Влюбленные - С. Стивенс

Теперь уже я пришла в ужас.

– Боже… Я боялась, что ты именно это и скажешь…

Вот уж кому никак не следовало производить потомство, так это Гриффину. Но он сделал это, и теперь моя сестра, возможно, несла в себе его семя.

Схватив сумку, я потащила сестру к двери.

– Идем, надо купить тест!

К моему удивлению, Анна отпрянула. Когда я посмотрела на нее, она затрясла головой с откровенным ужасом.

– Я не могу…

– Но ты должна это выяснить, Анна! – прошептала я, как можно более ласково погладив сестру по руке. – Ты в любом случае должна знать!

Она продолжала смотреть на меня со страхом в глазах, но уже не возражала, и я мягко повлекла ее вперед. Я чувствовала себя так, словно пыталась усмирить норовистую кобылу, готовую в любой момент заржать и встать на дыбы, но наконец затолкала перепуганную сестру в машину Келлана.

Однако, стоило мне завести мотор, Анна распахнула дверцу и выскочила наружу. Скривившись, я посмотрела на нее и покачала головой:

– Вернись в машину, Анна!

Но она захлопнула дверцу и мотнула головой:

– Съезди сама, я подожду наверху.

Разочарованная тем, что сестра не желала смотреть в глаза реальности, я тронула машину с места и выехала со стоянки. Следовало надеяться, что Анна будет дома, когда я вернусь. Она явно не желала думать ни о какой ответственности – я и представления не имела, что сделает сестра, если увидит две полоски.

В аптеке я купила все возможные тесты, включая те, что показывали беременность на самой ранней стадии. Если отцом действительно был Гриффин, то все произошло в Бойсе, а с тех пор прошло всего несколько недель. Наверное, срок был еще слишком маленьким, чтобы тест определил состояние сестры, но кто знает? Я не была специалистом в таких вопросах, так что пришлось положиться на медицину.

Конечно, я бы предпочла, чтобы сестра сама купила все необходимое, а за прилавком аптеки стояла какая-нибудь девушка, а не парень лет двадцати с небольшим, но тем не менее я нагрузила корзинку упаковками тестов и подошла к фармацевту, бормоча:

– Это, вообще-то, для сестры…

Парень усмехнулся, но не сказал ни слова. Я была уверена: он решил, что я лгу. Странно, но я вдруг ощутила желание накинуть на себя что-нибудь попросторнее, хотя на мне и так была плотная куртка. Для меня покупка теста на беременность была сродни покупке презерватива, как будто такой выбор заставлял вспыхнуть у меня на лбу огненную надпись: «Я занимаюсь сексом!» Впрочем, тесты должны были, наверное, кричать: «Я занималась сексом!»

Оставалось только надеяться, что я не наткнусь на кого-нибудь из знакомых.

К счастью, этого не случилось, и я вышла из аптеки с пылающими щеками, но в целом не пострадавшей гордостью. Когда я вернулась в нашу квартиру, сестра ждала меня. Я нашла ее скорчившейся на диване, под одеялом, и дрожавшей, словно она только что посмотрела отличный фильм ужасов. Вздыхая, я протянула ей бумажный пакет, но Анна его не взяла.

Опустившись перед ней на колени, я отложила пакет в сторону и стала гладить шелковистые волосы сестры.

– Эй, все будет в порядке, сестренка! – Постаравшись, чтобы мой голос прозвучал как можно бодрее, я добавила: – Может, ты вовсе и не беременна. Ты что, не принимала таблетки?

Сама я принимала соответствующие средства с тех самых пор, как наши отношения с Денни зашли достаточно далеко, и предполагала, что Анна делает то же самое.

Сестра посмотрела на меня с совершенно несчастным видом:

– Обычно принимала…

Я подавила желание прочитать ей проповедь на тему: «Нельзя же быть такой беспечной», – Анна была слишком испугана, и последним, в чем она нуждалась, были мои наставления. Так что я просто улыбнулась и погладила ее по ноге:

– Хочешь, я тебе помогу?

Вытаращив глаза, она уставилась на пакет, лежавший на полу за моей спиной:

– Нет, спасибо. Пописать я и сама в состоянии.

Вздыхая, я наблюдала за тем, как Анна встала, схватила пакет и рванулась в ванную. Я попыталась представить себе эту полную энергии девушку беременной, но не смогла.

Несколько минут спустя сестра вышла из ванной, держа в руке пять полосок. Она с ужасом смотрела на них, как будто ожидала, что они прямо сейчас начнут называть ее мамочкой.

– Ну так как там?

Подойдя к сестре, я посмотрела на влажные бумажки – все они были пустыми, без синих полосок.

– Может быть, надо еще минуту-другую подождать, Анна…

Она взглянула на меня, и ее щеки вспыхнули.

– Я еще и ждать должна? Я должна сидеть здесь и ждать, выясняя, кончена моя жизнь или нет?

– Анна, твоя жизнь вовсе не должна кончаться из-за бере…

Сестра стремительно прижала палец к моим губам, заставляя замолчать:

– Не произноси вообще этого слова на букву «б»! Это к несчастью!

Вытаращив глаза, я понадеялась, что сестра вымыла руки, и предпочла замолчать.

Проведя ладонью по волосам, Анна снова уставилась на полоски в своей руке.

– Мне надо выпить, – пробормотала она.

Она шагнула в сторону кухни, но я схватила ее за руку.

– Анна, ты не можешь пить, если ты бе… – Она окатила меня бешеным взглядом, поскольку я снова чуть не произнесла запретное слово, и я тут же поправилась: – Если ты ждешь ребенка.

Я улыбнулась тому, как ловко вывернулась, сестра же нахмурилась:

– Да пошло оно все! К чертям собачьим!

Вырвав из ее руки полоски, я толкнула Анну на диван. Она не сводила глаз с проклятых тестов. Мне даже показалось, что я могла бы ввести ее в транс, помахав ими перед ее носом, и на самом деле захотелось сделать это, потому что каждые десять секунд она спрашивала:

– Ну, что там?

Поглядывая на полоски, я отвечала одно:

– Наберись терпения.

После десятого вопроса я заметила какие-то изменения на бумажках. Поскольку на очередной вопрос я не ответила мгновенно, Анна вскочила. Вытянув руку, я удержала ее на расстоянии, пытаясь одновременно следить за тем, как менялся цвет тестов.

– Ну, каков приговор? – спросила Анна, хватая меня за руку.

– Пока не знаю.

Прищурившись и все же надеясь на лучшее, я не сводила взгляда с маленького листка, на котором простыми английскими словами обозначалась судьба. Когда эти слова прямо у меня на глазах стали отчетливыми, я чуть не вскрикнула.

Моя сестра уже просто сходила с ума, а я, хотя и пыталась говорить нормальным голосом, сумела выдавить из себя лишь шепот:

– Ты беременна… Это точно.

Глаза Анны расширились и остекленели. Отпустив мою руку, она тихо уточнила: