Судьба гнева и пламени - Кэти Такер

по своим делам, а солдаты берут оружие и выходят на площадку. Я делаю шаг навстречу Зандеру, и мы оказываемся очень близко, на расстоянии вытянутой ладони. Я вынуждена поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Затем протягиваю руку, дотрагиваясь до его испачканной рубашки. Едва заметный, относительно безобидный жест интимной привязанности, и все же он кажется мне довольно смелым.

– Ты когда-нибудь слышал о Фрейвиче?

Зандер плавно придвигается ко мне, его рука, тепло которой чуть не прожигает ткань до кожи, скользит по моему боку.

– Фрейвич. – Он хмурится. – Кажется, это маленький городок рядом с Элдредским лесом. – Пауза. – А что?

– Просто любопытно.

Может быть, он никогда и не услышит о сегодняшней шалости. Я протягиваю руку и тереблю шнурок на его тунике. Тактика отвлечения внимания – чтобы не думать о неправильных вещах и сохранять пульс в обычном ритме, свободным от чувства вины. Однако пристальный взгляд Зандера подтверждает, что все мои старания тщетны.

– Мы можем поговорить? Наедине.

Взгляд Зандера скользит к моему рту. Он тоже думает о прошлой ночи?

– Это важно?

– Может быть.

Ему вообще будет интересно, что Янка – провидица и она в Цирилее? Я уверена, что ложь Вэнделин об этом знании точно не оставит его равнодушным.

Рядом с нами возникает Боз. Его каблуки стучат друг о друга, когда он останавливается.

– Ваше Высочество, Абарран и остальные ждут вас в Круглой комнате.

Глаза капитана сужаются, когда он переводит взгляд на меня. Он все еще не любит меня и определенно не доверяет.

– Мне нужно освежиться и поговорить с Ромерией.

– Но, Ваше Высочество…

– Они могут подождать.

Зандер передает свой меч Бозу, а затем, положив руку мне на поясницу, ведет меня в замок.

* * *

– Это королевские покои.

Я видела их только мельком, с террасы той ночью, и мое внимание было сосредоточено вовсе не на мебели. Мои глаза скользят по черному, как сажа, декору в стиле барокко – всему, от стен до ковра и тяжелой драпировки. Как и в моих покоях, лепнина и отделка покрыты золотом.

Я предположила, что Зандер проводит меня до моей комнаты, но мы прошли мимо моей двери и направились к следующей. Когда он провел меня через гостиную прямо в свою спальню, в моей голове начали крутиться различные сценарии и мысли, о которых мне не следует думать рядом с ним.

Я остро осознаю присутствие огромной королевской кровати, стоящей у стены. Зандер исчезает в другой комнате, и через мгновение до меня доносится звук льющейся воды.

– У тебя что, нет своей Коррин, чтобы сделать это за тебя?

– У меня есть слуги, которые следят за тем, чтобы мои вещи были чистыми и аккуратно сложенными, у двери всегда горит свет, – кричит он. – Но я предпочитаю делать все самостоятельно.

– И я.

– Я заметил.

Я импульсивно протягиваю руку, чтобы проверить мягкость матраса. Перина, конечно же.

– Но Коррин отказывается показывать мне, как включать ванну, а я не могу понять принцип работы. Это раздражает.

– Это потому, что она по-прежнему считает, будто ты можешь использовать это как оружие, если когда-нибудь снимешь оковы.

На что я вообще способна без них? Если бы еще знать, что делать с этим родством со всеми четырьмя элементами и двумя видами магии – заклинателя и эльфа, – скрывающимися где-то внутри меня.

– Серьезно?

– Она не очень доверчива, если ты еще не поняла.

– Вообще, я уже чувствую, что она немного потеплела ко мне.

Так же, как и Зандер. Может быть.

Дверь в его гардероб открыта. Я прогуливаюсь мимо рядов бесчисленных сюртуков, кафтанов и других нарядов, освещенных канделябрами сверху. Здесь пахнет Зандером – древесный аромат, который мне так нравится. У задней стены висят его доспехи. Я останавливаюсь перед ними, хочу рассмотреть поближе. В них он был, когда мы впервые встретились. Когда он чуть не убил меня на месте. Я провожу пальцем по глубокой выемке в нагруднике. Раньше я не замечала этого.

– Это был боевой топор во времена войны у Великого Разлома, когда ваш народ в последний раз пытался вторгнуться сюда.

Зандер неожиданно оказывается позади меня. Я напрягаюсь, но заставляю себя расслабиться.

– Мне казалось, доспехи можно чинить.

– Можно и нужно. Это ослабляет мою броню, но также напоминает, что меня можно победить.

Я с любопытством наблюдаю, как он перебирает стопку туник и вытаскивает белую. Его золотисто-каштановые волосы влажные от пота и вьются на затылке. Зандер мог бы запросто сойти за любого другого мужчину, который только что закончил тренировку и одевается для работы в офисе.

Вот только он не человек, и в нашей ситуации нет ничего обычного.

– Тебе понравилось на ярмарке? – небрежно спрашивает он, перебирая штаны и, по-видимому, не обращая никакого внимания на то, что я смотрю на него.

– Понравилось. Да. – Я снова обращаю взор на его сюртуки. – Что это было, с Аттикусом?

– Что ты имеешь в виду? – невинно спрашивает он.

– Вы двое из-за чего-то злитесь друг на друга.

– Всего лишь разногласия по поводу того, кому принадлежит армия – Аттикусу или все же королю. – Зандер хмурится, глядя на разошедшийся шов на штанах, которые только что достал. – На этой неделе слухи о планах нападения в городе умножились. Особенно учитывая поток чужаков, прибывающих на ярмарку. Слухи необоснованные и совершенно несогласованные, однако их довольно, чтобы нельзя было их игнорировать. Аттикус приказал большой группе солдат разместиться за стенами города.

– Разве больше солдат не лучше, если эти слухи верны?

Зандер тяжело вздыхает.

– Думаю, да.

– Значит, проблема не в солдатах, а в том, что Аттикус позволил себе так поступить, не спросив тебя. И ты решил публично унизить его за это, хотя армия вроде как принадлежит ему, ведь он командующий. Я только вчера услышала об этом. Что-то насчет его раздутого самомнения.

– Ты всегда так прямолинейна в своих суждениях?

– То есть честна? Я уже поняла, что подобная черта чужда здешним людям. – Я глажу пальцами черный сюртук, расшитый золотом. Эта прекрасная ручная работа не похожа ни на что, что я когда-либо видела. Нитки блестят так, словно действительно сотканы из настоящего золота. Может, так оно и есть. – Приятная вещь. Ты когда-нибудь его надевал?

Зандер вешает выбранный наряд на крючок у двери.

– Да. На похороны родителей и на мою коронацию. Он был сделан для нашей свадьбы. А что касается моего брата, есть какая-то особая причина, по которой ты его защищаешь?

Его челюсти напрягаются.

– Кроме элементарной порядочности?

Зандер стягивает свою грязную рубашку через голову и бросает ее в корзину в