Улыбка Амура - Ирина Леонидовна Касаткина

− Можно вопрос? − поднял руку Витя. − А вот если бы в моем кармане нашли наркотик, меня бы тоже не отчислили? В отличие от Пацкевича мой папа не большой начальник, а сантехник.

− Витя, чего ты от меня хочешь? Костя попросил прощения. Нельзя же сразу к высшей мере! Его родители поставлены в известность. Будем надеяться, что они обратят внимание на сына.

− Можно подумать, сам святой! − добавил Пацкевич. − А то я не знаю твою компанию.

− Все, давайте закроем эту тему! − Насте надоело слушать их перебранку и стало жаль учительницу. − Все мы прекрасно понимаем, почему Пацкевича оставили, − и ты, Витя, это понимаешь. И нечего доставать Екатерину Андреевну, она не всесильная. Мне мама говорила, что мы живем в не правовом государстве, − и только от нас зависит, чтобы оно стало правовым. Екатерина Андреевна, может, отпустите меня? Все равно уже скоро звонок. Хочу в библиотеку успеть, а то опять очередь набежит, потом не достоишься.

− Да иди, конечно. − Учительница махнула рукой и вышла. И сейчас же Пацкевич кинулся к Самойленко, − но ребята плотной стеной окружили Витю. Поняв, что все настроены против него, Пацкевич схватил сумку и выбежал из класса. Одноклассники еще некоторое время постояли, молча: говорить было не о чем, все было ясно без слов. Так же молча, они разошлись по домам.

− Хо, Пацкевич! − воскликнул отец, когда Настя рассказала о происшествии в классе. − Да хоть бы он марихуану принес, ему ничего бы не было! Его папаша такой туз в нашей Думе! − у него все областное образование в кулаке. Не удивлюсь, если у вашего директора или у той же Туржанской еще и неприятности будут.

И точно − на следующий день перед началом первого урока в класс вошел расстроенный директор и сообщил, что отныне институт не имеет право предоставлять лицею аренду помещений бесплатно, − и потому плата за обучение существенно повышается. А еще через два дня Витя Самойленко и Танечка Беликова забрали из лицея документы: для их родителей теперешняя оплата оказалась непомерной.

Вне себя от возмущения Туржанская потребовала созвать педсовет. Директор не стал ей перечить, − все-таки она профессор, лучший в лицее педагог, − и созвал. Первой попросила слово инициатор совета.

− Объясните, что нам теперь мешает заявить в милицию и отчислить Пацкевича? − горячо заговорила Туржанская. − Какую могли сделать лицею гадость, уже сделали! Чего теперь бояться? Проверок? Пусть проверяют! Журналы у нас в порядке, успеваемость лучшая в городе. Чего мы ждем? Чтобы наркотики расползлись по классам? Гнать этого негодяя немедленно! Ставлю вопрос на голосование.

− Погодите, Ольга Дмитриевна, − мягко остановил ее директор. − Вы же понимаете, что даже если мы все проголосуем «за», отчислить Пацкевича будет непросто. Но, допустим, отчислим. И куда он пойдет? В школу? Что, школа − отстойник для наркоманов? Здесь он под нашим наблюдением, да и отец весьма встревожен и поклялся, что теперь не спустит с сына глаз: ему тоже не хочется, чтобы тот пристрастился к наркотикам. Он ведь его сюда для этого и перевел. Давайте оставим парню шанс, − ведь он дал слово. Конечно, если подобное повторится или он еще что-нибудь выкинет, разговор с ним будет коротким.

− Так что, простим ему? Из-за него Самойленко с Беликовой лишились лицея, а он останется? Как после этого ребятам в глаза смотреть?

− Но ведь виноват в повышении стоимости обучения не мальчик, а его отец. Хотя и тот, по сути, прав: согласно новому постановлению институт обязан брать плату за аренду помещений. Хотя, конечно, исполнение этого приказа могли отложить до окончания учебного года, − я очень на это надеялся. Со следующего года все равно пришлось бы повышать стоимость обучения. Но, что сделано, то сделано. А насчет заявления в милицию? Ну, заявим, ну, вызовут Костю, пожурят, может, возьмут на учет, − и все! А пятно на лицее останется. Нам это надо? Что скажете, коллеги? − обратился он к совету.

− Я тоже возмущена поведением Пацкевича, − встала Екатерина Андреевна. − И, тем не менее, присоединяюсь к предложению Сергея Ивановича. Костя получил хороший урок, да он и не окончательный. Ему еще предстоит пережить отношение класса, который резко настроен против него. Ребята не простят ему уход своих товарищей. Пусть почувствует, каково это, когда все против тебя. Тут два варианта: либо он решительно изменится, либо сам уйдет, как Акперов. А насчет Самойленко с Беликовой − им было предложено доучиваться с прежней оплатой в порядке исключения. Одна фирма, не буду говорить, какая, ее директор, отец нашего лицеиста, согласилась доплачивать за них. Но родители ребят отказались по не очень понятной мне причине. По-моему, мать Беликовой, как услышала про наркотик, просто перепугалась. А Витя сам не хочет возвращаться. Тут уже ничего не исправишь.

Классная оказалась права: ребята устроили Пацкевичу классический бойкот. Не здоровались и в упор не замечали, − проходили, как мимо пустого места. Скоро Костя в полной мере почувствовал, каково быть изгоем. Сначала он пыжился, делая вид, что ему на все наплевать, − но довольно скоро скис. Тем более, что у него очень плохо обстояли дела с точными науками. Надеяться на помощь одноклассников теперь не приходилось, а плановые консультации помогали мало: слишком велики были дыры в его знании математики. И потому из двоек он почти не вылезал. Когда стало ясно, что экзамены за полугодие Пацкевич не сдаст, после чего последует его неизбежное отчисление, сановный папа явился в лицей.

− Скажите, за какие деньги вы согласитесь заниматься с сыном индивидуально? − громогласно спросил он Туржанскую, не обращая внимания на остальных преподавателей. − Назовите вашу цену!

− За миллион не соглашусь! − отрезала та. − Что вы себе позволяете? Кто вам позволил меня оскорблять?

− Чем же это я вас оскорбил? − удивился папа. − Попросил позаниматься, сказал, что согласен на любую оплату. Что же мне: в ножки вам кланяться?

− Виталий Савельевич, я понимаю вашу тревогу, − попытался разрядить ситуацию присутствовавший при этом директор, − но здесь просить бесполезно. Ольга Дмитриевна не занимается частным репетиторством. Я вам порекомендую очень хорошего математика, он специализируется на подтягивании слабых ребят. Правда, он не из нашего лицея, но это ничего. Его методические пособия хорошо известны в городе, − он Косте обязательно поможет. Если, конечно,