Музыкант и наследница - Мария Чинихина

Анри в недоумении пожимал плечами, но ругать дочь не спешил. Он открыл дверь в уютно обставленную гостиную на первом этаже и предложил матери устроиться в одном из кресел, что миссис Смит и сделала.

— Бабуля, — не унималась Альберта. — Я записала инструментальное вступление для папиной песни. Дядя Мон учит меня играть на гитаре, а дядя Дон на барабанах. Я пока не решила, на чем мне нравится играть больше! Бабушка, представляешь, папа обещал отвезти меня на Остров, на фестиваль, с мамой и Эдди!

— Альберта, — перебил дочь Анри. — Я же просил не утомлять бабушку. Возвращайся в комнату.

— Нет, — заупрямилась Альберта и, изображая обиду на лице, бросилась в кресло у окна и вытянула ноги.

Кларисса и не знала, что она встала — обычно по субботам Альберту не добудиться. Сегодняшний день стал особенным. Она проснулась на рассвете и почти два часа наблюдала за всеми машинами, которые останавливались у крыльца. Заметив папин автомобиль, она наспех надела джинсы, кофту и побежала встречать бабулю, которую хотела увидеть первой, чтобы успеть похвастаться успехами, иначе во время завтрака все внимание достанется Эдди. В послушном брате души не чаяли и мама, и обе бабушки, в отличие от нее, любящей пререкаться.

— В мать или в тебя? — спросила миссис Смит.

— Не хочешь перекусить до завтрака? — поинтересовался Анри, игнорируя вопрос матери. Слушать очередные нотации, что Элизабетта не достойна быть его женой, и что они расстанутся в будущем году из-за банальной ссоры, не хотелось. — По субботам мы завтракаем не раньше одиннадцати.

— Нет, спасибо, дорогой, — ответила миссис Смит. — Минут через десять проводи в спальню, не люблю ходить по вашим унылым дворцовым коридорам одна, чувствую себя неловко. Это правда, что у вас с Элизабеттой будет еще один ребенок?

— Ты откуда узнала?

— Видела твою жену на балконе, догадаться не сложно. Объясни, как малыш впишется в ваше расписание?

Анри пожал плечами.

— Мы не планировали …, — оправдался он. — А когда Мадлен и Роджер приедут?

Брата Анри хотел видеть по единственной причине — повидать Аннет и Роба, их сына. Он уговорил Элизабетту (на этом настояла миссис Смит) ввести Роджера в гильдию королевских адвокатов. Новый статус требовал бывать на официальных мероприятиях и Анри корыстно пользовался случаем, чтобы подколоть Роджера — без его протекции и приказа Элизабетты, он бы протирал штаны в провинциальной конторе. Мадлен вышла замуж за магната, опять же прибегнув к покровительству Элизабетты, и выглядела вполне счастливой, если судить внешне.

— Не раньше полудня, — отозвалась миссис Смит. — Элизабетта задумала отметить юбилей с размахом? О закрытом приеме в течение недели говорили во всех новостях.

— Триста гостей! Бетт разослала приглашения всем, кого нашла в записных книжках. Она задумала объединить два отдельно существующих друг от друга мира.

Анри умолчал, что официальный прием волновал его меньше всего. В одиннадцать планировалась тайная встреча с Моном и Группой в баре, куда он пообещал приехать после речей и поздравлений. В особенный год хотелось хотя бы раз сделать что-то не так, не по указке Элизабетты.

— Гастролируешь часто? — спросила миссис Смит и посмотрела на Альберту, которая заскучала у окна. Затем девочка решила немного помешать взрослым и ради веселья забралась к отцу на колени и обхватила его за шею.

— Несколько недель провел дома, — ответил Анри, отбиваясь от рук дочери. — Команда студии активно готовится к фестивалю на Острове. Альберта уже говорила. Сейчас занимаюсь организацией, а через пару дней начну репетиции с Группой. Друзья некоторое время находились в творческом отпуске. Загонял я их в прошлом году, теперь, познав, что такое отдых с женами и детьми, ждут репетиций и выступлений.

— У папы лучшая студия в Городе, так дядя Мон сказал, — без разрешения перебила отца Альберта, чем удивила миссис Смит. У нее были разногласия с невесткой, но она искренне поддерживала Элизабетту в одном — внучке не место на сцене с гитарой, и думала, как бы деликатнее поведать о подозрениях сыну. Она догадывалась, что Анри, как бы сын не отпирался, хочет, чтобы Альберта продолжила дело его жизни, и беспокоилась — справится ли внучка с существующими реалиями. Миссис Смит считала себя далекой от мира звукозаписи, но понимала — так как было в прошлом веке, уже не будет. Она и музыку Группы не смогла оценить, как художественное произведение или искусство — вот если бы Анри увлекся оркестровкой, у нее не возникло бы подобных мыслей.

— И очень много начинающих и талантливых «музыкантов», — добавил Анри. — Не успеваю совсем. Что это? — вдруг спросил он, заметив у Альберты швы на кофте. — Няня разучилась надевать на детей толстовки?

— Нет, Кларисса не виновата, — возмутилась Альберта. — В данную минуту она занимается с Эдди географией, а через полчаса пойдет будить меня. Я проснулась раньше, хотела увидеть бабушку. Почему редко приезжаешь к нам? Я скучаю. Папа, скажи ей, — она подергала Анри за ворот спортивной куртки.

— Я буду приезжать чаще, дорогая, — сказала миссис Смит и улыбнулась. Внучка умела радовать ее.

В гостиную вошла Элизабетта. Домашнее платье она сменила на стильный брючный костюм. Невестка дежурно поцеловала свекровь в морщинистую щеку, отправила Альберту в комнату переодеться к завтраку и села рядом с Анри, положив правую руку мужа на свою. Наступила долгая тишина. Миссис Смит присматривалась к животу невестки, так как больше смотреть было не на что. Затем она попросила Анри проводить ее до спальни и услышала, как Элизабетта просит напоследок надеть что-нибудь приличное, так как на завтрак она пригласила друзей — Мэгги с мужем, Жасмин с редактором, Энни с Клаусом и Эдварда с Розой. Король обещал прилететь к началу приема. Видеть отца она не желала, но приглашение на прием Жасмин отправила за месяц до овального заседания.

Анри и миссис Смит вышли из гостиной, а Элизабетта подумала о свекрови. В первый год после свадьбы она искала к ней подход, публично поддержала все ее благотворительные проекты и ненавязчиво предложила миссис Смит переехать в Золотой Дворец, но свекровь не приняла дружбы и навещала семью младшего сына исключительно в дни официальных семейных праздников. Доброжелательность Элизабетты сменилась неприязнью. Она запретила детям бывать в Особняке и более не пыталась признаваться матери Анри в искренних чувствах. При этом она сохраняла на лице улыбку, если целовала миссис Смит в щеку. И всегда делала вид, что радуется встрече.

Альберта лежала на полу в комнате брата и рассматривала фотографии знаменитых в «прошлом» музыкантов в журнале Петера.

— Эдди, а мама вела активный образ жизни и всерьез увлекалась роком. Смотри, ей к лицу папина бандана. И дядя Мон в луче света… А юбка! Эдди! Мама носила короткие юбки. И кожаные сапоги на высоченной платформе! Мама пишет о Туртане… Корректно. Занимательно…

Эдди не слушал сестру, он летал в облаках после занятий в группе профессора Бойла. Кларисса пошла навстречу воспитаннику и сказала королеве, что Эдди заинтересован философией и желает посещать дополнительные занятия. Элизабетта сначала удивилась, зачем сыну понадобилось в столь юном возрасте изучать популярные идеологии, но затем одобрила выбор Эдди и позволила задерживаться в школе по пятницам.