Дуэт с герцогом сирен - Элис Кова

Не отвечая, Ильрит берет мое лицо в ладони, неторопливо притягивает меня ближе и целует. Решительно, но нежно; мягко и в то же время требовательно.

Все мысли тут же улетучиваются. Стискиваю его руки чуть выше локтей и прижимаюсь к нему всем телом. И мы забываем обо всем, на краткий миг захваченные радостью, облегчением и страстью.

Оторвавшись, наконец, от моих губ, Ильрит прижимается лбом к моему лбу.

– Я понял, что не смогу, – дрожащим голосом рассказывает он, кажется, вот-вот готовый расплакаться. – Эти три месяца стали для меня невыносимыми. Потеряв тебя, я все время думал только о том, что у нас с тобой было и что могло бы быть. О тех днях, которые в глубине души считал самыми светлыми в своей жизни. О нас…

– Три месяца? – повторяю я, из всех его слов сосредоточившись лишь на этих двух, поскольку остальная его речь слишком ошеломляет, вызывая в душе настоящую бурю эмоций. – Нет… прошло всего несколько часов, самое большее день.

Слегка нахмурившись, Ильрит медленно качает головой.

– Возможно, для тебя так и было. Трудно сказать. В этом царстве, промежуточном между жизнью и смертью, время течет не так, как наверху.

– Тогда нам нужно торопиться. Возможно, каждая минута здесь равняется часу или даже дню там.

Я первой шагаю вперед и начинаю карабкаться по валунам и подниматься по узким песчаным тропинкам между скалами. Ильрит мне помогает. В этом странном, окружающем нас эфире он парит в воздухе, словно плывет, хотя временами ему все же приходится опускаться на землю.

– А твои узоры? – спрашиваю я.

– Разновидность помазания. Как только жертва принесена, разрешается отметить новую.

– И это позволило тебе спуститься в Бездну. – Мои прежние подозрения подтверждаются. – Поверить не могу, что ты пожертвовал собой.

– А я не понимаю, как мог пожертвовать тобой. – Ильрит берет меня за руку. – Моей песенной половинкой.

Немного успокоившись, ловлю его взгляд и почти чувствую через пульсацию в сплетенных пальцах, как бьются в унисон наши сердца.

– Песня, которую мы дуэтом пели там, внизу… – тихо начинаю я и замолкаю.

– То была песня наших душ, слившихся в единое целое, – заканчивает за меня Ильрит.

– Нам с тобой суждено быть вместе? – Я потратила так много времени на изучение гимнов древних богов, но даже не удосужилась узнать, что означает «песенная половинка». Хотя я ведь тогда не думала о любви.

– Это не судьба. – Ильрит снова двигается вперед, напоминая, что у нас мало времени. Я помогаю отыскать путь. Он тем временем продолжает объяснять. – На самом деле, существуют истории, в которых говорится, что песни одних душ сливаются более естественным образом, чем песни других. Если угодно, можно называть это судьбой. Однако наши песни формируются вместе с нами, меняясь в зависимости от нашего выбора и пережитого опыта. Мы сами создаем свою песню, а не песня создает нас.

Я едва заметно улыбаюсь. Ко мне полностью вернулись воспоминания, и теперь я вижу все обстоятельства, которые привели меня сюда, словно бы передо мной развернулось поразительно яркое полотно.

– Никогда не думала, что снова влюблюсь.

– Ты на меня за это злишься? – Он, похоже, искренне обеспокоен.

– Ни капли. – Я сжимаю его пальцы. – Хотя это и пугает. Впрочем, в данный момент у меня есть другие, гораздо более серьезные причины для страха.

Я чуть не рассказываю ему о Чарльзе, но сейчас не время и не место. Поговорим, когда можно будет полностью сосредоточиться на беседе, чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос.

Мы продолжаем подниматься из глубин, и глубокий мрак остается позади. В душе звучит песня леди Леллии, тихая мелодия, помогающая выбраться из Бездны точно так же, как песня Крокана привела меня к нему. Когда мы уже направляемся к лодке, чтобы пуститься в путь по лавовой реке, взгляд притягивает серебристый силуэт.

На этого мужчину я, даже не будучи в полной мере собой, обратила внимание еще во время спуска. Казалось бы, просто дух, который пытается выбраться из Бездны в пресловутую Серую впадину, однако же чем-то он меня привлек. Мгновенно накатывают воспоминания о заполонивших впадину злобных духах, а следом чувство вины за то, как я положила конец их существованию. Пусть это всего лишь один мужчина, одна душа, я не позволю ему превратиться в одно из тех созданий, полных ненависти и ярости. Я, Виктория, никого не бросаю в беде.

– Минутку.

– Виктория…

– Я быстро. Лишний дух никому из нас не нужен.

Я направляюсь к мужчине. Ильрит следует за мной.

Я двигаюсь быстрее, чем убегающая душа. В отличие от него, я не скована никакими ограничениями и могу свободно передвигаться по Бездне, поэтому успеваю преодолеть разделяющее нас расстояние и подойти к нему, пока он карабкается на очередной валун. Из-за тумана и скудного освещения трудно что-то рассмотреть как следует, поэтому, лишь приблизившись к нему, я узнаю его пальто. Более простое, чем его обычные наряды, однако материал и искусный пошив безошибочно выдают достаток владельца. Может, именно поэтому дух с самого начала притянул мое внимание.

Не замечая моего присутствия, он бормочет что-то себе под нос. Странно видеть, как шевелятся его губы, из которых вылетают слова, поскольку в этом месте, похоже, возможны любые формы общения.

– Я должен вернуться. Я им нужен… нужен Катрии. Я так и не рассказал ей правду. Она должна знать. Гребаный корабль, чертово чудовище… будь все они прокляты, – резким, холодным тоном бросает дух. Никогда не слышала, чтобы он говорил с такой ненавистью.

В борьбе за то, чтобы добраться до Серой впадины, этот мужчина уже теряет обычные для себя теплоту и сострадание. Он не сможет вернуться в Природные Земли, а если бы и мог, сгорел бы в солнечном свете, навсегда стал лишь воспоминанием. Ему больше не суждено увидеть дочерей.

– Ты знаешь этого мужчину? – тихо спрашивает Ильрит, возвращая меня в настоящее, и я сознаю, что выпустила его руку и потрясенно прикрываю рот кончиками пальцев.

– Знаю, – отвечаю мысленно, обращаясь только к Ильриту. – Лорд Кевхан Эпплгейт был моим нанимателем. Точнее, другом и вторым отцом. Он находился на корабле, когда тот пошел ко дну. Ильрит, я не могу позволить ему превратиться в духа.

Почти ожидаю, что Ильрит мне откажет, однако в очередной раз поражаюсь, насколько близко к сердцу он принимает мои заботы.

– Если он важен для тебя, значит, важен и для меня. Давай отведем его подальше от впадины.

– Спасибо.

– Виктория, для тебя – что угодно, – прямо заявляет Ильрит, не оставляя места для колебаний или сомнений.

Опускаюсь на колени рядом с Кевханом и кладу руку ему на плечо. Вздрогнув,