Невидимый муж - Анна Снегова

Бьёрн обращался к простым солдатам армии асов.

- Воины! Скажите мне, зачем вы здесь? Это разве ваша война? После долгих лет сражений с йотунами вас и так почти не осталось. Хотите сдохнуть все из-за очередной сумасбродной вылазки вашей чокнутой старухи? Может, пора уже одуматься? И посадить на трон кого-нибудь поадекватней?

- Неплохой ход, - тихо пробурчал себе под нос Мимир, посмеиваясь.

Ответом Бьёрну было молчание.

Но молчание бывает разным – протестующим, ожидающим, осуждающим… это молчание было наполненным сомнениями.

Я увидела отчётливо - колебание на лицах солдат. Не слишком им хотелось лезть под секиры Охотников, на лицах которых застыли звериная ярость и желание во что бы то ни стало отстоять свою свободу снова.

Асура ловила разинутым ртом ветер, у неё было такое лицо, словно с ней сейчас сделается удар.

И я понятия не имею, к чему бы это всё привело…

Но тут Клык вдруг начал волноваться и принюхиваться к ветру.

- Я всегда знал, что у этого малого есть небольшой дар предвидения, - вдруг проговорил Мимир, оборачиваясь куда-то к северу. – Он слишком удачно избегал всегда наших ловушек. Прибыл точно ко времени, гляди-ка!

Проследив за направлением взгляда Мимира, я выдохнула. Почему-то от сердца отлегло. Не бывает таких совпадений! Разве что человека ведёт неумолимая рука судьбы.

Подумалось вдруг, что теперь всё обязано быть хорошо.

На гребне заснеженного холма, с которого мы недавно спустились, чётко очерченная лучами заходящего солнца, чернела массивная волчья фигура. Которая стала медленно менять свои очертания.

- Р-р-ребятки! – прогрохотал знакомый голос. Волк как всегда усмехался, скаля всё ещё звериный клыки. – Парень дело говорит. Как по мне, нам давно уже пора вернуться, и отстраивать заново наш дом. Он нас уже заждался. Кто со мной?

- Не смей! – взвыла Асура и вскинула руку с крючьями хищных пальцев, направленных когтями в горло Фенриру.

Смеющийся оскал генерала асов стал только шире.

- Ты больше надо мной не властна, старая карга! Я теперь свободен. КТО СО МНОЙ?! – громогласно пророкотал он

Один за другим ледяные мечи стали опускаться. Кроме двоих – тех, что крест-накрест сомкнулись перед грудью Асуры, которая попыталась бежать. У этих стражников были знакомые мне лица. Их злобная старуха приставила ко мне в Гримгосте, чтобы стеречь.

Зёрна смуты, посеянные когда-то Бьёрном в их головы, дали достойные плоды.

Верность своему генералу, который проливал за них пот и кровь, завершила остальное.

Непреклонный конвой увёл низложенную королеву обратно в шатёр, которому теперь суждено было стать её временной тюрьмой.

***

Охотники разбили лагерь на своём берегу ущелья. Они не делали попыток обойти его, но и не уходили. Ночную тьму расцветили огни костров, подтянулся обоз, в воздухе запахло жареным мясом и дымом. Мирные запахи, которые невольно пробуждали надежду на мир.

Поспешивший к нам Фенрир крепко обнялся с Бьёрном. Следом за ним толпились военачальники и офицеры армии асов, держа в руках факелы с синим ледяным пламенем, разгоняющим ночную тьму, отчего я робела и жалась ближе к мужу. Кажется, только присутствие йотуна не давало им подойти ближе. Но все чего-то ждали, то и дело беспокойно глядя то на своего генерала, то на Бьёрна, то на меня.

Этой ночью все чего-то ждали.

Ощущение того, что дело ещё не завершено, и история создаётся прямо сейчас нашими руками, не покидало меня.

Судя по всему, мы ещё не вписали несколько последних строк на эту страницу.

Ко мне обниматься Фенрир под грозно-предостерегающим взглядом моего мужа не полез, благоразумно остановился на полушаге. Вместо этого кивнул, как старому другу. Мне было тепло от его возвращения. Всё это время я невольно переживала, как они там с Фрейей… кстати, её почему-то не было видно.

- Что станешь делать с королевой? – поинтересовался Бьёрн. – Точнее, бывшей королевой.

Фенрир довольно осклабился:

- Пока что грымзу в шатре постерегут до утра, а там видно будет. Велик соблазн запихать её в одну из колонн дворца вместо йотунов…

- Фенрир! – ахнула я.

- Но нашей куколке такая справедливость не понравится, - поспешно добавил Волк, - так что придётся придумать что-нибудь другое.

- Не придётся! – перебил его встревоженный женский голос.

Распихивая рослых воинов локтями, к нам через толпу пробивалась Фрейя.

- Что такое? – нахмурился её брат. – Я тебе наказывал следить со стороны…

- Я и проследила! – отмахнулась девушка. Её лицо было в пыли, светлая коса растрёпана. – Мне надо было убедиться, что королева не смоется от правосудия… твои бравые вояки в шатёр не пошли. Как же, женщина, хоть и старая, нельзя… но мне-то можно!

- Почему мне кажется, что продолжение мне не понравится, - пробурчал Фенрир.

- Асура мертва! – припечатала Фрейя злым голосом. – И – нет, это не я её! Хотя даже рада, что она успела сдохнуть до моего прихода. Не уверена, что удержалась бы – за то, что эта тварь с тобой делала все эти годы…

По рядам асов прошёл взволнованный шёпот.

Фрейя подбоченилась и сдула локон, упавший на лицо.

- Судя по всему, у старой гадюки или сердце не выдержало унижения, или… одно из колец, которыми унизаны были её тощие пальцы, оказалось с тайником.

Шёпот стал громче.

По взволнованным лицам офицеров я поняла, что вряд ли по Асуре кто-то прольёт хоть слезинку. Если даже у меня, её внучки, ничего не дрогнуло на душе от такой новости. Стыдно признаться… но я даже почувствовала что-то вроде облегчения.

- Что ж… ну в таком случае…

При всей толпе Фенрир вдруг сделал этот оставшийся шаг ко мне и опустился на одно колено.

Прозрачно-голубой волчий взгляд сверкнул хитрецой.

- Не соблаговолите ли вы, юная леди, принять причитающийся вам трон?

Я нервно оглянулась, кусая губы.

В глазах Бьёрна застыло напряжение. На скулах ходили желваки, но он молчал, как камень.

- Ответь им. Фиолин, - проговорил он наконец, видя, что я жду его реакции.

Взгляды всех присутствующих обратились на меня… ждущие взгляды. Полные надежды.

Старый город заслужил долгожданный рассвет.

Я прочистила горло.

- Благодарю за честь… - во взгляде Бьёрна появилось совершенно неописуемое выражение, и я поспешила продолжить. - Но у меня есть идея получше! Стать вашей повелительницей было бы величайшим счастьем, но дело в том, что я... ухожу в род мужа.