И только смерть разлучит нас - Натаэль Зика

- А теперь, когда вы получили ответы, воспользовались Правом и  больше не беспокоитесь о  законности  происхождения наследника рода ди Аламьен,  желание побеседовать с каждым из вас и задать  свои вопросы  появилось уже у меня, -  еле сдерживаясь от желания потереть шею,  заговорил  император, и гул немедленно стих. – Поэтому вы все остаётесь во дворце, пока я не приму решение  о  наказании. Стража разведёт вас по покоям.

- Стража??!

- Наказание? За что??!

- Ваше величество, в чём мы обвиняемся?

- Как – по покоям?

- В качестве кого?

- Как надолго мы тут задержимся? У меня жена и дела рода!

Мужчины заволновались, некоторые вскочили с места, но были вынуждены опуститься назад, ибо император не стал ждать, когда высшие аристократы угомонятся, а применил против них магию.

- Мы имели право потребовать освидетельствовать миледи, пока ребёнок не родился! – возмущённо произнёс один из герцогов.

- Имели, потребовали, осуществили, - буркнул Дорен. – Теперь я осуществляю свои права и свою волю.

- Ваше величество, к чему магические поводки, мы же не враги! – запротестовал де Шантель.

Император хмыкнул, но сразу не ответил, а, на несколько секунд задерживаясь взглядом на каждом из представителей Совета родов, внимательно  оглядел  встревоженных подданных.

-  Керье, когда вы требовали от императора Право Совета, вас не остановило знание, что этим вы накинули мне на шею магическую петлю, вынуждая выполнить вашу прихоть? Ведь я не ваш враг!

- Но… Это не прихоть! Сведения о подлоге герцога были из достоверного источника!  - пробормотал Шантель.

- Герцог ли Аламьен злоупотребляет властью! Недопустимо, чтобы должность Первого Советника при Вашем величестве занимал настолько нечистоплотный маг! Любой из здесь присутствующих Глав  более достоин такой чести, чем Варийский! – выкрикнули со стороны.

- Аламьен  подстроил смерть вашего брата, и это ему сошло с рук! – новый голос.

- Оговорил  честную девушку из древнего магического рода! И теперь её выдадут замуж за низшего аристократа!!! - ещё один.

- Оклеветал  девушку и вашими руками убрал из столицы достойного  мага, её отца  - маркиза де Лоринель! – уже де Рейсе.

Дорен внимательно фиксировал в памяти лица и обвинения всех говоривших. Когда же Главы, наконец, замолчали, медленно выдохнул, напоминая себе, что у него сейчас нет времени разбираться с потерявшим берега Советом,  а поотрывать  им головы он всегда успеет. И бросил на  них заклинание немоты.

Потрясённые аристократы, до которых начало доходить, что император на самом деле не шутит,  и их выходка будет иметь не самые приятные последствия, только и могли  вращать глазами, да беззвучно разевать рты.

-  Вас проводит стража, а перед этим каждому наденут блокирующие браслеты.  Двери в покои будут заперты, покидать их вы не сможете, если же кого покои не устраивают, всегда можно поменять их на камеры в темнице. Обвиняю вас в государственной измене, оговоре, вредительстве и покушении. Молитесь, чтобы ваше ослиное упрямство не навредило герцогине Варийской. Не дай Трое, что-то с ней или ребёнком случится, я уже не стану тратить время на разбирательство, кто  из вас заблуждался, а кто сознательно портил кровь герцогу и оговаривал его супругу. Если, конечно, успею вынести приговор до того, как вас развоплотит Варийский, уж он-то точно сортировать  на виноватых и случайно затесавшихся не будет. У кого дома дела и семьи – надо было помнить об этом до того, как вы решили бросить мне вызов.

И щёлкнул пальцами, отправляя приказы.

Двери открылись, в зал вошли стражи и двое магов, которые, опасливо косясь на разъярённое величество, торопливо защёлкнули на руках  арестованных  блокирующие магию браслеты.

- Уведите! – приказал император.

Наконец  зал опустел, и Дорен без сил опустился в ближайшее кресло.

Грах подери, это сумасшествие какое-то! Конечно, позже он побеседует с каждым. Причём  при помощи менталиста, чтоб не тянуть время и не вычленять крупицы правды из мешка лжи и недоговорённостей. Но ему уже и так ясно, что семена, брошенные разобиженным де Лоринелем, попали на благодатную почву. Кто-то  из Совета завидовал Варийскому, кто-то в родстве с Лоринелем, поэтому решил заступиться за маркиза и его безмозглую дочурку. А кое-кто явно метил на должность Первого советника…  Всё как всегда – ищи, кому выгодно! Остальные же просто поддались на провокацию, поверили, позволили себя вовлечь. Право Совета вспомнили!  Когда-то эту возможность создали для того, чтобы Совет Родов мог один раз в три года остановить зарвавшегося монарха, если тот принимался действовать во вред Империи. Древняя магия, сильная, неотвратимая. На его памяти – этим Правом ни разу не пользовались…

Мужчина потёр горло, вспоминая пренеприятнейшее ощущение удавки – откажись он выполнять, и его  старший племянник стал бы новым императором.  А поскольку тот ещё мал, значит, правил бы регент – Первый советник. Но Варийского так удачно дискредитировали, а императора, который его мог защитить, убрали…  Значит, место Первого советника было бы свободно, и  его место занял бы… Да, де Рейсе – он подходит больше всех по происхождению и уровню силы.

Вот что его привлекало, а вовсе не борьба за нравственные качества Варийского: должность второго лица в государстве – как минимум или регентство и в перспективе возможность породниться с императорским родом, выдав за наследника одну из своих дочерей – как максимум.  Как всё просто и как мерзко! Прикрываясь  благими целями, герцог легко оговорил достойную женщину, бросил тень на Варийского и протянул руки к императору… Рассветный прав – он был слишком добрым монархом, но это же легко можно исправить!

«А ведь я хотел обойтись малой кровью – просто прекратить слухи, чтобы по Империи не ходили грязные предположения  о наследнике и супруге Главы рода! Мир жесток, а мир аристократии жесток вдвойне – каждый смотрит, где урвать пожирнее или как бы прикопать ближнего, а Варийский не всем нравится. Дерзок,  смел, под чужое мнение не прогибается,  богат, родовит, слишком близок к трону – даже одной причины достаточно для ненависти и зависти, а у Мьена их добрый десяток. И вот ещё одна добавилась – красавица жена, ещё и воздушница. Думал, что небольшая уступка успокоит Совет – увидят беременную женщину и поймут, что все предположения о подлоге беспочвенны. Но де Рейсе решил идти до конца. Видимо, Лоринель был  настолько убедителен, раз герцог ни капли не сомневался в виновности Аламьена. Был уверен, что герцогиня или пуста, или вынашивает чужое дитя.  Что ж, герцог рискнул всем и проиграл!» - император провёл ладонью по лицу.

Впереди предстоит неприятная работа – так наказать провинившихся, чтобы лорды о Праве и попытках влиять на сюзерена напрочь забыли. И потомкам наказали.  Но это – позже, а сейчас ему нужно в замок Аламьен…

Перед лицом императора с хлопком зависло магписьмо, и мужчина поднял руку ладонью вверх, куда оно и спланировало.