Сердце потерянное в горах - Анна Сарк

— Ну же, черт возьми, — я вкладываю всю свою злость в последний удар и яркий язычок пламени начинает лизать одну из веточек. Он разгорается сильнее и пещера наполняется тенями. Я подползаю к Максу и откидываю перепутанные волосы с его лба. Он открывает глаза и на этот раз не отталкивает моей руки.

— Признаюсь, мне плохо, — Макс пробует мне улыбнуться, — Но я никогда не болею, — стуча зубами, продолжает он.

— Ты скоро поправишься, — я успокаивающе глажу его по волосам, — Ведь ты упертый.

— Не такой, как ты, — усмехается он и опять засыпает.

Я прижимаюсь щекой к его голове и не шевелюсь, продолжая держать Макса в своих объятьях. Ужас скручивает меня изнутри. Я знаю, на что способна лихорадка. Она выпьет из него все силы, а потом убьет.

Ему нужны лекарства.

Глава 56

Макс

Я знаю, что у меня жар, просто не хочу себе в этом признаваться. Голова раскалывается и меня знобит. Легкие горят огнем, и от каждой попытки сделать глубокий вдох меня мутит. Вполне возможно, причина в газе, которым я надышался. Боль внутри меня превращается в монстра. В живое существо, пожирающее мои внутренности.

Тёплый мерцающий свет костра наполняет пещеру. Успокаивающий запах дыма и углей обволакивает меня, утягивая в темноту. Нам нельзя долго оставаться на одном месте, но почему? Становится всё труднее мыслить ясно. Затуманенный болью разум жаждет беспамятства. Усилием воли открываю веки и сталкиваюсь с темно-фиолетовыми глазами.

— Лили…

— Просто отдыхай, — она что-то быстро прячет от меня. — Я собираюсь набрать ещё дров.

— Здесь небезопасно ходить одной, — хриплю я и пробую подняться, — Я пойду с тобой, — пытаюсь встать, но не в силах даже пошевелиться, мои руки и ноги превращаются в камень.

— Я справлюсь сама…

— Будь осторожна, — бормочу я, — Не хочу за тебя переживать, — Лилит наклоняется ко мне и впервые сама целует в губы.

— Я скоро вернусь, — обещает она.

— Подожди, — я снимаю с пальца перстень, — Пусть он будет у тебя, — усилием волю вкладываю кольцо в ее маленькую ладошку.

— Зачем оно мне? — тон ее голоса выражает не больше одобрения, чем лицо.

— Мне так спокойнее.

— Хорошо, — Лилит прячет кольцо в карман брюк, — Доволен?

Я улыбаюсь, проваливаясь в сон.

Не знаю, сколько проходит времени, когда я прихожу в себя, костер полностью прогорел. Я кашляю и на губах выступает что-то липкое. Смотрю на свои пальцы. Кровь? В груди что-то булькает, и во рту появляется ржавый привкус.

— Лили? — зову я, но ответом мне служит тишина.

Она нужна мне. Я должен быть рядом с ней.

Я чувствую, как поднимается страх и паника.

Опираясь о стену, я поднимаюсь на ноги, и плетусь к выходу. Выхожу наружу. Свет ударяет резью по глазам, и мне приходится ухватиться за ствол небольшого деревца, чтобы не рухнуть мешком. Я оглядываюсь, но Лилит нигде нет. Ужас возвращается, как кошмар, жуткий сон, где на нее нападают Погонщики и я не успеваю ее спасти.

Я иду вперед, цепляясь за кусты. Ритмичные движения помогают мне не отключиться и сосредоточиться на главном. Кашель вновь сотрясает мое тело и я сплевываю сгустки крови.

Легкие горят огнём и перед глазами всё плывет. Каждый вдох дается мне через силу. Боль подтачивает мое сопротивление, мои силы, словно волны, разбивающиеся о скалы. Я вытираю рот, и смотрю на полыхающий закат.

Лилит не могла уйти далеко.

Через несколько часов, мои ноги начинают заплетаться, и я падаю на землю. Я неподвижно лежу на спине. Перед глазами всё кружится и моё измученное тело отказывается мне повиноваться. В воспалённом сознании появляются яркие образы, такие же острые, как терзающая меня боль.

Я снова лежу рядом с сестрой. Никого нет. Ни врачей. Ни медсестер. Только кровь и невыносимая боль, снимающая с меня клетку за клеткой, а потом появляется отец. Я умоляю его спасти ее, но его глаза смотрят на меня холодно и безучастно. Понимание медленно проникает в меня — он не собирается нас спасать.

Огромная всепоглощающая боль обрушивается на меня с новой силой. Наверное, я все-таки ненадолго отключаюсь.

Над головой звездное небо. Мысли путаются.

Что я здесь делаю?

Поворачиваю голову и утыкаюсь взглядом в волка. Он настороженно следит за мной, положив свою огромную морду на передние лапы. Запах леса и мокрой шерсти окутывает меня.

— Это правда, — шепчу я, и тянусь к нему, но волк обнажает в оскале зубы, запрещая мне прикасаться к нему, — Где она?

Он переводит взгляд вдаль.

— Помоги ей, — пытаюсь втянуть в себя воздух, и опять кашляю. Холод проникает все глубже, и чернота старается затянуть меня в пустоту. В кромешную темноту, без дна и поверхности. В висках стучит. С горем пополам, мне удается сесть.

Волк исчезает в лесу. Вокруг меня только мохнатые деревья. Шатаясь, я опять возобновляю шаг, ударяюсь о стволы, падаю и опять упрямо поднимаюсь на ноги. Шагать вперед. Не сдаваться. Идти из последних сил. Я чувствую время на исходе. Зрение затуманивается. По краям расплывается темнота.

— Лили… — шепчу я снова и снова, — Лили…

— Макс?

Из-за шума в ушах, мне кажется, Лилит где-то в другой Галактике. Я дергаюсь. Пытаюсь отыскать ее во мраке. Но вот она сама подбегает ко мне, и я обнимаю ее. Зарываюсь лицом в длинные волосы.

— Что ты здесь делаешь?

— Ищу тебя, — отвечаю я, мои ноги перестают держать меня в вертикальном положении и я тяну Лилит за собой.

Мы оба оказываемся на земле. Нет. Я один. Луна серебрит всё вокруг. Легкие требуют кислорода, который я не в силах им дать. Язык распухает во рту и кажется, приклеивается к нёбу. Чёрная дыра засасывает меня вглубь. Я уплываю куда-то далеко-далеко, застреваю в пространстве из пустоты.

Так уже было, но теперь всё по-другому.

Это навсегда.

Мне нужно лишь дождаться ее.