонятного? Правитель-то сменился.

– А я снова у Хо Юри на побегушках, – гордо признался Джи Тэун. – Как думаете, у Со Минны и дракона все будет хорошо?

– Посмотрим. Обхитрить Небеса могут только сами Небеса. Говорят, Дон Юль разыскивает Хо Яна. Этот кумихо притоврился хранителем, а сам стащил из храма драконьи жемчужины и скрылся. Вот что он с ними сделает?

– Кто?

– О чем мы говорили?

– Почему мы здесь?

Духи задумались и посмотрели на луну, огромную и манящую, словно наливное яблоко, самую яркую и полную за всю тысячу лет. Именно на такую луну оживали цветы гибискуса, выращенные Хёном в саду Ли Кангиля. Именно на такую луну тьма отступала, и даже в Пустоши находилось место для жизни.

На фоне золотого диска кружили пробудившиеся жучки и букашки. В воздухе еще пахло жареной курицей и кофе, и менбусин Ан Минджун в своем блокноте записал: «Но это не означает, что для Со Минны и Ли Юнхо все закончилось…»

* * *

От всей души благодарю мою семью за поддержку и понимание, когда я громко печатала по ночам. Родственников и знакомых за то, что ждали выпуска этой книги не меньше, чем я. Моего пса Каспера за то, что выгуливал меня.

Отдельное спасибо хочу сказать команде АСТ: Mainstream – благодаря им эта история увидела свет. Особенно литературному редактору, которая избавила моих персонажей от свалянных волос и надела трусы на Тэхёна. И ответственному редактору за такой интересный опыт работы с издательством.

Надеюсь, вам будет уютно в созданном мной мире.

Сноски

1

Соджу – алкогольный напиток.

2

Хыннип – черного цвета шляпа, выполненная из конского волоса и тонко расщепленного бамбука, долгое время служила одним из атрибутов принадлежности к «благородному» сословию.

3

Токкэби – в корейской мифологии нечистая сила, наделенная бессмертием, во многом схожи с человеком, только вот красотой обычно не отличаются.

4

Ино – в корейской мифологии русалка, обитающая в Восточном (Японском) море, около острова Чеджудо. У Ино шесть или семь длинных ног, но голова и туловище человечьи; нос, рот, уши и руки-плавники покрыты белой кожей без чешуи; хвост тонкий и длинный, как у лошади. Она кормит детенышей грудным молоком, а когда