И всё-таки я люблю тебя! Том 2 - Елена Харькова

– Ты теперь герой! Не побоялся один бороться против целой когорты учителей! Ты знаешь, даже я в последний момент струсила. А ты молодец, храбрый парень!

Колька гордо задрал подбородок.

– Вот, возвращаю вам диктофон. Спасибо, что вы его ради меня купили.

– Оставь его себе. Это мой тебе прощальный подарок.

– Ой! Спасибо! – просиял Колька. – Классная штука. Думаю, она мне ещё пригодится.

– Не переусердствуй! – испугалась Маргарита. – За такое ведь и похлеще могут быть последствия.

– Не бойтесь. Я же не дурак. В жизни кое-что понимаю, – важно ответил Колька. – Я его на крайний случай беру.

– Спасибо вам, Маргарита Ивановна, за всё. Классная вы училка! – сказал, прощаясь, Колька. – Да и человек вы стоящий! Побольше бы таких, как вы!

Она смущённо опустила глаза.

«Эх, знал бы ты, мальчик, кем я была раньше, руки бы мне не подал».

Маргарита смотрела в окно, как Колька шёл домой.

«Надо же! Даже походка у него поменялась! Раньше Коля ходил ссутулившись, какими-то мелкими вялыми шажками. А теперь плечи его распрямились, голова гордо приподнялась, и шаги теперь твёрдые, уверенные. Даже, кажется, что и внешне он похорошел! Хотя изменилось только выражение его глаз и улыбка появилась на лице. Да, самоуважение – великая вещь!»

Начались летние каникулы. Для учеников и большинства учителей – это радость. Но только не для Маргариты. Она скучала по ученикам, она изнывала от безделья, она ненавидела хоть и редкие, но обязательные визиты в школу, где она должна была дежурить ещё целый месяц. Общение с учителями после выпускного вечера для Маргариты превратилось в ещё большую пытку. Те затаили на неё злобу, потому что только Маргариты, а ещё учительницы по труду Клавдии Егоровны, молчаливой тихони Зинаиды Альбертовны – учительницы по ОБЖ, а по совместительству библиотекарши, и ещё двух пожилых и очень уважаемых и достойных учительниц по русскому языку не было на той злополучной плёнке.

О том, что Маргарита принимала непосредственное участие в этом ЧП, никто не догадался. Но какая-то глупая солидарность за пережитое унижение сплотила остальных учителей, пострадавших в этой, как они выражались, «подлой авантюре». А Маргарита в их сплотившийся клан не попала. За это они её даже стали презирать, считая, что Маргарита подлизывается к ученикам, слишком перед ними стелется. Хотя это была совершенная ложь. Маргарита ни перед кем в своей жизни не стелилась!

– Джинни, я не хочу завтра идти в школу! – ныла Маргарита, словно первоклассница. – Представляешь, мне завтра придётся вместе с Инной Марковной делать стенд о вреде курения! Я уж молчу о том, что мы с ней обе курим, а она-то вообще смолит как боцман. Но вдобавок она такая зануда! Постоянно читает мне нотации о том, как надо жить, как надо одеваться, как надо держать учеников на расстоянии, чтобы они не садились на шею! Словно я глупая маленькая девочка! Я завтра чокнусь! Или, клянусь, я затушу окурок об её лоб и повешу этот стенд ей на шею!

– Потерпи немного, – успокаивал её Джем. – Скоро мы вернёмся в Москву. А там ты устроишься работать куда захочешь. Это здесь из рабочих мест есть только магазины, школа, больница да ядовитая резиновая фабрика. А в Москве полно неплохих вариантов для тебя. С твоими-то двумя языками ты и в престижную фирму сможешь устроиться. Так что подожди, недолго осталось.

– Вернёмся в Москву?!! – поразилась Маргарита. – Но это же опасно!

– Уже нет. Менты на тебя дело закрыли, считая, что ты умерла. Больше года прошло, о тебе все забыли.

– А Воланд? Вдруг кто-то из его банды меня увидит? Всякое ведь может быть.

– Воланд на тебя уже не злится, – уклончиво ответил Джем.

– С чего ты взял? Яйцо Фаберже он ведь так и не получил. А если он, не дай бог, узнает, что я жива, то решит, что я обвела его вокруг пальца, продала яйцо, а теперь шикую на эти деньги. Боюсь, что он после этого захочет меня заживо поджечь.

– Нашлось яйцо, – пришлось сказать Джему.

– Нашлось?!! Ну и где оно было? – воскликнула Маргарита.

– Его Макс стащил. Этот паскудыш весь план того, как засунуть тебя в тюрьму, сам придумал. Но ещё вдобавок он лично проследил за тобой, и когда ты вылезла в окно, именно он залез в дом, украл яйцо, а потом вызвал милицию. Даже Воланд не догадывался, что пасхальное яйцо у него. И только недавно Макс попался, когда попытался продать это яйцо одному коллекционеру. Макс ведь не знал, что этот мужик общается с Воландом. Вот так всё и раскрылось.

– И что с Максом сделали? – вырвалось у Маргариты, хотя она уже знала ответ.

Джем молча провёл пальцем по горлу. Маргарита поёжилась. Она вспомнила свои слова, брошенные в запале Максу во время их свидания в тюрьме: «Лучше копи деньги на свои похороны! Они уже не за горами!» Да, она оказалась права.

«Макс думал, что он мне так изощрённо подготовил смерть, а угодил в могилу сам. Вот так. Как там в поговорке про яму сказано? Очень верно!»

– А откуда ты про всё это знаешь? – опомнилась Маргарита.

– Помнишь, у меня недавно был рейс в Питер? Так вот, там я неожиданно встретился с другом. Он тоже в Петербург по делам приехал. Ну мы с ним зашли в кабак, посидели, поболтали. Ты не бойся, он меня не предаст. Но даже если он и расскажет Воланду, не думаю, что нам теперь стоит этого бояться. Мы же Воланду ничего плохого не сделали. Я уверен, что он на нас уже не злится.

Маргарита улыбнулась. Тяжёлый груз страха спал с её плеч.

– Фу, слава богу. Надеюсь, что всё плохое в моей жизни закончилось. Обо всём можно забыть. Правда, ты знаешь, Джинни, но я почему-то о своих девицах иногда вспоминаю. Соскучилась я по ним, что ли, – грустно усмехнулась Маргарита. – Хоть они и дурёхи, но вместе мы много пережили плохого, да и хорошего тоже. Это не забывается.

– Между прочим, браток сказал, что девки очень плакали, когда узнали, что ты погибла.

– Да?! Ну надо же! Вот никогда бы не подумала…

– Они к тебе тоже привыкли и поняли, что ты не такая уж и гадина, как они тебя раньше называли. Да они Цыпочку за то, что она предала тебя, чуть не разорвали! А потом они её выгнали. Говорят, Цыпочка теперь на трёх вокзалах ошивается, подрабатывает на поездах дальнего следования.

– С чего начинала, к тому и вернулась. Бог с ней. А как там остальные девчонки?

– Вместо тебя теперь Киса хозяйничает. Остальные девчонки живут как жили. Вот, правда, Дюймовочка надолго вышла из строя.

– Что с ней? – перепугалась Маргарита.

– Да ничего страшного. Просто один клиент решил с ней поиграть в женщину-Тарзаниху. Прикинь, этот дурачина заставил её залезть на шкаф, будто на дерево. Дальше, по его сценарию, она должна была спрыгнуть с «дерева» и освободить его, «пленённого безумными обезьянами». А потом у них должна быть безумная, дикая любовь… Но до любви не дошло. Шкаф хоть и деревянный, но, увы, не имеет корней. Короче, Дюймовочка вместе со шкафом рухнула на этого мужика. Теперь этот бедолага весь в гипсе, еле выжил, а Дюймовочка на костылях хромает. Ну а шкаф, кровать, тумбочку и стул из её комнаты, естественно, на помойку выбросили как груду досок. Эта кровать, между прочим, уже третья за год!