Шахта дьявола - Кай Хара

мои легкие и сжимает. Я беру трубку, и экран оживает, отражая нашу фотографию обратно ко мне. Это селфи, которое мы сделали на прошлой неделе; мое предплечье обхватывает ее плечи, мои губы прижимаются к ее волосам. Она смеется, хихикая над чем-то, что я сказал. Я не могу вспомнить, что это было.

Семь уведомлений о пропущенных вызовах находятся прямо над ее лицом.

Ярость вспыхивает в моем животе.

Кто-то взял ее.

Мне приходится бороться со своим телом, чтобы преодолеть дымку ярости и адреналина, которая окутывает мое тело, убивая рациональную часть моего мозга.

Думай.

Если она носит ожерелье, я могу ее отследить.

Иногда она снимает его перед сном. Я возношу молитвы, умоляя, чтобы она все еще носила это.

Я нажимаю на приложение безопасности на своем телефоне, и точка сразу же оживает, принося с собой небольшое облегчение.

Пока я не вижу, где она.

В том же подземном бомбоубежище я отвез ее в ночь, когда убил Аугусто Леоне.

Она ни за что не пошла бы туда одна, не только потому, что у нее нет возможности точно вспомнить, где это было, но и потому, что у нее нет причин идти.

И единственные люди, которые знают об этом и еще живы, чтобы обсуждать это, — это члены картеля.

Дагни была права: она, должно быть, нашла крота.

Дыхание у меня неровное, сердце аритмично.

Я не знаю, как долго она там, как долго она у них, если я опоздал…

Нет, я не могу позволить себе так думать.

Она в порядке, так и должно быть.

Я бегу вслепую к машине, отчаянно пытаясь добраться до нее, но ее ноутбук на полу в гостиной останавливает меня. Вокруг разбросаны бумаги.

Я касаюсь коврика для мыши, и экран оживает.

Пароль есть, но я его знаю.

РоккиРоуд21

День, когда мы впервые встретились на кухне за мороженым.

Появляется несколько окон, но верхнее — это историческое письмо из пакета файлов, которые я ей отправил. Насколько я понимаю, это одобрение банковского перевода. Продавца я знаю — он был среди тех, кто сказал мне, что им не заплатили.

Но когда я вижу, кто подписывает электронное письмо, кто санкционирует оплату, кто, как обнаружила Тэсс, предал меня, моя кровь превращается из охлажденной в ледяную.

Это имя я хорошо знаю.

Предательство, которое вонзает мне нож глубоко в спину.

✽✽✽

Глава 60

Тьяго

Пробираясь по извилистым коридорам подземного бомбоубежища, я обнаруживаю всю глубину предательства. Полдюжины членов картеля пересекают мой путь, пока я следую за мигающей точкой к месту нахождения Тесс. Они, кажется, удивлены, увидев меня.

Я убью их всех.

Не колеблясь ни секунды, каждый из них получает пулю в голову или в сердце. Ни мыслей, ни эмоций.

Просто смерть.

Они поклялись мне в вечной верности и нарушили эту кровную клятву. Их смерть бессмысленна, как и их жизнь. Я не оплакиваю их, переступая через их тела, и забываю их, как только оставляю их позади.

Выстрелы возвещают о моем присутствии, о моем яростном, взрывном прибытии, когда я подхожу все ближе и ближе к ее местонахождению.

Тебе нужно преимущество внезапности войне, но меня это не волнует. Я зашел слишком далеко, чтобы думать о собственной безопасности, когда знаю, что Тесс забрали люди, которым она доверяла только потому, что это сделал я.

Еще один поворот, и я буду рядом с ней.

Я поворачиваюсь и переступаю порог большой комнаты, где мы когда-то держали Леоне, подняв перед собой руку с пистолетом.

Мое сердце в ужасе резко останавливается.

Тесс стоит на коленях, ее руки связаны за спиной. Ее голова склонена, а волосы безвольно свисают по плечам. Ее рот заклеен скотчем. На виске появился большой синяк.

Марко нависает над ней, направляя пистолет ей в голову.

Марко, которого я защищал и поднимал по карьерной лестнице. К кому я обращался за советом и на кого полагался как на партнера последние полтора года. Кого я считал максимально близким братом.

Он меня предает.

И все же я едва бросаю на него взгляд, потому что Тесс здесь, и ей больно.

Остальное не важно.

Она поднимает лицо, и я вижу на ее щеках засохшие слезы. Ее глаза пусты и испуганы, но они вспыхивают, когда видят меня. Не с надеждой, со страхом за меня.

Эмоции сдавливают мое горло. Моё сердцебиение отдаётся в ушах, оглушая меня своим бешеным стуком, стуком, стуком.

Когда я вижу, что на нее направлен пистолет, я понимаю, что значит умереть. Часть меня сморщивается и увядает, как пепел на ветру. Я изо всех сил пытаюсь отдышаться, все мое тело открыто протестует против того, чтобы стать свидетелем того, как любовь всей моей жизни находится во власти другого.

Я отвожу взгляд.

Я не могу смотреть на нее. Не без потери всей сосредоточенности, всей объективности. Все возможности, чтобы вытащить нас из этого.

— С тобой все в порядке, амор? — осторожно спрашиваю я, продвигаясь по периметру и дальше вглубь комнаты. Я не спускаю взгляда и пистолета с Марко.

Краем глаза я вижу, как она кивает. Слезы появляются на ее глазах и сдирают с меня кожу живьем.

— Это хорошо, — успокаивающе шепчу я. — Я скоро отвезу тебя домой.

— Я бы на это не рассчитывал, — говорит Марко с жестоким смехом. — Отбрось пистолет в сторону, — приказывает он, приближая свое оружие к Тесс.

— Ладно, ладно, — соглашаюсь я, капитулируя, поднимая руку вверх. Я осторожно опускаю пистолет на пол, затем отбрасываю его в сторону и встаю, поднимая только что освободившуюся руку, чтобы присоединиться к первой.

Я осторожно отслеживаю пистолет Марко, мне совсем не нравится его дерганье.

— Как ты нашёл нас? — сердито требует он. Я могу сказать, что он не ожидал, что я появлюсь здесь, особенно не так быстро.

Я опускаю руки. «За ней следят».

Его голова откидывается назад, глаза закрываются в знак согласия. — Мне следовало подумать об этом.

Моя челюсть резко захлопывается. — Тебе следовало подумать о многом.

Мои руки сжимаются в кулаки. Мне нужны все силы, чтобы не пролететь через комнату и не забить его до смерти.

— Это был ты. Ты воровал у меня. Это ты продавал информацию о наших поставках конкурирующим организациям».

Гордое гримаса искажает черты его лица.

— Тебе потребовалось достаточно времени, чтобы это понять.

— Сколько?

Он ухмыляется. — Это происходит у тебя под носом с тех пор, как мы приехали в Лондон, и ты только сейчас это понимаешь. Ты не такой умный и не