Исмея. Все могут короли - Кейт Андерсенн

От всякого?!

Мир деловито и довольно кивнул. А Ис ахнула.

— Хочешь сказать, я от тебя?!.

Голову потеряла?!.

Переговорщики обернулись как один. Мир пожал плечами.

— Льючше уж от мьинья, чьем от чтюжого кого. Я подьюмаю об отмьене рабства, госпьода. Но развье об етом ми сьейчас говьрьим?

— Именно об этом! — горячо воскликнул Урсурс, который не эрл. — Вся ваша империя долины…

— …и королевство на восточном побережье, — подсказал мираханец.

— …прогнили!

Исмея попыталась выровняться. Взгляды всех снова устремились к ней. Ничто не изменилось — ни во что не ставят, дурни дурнями, только что благородные. Но мы еще поговорим. Не вставая с колен Мира, она сконцентрировала всю возможную осознанность на Урсурсе:

— Хорошо, предположим, и я запрещу рабство. Ваши действия?

Ее голос прозвучал неожиданно четко, неожиданно даже для нее самой. Вот вам и розовые сопли. Терять голову! Надо же придумать такое?! Она никогда не теряет голову.

Урсурс смутился. Ис соскользнула с Мировских коленей. Подошла к чаше, пошатываясь. Уставилась в огонь. Проговорила в никуда, скользя пальцем над узором на ее горячем боку:

— Я проспала начало переговоров по кое-чьей вине… — просверлила взглядом Аяна, искаженного жаром так близкого пламени, и снова посмотрела в огонь. — Так что, к сожалению, не слышала начала. Но голова, вопреки прогнозам, при мне. Вы говорили об Элинтире, ваше величество. Что это за место?

Ответил ей третий незнакомец на сем совете. Тополец. Друид, судя по косичкам и веточкам в них.

— Священное место Черного Тополя. Здесь дают самые важные клятвы.

Исмея кивнула. Так приятно стоять в траве… Посреди зимы.

— Человеческую природу и вытекающее из нее положение вещей не изменить, — заключила она. — Ни мне, ни вам, ни нам всем. И зелья… гм… тоже не решение. Чего вы хотите? — она посмотрела в глаза Урсурсу, затем — мираханцу, потом — топольцу. Напоследок — Аяну.

Мимо блестящих восторгом черных глаз Фальке.

— Покоя.

— Тишины.

— Уединения.

Ис подняла брови: Аян промолчал. Ну, что ж. Она кивнула:

— Империя не собирается у вас их забирать. Кажется, Затерянная столица достаточно недоступна, чтобы вы могли сохранить покой, тишину и уединение.

— Ну, вот они добрались!

Палец мираханца ткнул в Мира и Фальке.

— Их пригласили, как и меня, — не моргнув глазом, соврала Ис.

Прокатило.

— А что вы хотите взамен?

— Во-первых — вернуть добычу на рудники, — Ис подняла руку, прерывая ропот, — не с рабами, не с каторжниками. Хотя не обещаю, что их вовсе не станет в Империи. Как я уже сказала — человеческая природа неподвластна никому из нас. Но желающие наняться…

— Да не будет желающих! Ее испарения вызывают чуму! Это вы и проспали!

Тильда отозвалась из своей темноты:

— Это не доказано. Судя по моим вступительным исследованиям — безопасные условия добычи создать возможно.

Вот чудо у нее, а не сестра. И фрейлина, и мудрец, и первооткрыватель. Как хорошо, что она есть…

— Тильда этим займется. Но Тополь должен отказаться от монополии. Вы можете открыть пару лабиринтов, по которым рабочие смогут добраться на место. А на месте — построим деревню.

— Во-вторых? — уточнил Аян, зыркнув из-под кустистых бровей.

— Во-вторых — ваше величество заявится в Стольный, скажем… на день Благодарения.

Фальке хмыкнул, Урсурс презрительно фыркнул, Аян замер.

Исмея прошлась вдоль чаши легкой неспешной походкой. Почти не качало. И что Мир выдумал про «ненадолго»?..

— Народ Империи должен видеть, что вы меня поддерживаете, — развела она руками, останавливаясь напротив «трона». И, пользуясь тем, что стоит близко, наклонилась вперед и коварно шепнула: — Может, при дворе приглядите жену. Чтоб Аяна Тринадцатого произвести.

Успела отпрянуть прежде, чем Аян налился краской ярости.

— Девчонка, — процедил Аян сквозь зубы. — Ты заслужила розовые сопли по праву!

— Даже не ждите… — начала Ис, нелепо взмахнула рукой… — Ведь я же должна терять голову?.. — выпалила в недоумении. — Так почему я теряю ноги…

Собственный голос исказился в низкие частоты, и она канула в знакомую темноту.

— И в-третьих — отдайте нам первый тоннель… Которым пришел в долину Басс…

И все разом пропало.

Как выглядит и звучит Элинтир - можно узнать на тг канале автора - Чердак Закатных Облаков.

Глава 31. О шелковой траве, принципах готовки в полевых условиях и жареной акации

Двадцать первое балатана, между полуночью и рассветом. Элинтир.

Ис уютно сглотнула, подтягивая ноги под себя. Протянулась как по мягчайшему шелку. Со спины врезалась во что-то, и это что-то… сладко засопело и пробормотало что-то во сне.

Она открыла глаза тут же. Трава колыхалась прямо у лица. Какой-то муравей полз по былинке на самую вершину… Свет звезд смешался со светом огня… из чаш.

Она села рывком. С бока что-то тяжело свалилось. Обернулась: рядом мгновение назад спал Мир. А теперь, щурясь и зевая, сонным голосом пробормотал:

— Просньюлас?

И улыбается от уха до уха, и смотрит, будто она… ему принадлежит вся, от пяток до ушей… Ис почему-то покраснела. Серебристое платье… ах, нет больше серебристого платья. Одна сорочка осталась. Но блестит, как платье, будто соткана из волос сирен… Отражает и звезды, и огонь, и даже будто траву. А вон то дерево за его спиной… все в розовых цветах.

— Да ты… спи. Устал ведь.

Откуда-то знала. Только не помнила, откуда. Будто то, что они здесь, вот так… единственно правильно, а иначе и быть не могло. И были они тут всегда, и будут…

А там… надо же… на дереве и цветы белые, и плоды круглые оранжевые… И пахнет волшебно, дурманяще, как жасмин весной, только с кислинкой, или еще что-то, она даже названий растений толком не знает… А попала в самое их сердце.

Ведь было что-то такое… Она прикоснулась к виску, пытаясь вспомнить. Мимо лица призрачным видением пронеслась… стрекоза?..

Они летают ночью?

Мир вздохнул, приподнимаясь на локте. Улыбнулся широко, потянулся, погладил ее по смятой щеке с нежностью, смахнул прилипшую травинку, разровнял удивленную гримасу. Ис растерялась.

— Усьтал, да… Но мьне скоро домой. Хочью побить с тобой.

Вот так просто. Аж… в носу защипало.

— Где это мы?.. — спросила она, вытирая рукавом сорочки щеки от всех потенциальных травинок и слез.

— В