Знак расставания - Лиз Райан

Можно было давно это бросить, подумала Аймир раздраженно. Вначале был чудный день для занятия живописью, теперь же творилось нечто невообразимое. Ветер гнал пыль и листья, и они липли на непросохшую краску. И почему метеорологи не предупреждают о таких простых вещах, вместо того чтобы пудрить мозги какими-то изотермами и изобарами? И надо же было саду только зацвести, как вдруг такое ненастье! Одна надежда — Дэн догадался захватить с собой детские куртки.

На крыльце коляска Сорки затряслась словно от дьявольской силы, норовившей выбросить из нее ребенка. Быстро убрав кисти. Аймир поспешно завезла ребенка в дом, отвечая на удивленный взгляд девочки:

— Хорошо еще, что ты не на пляже и песок не засыпет тебе глаза. Давай-ка сделаем чаю.

Она поставила девочку в «прыгунок» на кухне и пошла за чайником, озадаченно поглядывая в окно. На пляже, который местами было видно из-за ивовых деревьев, не было никаких признаков Дэна и старших детей. Но Дэн, конечно, был вполне разумен, чтобы перестать собирать ракушки и быстро идти домой. Небо превратилось из невинно-голубого во враждебно-серое, ветер гонял буруны по океану. Дэн довольно долго прожил на побережье, чтобы угадывать признаки шторма. Иногда они с Аймир удивлялись, почему живут здесь: на любом другом европейском побережье люди в это время года потягивают коктейли и нежатся на солнышке. Даже короткий июль никогда как следует не согревал Данрасвей. В субботу траулеры, к счастью, не в море, но было видно, как несколько прогулочных лодок спешили вернуться в безопасную гавань. Туристы, конечно, будут разочарованы, но они согреются горячим виски в пабе, который Акил Кэмпион сделал таким привлекательным. Даже днем люди приходили туда послушать музыку.

Допив чай, Аймир услышала, как открывается входная дверь. Дэн с Рианной и Эмметом вошли, дверь за ними с силой захлопнулась порывом ветра. Эммет был сильно напуган столь резкой переменой погоды.

— Ужасный ветер, мама! — сказал он.

— Да, детка. Думаю, весь день нам придется смотреть мультики. Или достанем краски и нарисуем поздравительные открытки ко дню рождения бабушки, — сказала Аймир.

Радостно подойдя к шкафу, Эммет извлек оттуда коробочку красок. Аймир увидела, что Рианна нетерпеливо ищет свой барабан.

— О нет, дорогая, Сорка спит! Почему бы тебе тоже не порисовать? — быстро спросила Аймир.

— Хорошо. Барабан потом, — согласилась девочка.

Да, подумала Аймир, я его дам тебе потом, лет так в двадцать шесть. Садясь с ними за стол, она решила в полной мере насладиться возможностью провести весь день дома, слушая, как Рианна начинает напевать. Малышка всегда напевала, когда что-то делала. Но сейчас и еще несколько песен добавились к ее репертуару. Раньше просто невозможно было слушать «Братца Жака» по шесть раз подряд. Дэн тихонечко ускользнул посмотреть скачки по телевизору.

Около четырех часов что-то огромное и белое пролетело мимо их окна. Аймир сперва испугалась, но потом поняла, что это одна из рубашек Пата Мак-Гована. И она, и Энни частенько бегали по чужим огородам, собирая свое белье в ветреную погоду. Сегодня же рубашки Пата придется снимать со шпиля приходской церкви, потому что Энни уехала за покупками в Корк… И угораздило же такой денек выбрать! Со смешанным чувством восторга и ужаса Аймир смотрела в окно на бурю. Набирая скорость, ветер буквально прижимал деревья к земле, переворачивал вазоны в саду, бился в стены, как обезумевший пьяница.

Облака так сгустились, что казалось, поглотили весь дневной свет. Огромная багряная полоса протянулась через все небо, местами отсвечивая зеленью. Словно небо воспрошало у грешников об их деяниях, суля возмездие. Но это вряд ли был местный шторм, и вскоре Дэн вошел в комнату и подтвердил ее подозрения. Скачки в Дублине были прерваны такими мощными порывами ветра, что лошади не смогли соревноваться. Для июля это было необычно, но вряд ли неслыханно. В детстве Аймир сама была свидетелем небезызвестного шторма, погубившего весь урожай, сорвавшего крышу с церкви и перевернувшего все палатки отдыхающих в кэмпингах. Много людей тогда пострадало. Аймир хотела задернуть шторы, чтобы не смотреть на весь этот ужас. Но было еще рано, и ее взгляд невольно возвращался к ужасной картине.

В пять часов грохнул ужасный гром. Дети испугались, а Сорка проснулась и заплакала. Начался жуткий ливень. Через стену дождя невозможно было ничего разглядеть: что упало, что поломалось… Но потом Аймир поняла.

— Посмотри, Дэн, это разбился маленький сатир, вазу с которым Эран подарила нам в какое-то Рождество… Как жаль.

Осколки сатира валялись на траве, он не подлежал реставрации. Ивы почти лежали плашмя от сильного ветра, так что хорошо было видно разбушевавшееся море. Вздрогнув. Аймир подумала о лодках, с утра вышедших в море. В такие дни судьбу лучше не испытывать. Даже со включенным светом и отоплением дом, казалось, затерялся в центре бури, ветер неистовствовал, море бешено ревело. Даже привыкшая к плохой погоде Аймир чувствовала, что в воздухе словно парил гений зла.

— Хорошо, что ты сообразил побыстрее вернуться домой, Дэн, да и рыбацкие лодки тоже, — сказала она.

— Да, мы видели, как они все вернулись в гавань, правда, детки? — спросил Дэн.

Рианна и Эммет ответили утвердительно. Как и все местные дети, они уже хорошо в этом разбирались. В четыре года Рианна уже легко отличала одну лодку от другой, знала большинство их названий. Но вдруг девочка неуверенно взглянула на Дэна:

— Я не видела «Леди Эран».

— Что? — переспросил Дэн.

— «Леди Эран» не вернулась, — повторила девочка.

Аймир похолодела. Сегодня ясным солнечным утром, стоя на лужайке, они с Рианной и Эмметом помахали руками Конору Кэмпиону, который отправлялся на ловлю акулы с группой американцев. Он тоже помахал им, как обычно.

— Дэн, звони в Береговой патруль! — закричала Аймир.

Не колеблясь ни минуты, Дэн быстро пошел к телефону. Он тоже не видел возвращения «Леди Эран». Конечно, они могли и не заметить ее… но он уже разговаривал с береговым офицером в Каслтаун-Бере. Когда Дэн повесил трубку, его лицо было белым как смерть, на фоне черного неба в окне.

— Они знают. Уже отправили спасателей и снарядили вертолет в Шенноне. Он вылетит, как только позволят условия, — хрипло сказал он.

Чувствуя, как между взрослыми возникло напряжение, дети умолкли. Видя, как лицо Рианны вдруг стало испуганным при мысли о дедушке, Аймир попыталась успокоить ее.

— Давай, детка, спой нам песенку.

— Нет, мама. Я не могу петь. Не сейчас, — отказалась девочка.

Шторм все не затихал, и к десяти часам Аймир была уже не в силах ждать.

— Ты останься, Дэн, а я схожу в гавань, — сказала она.