Жажда золота - Айрис Джоансен

Торжественное волнение охватило Йена. Скоро это свершится.

Яркие лучи солнца ворвались в комнату.

Нет, это приближался свет, который он видел во сне и в те минуты, когда погружался в забытье.

— Это не моя вина! — дрожащим от страха голосом сказал Бенарес. — Это ты не рассчитал действие своего снадобья!

— Как это могло случиться? — Пачтал никак не мог понять, в чем был их промах.

Руки Бенареса дрожали. Никогда золотых дел мастер не смел разговаривать с Пачталом подобным образом. Видно, ужас, который внушал ему Абдар, заставил забыть обо всем.

Но Пачтал и сам почувствовал холодок страха в груди. Абдар становился все более неуправляемым с того момента, как услышал о болезни махараджи. В него и в самом деле, видимо, вселилась беспощадная богиня Кали, не ведающая, что такое милосердие. Гнев Абдара мог обрушиться на Пачтала точно так же, как и на Бенареса. Но Пачтал не желал пополнять собой коллекцию. Был только один выход из сложившегося положения.

— Положи маску в ящик, заколоти его и скажи, чтобы этот Тамар сейчас же отвез ее Руэлу. Абдар не должен видеть ее.

— Он разгневается, — с сомнением в голосе сказал Бенарес.

— Будет хуже, если он увидит… это убожество. Абдар не простит нам этого. Если ты будешь помалкивать, его гнев минует нас.

— Боже! Это Маргарет! — Руэл вскочил на ноги и бросился навстречу наезднице, которая мчалась во весь опор. Это было так непохоже на Маргарет.

Сердце Джейн забилось от страшного предчувствия. Светлое платье Маргарет было грязным и порванным, ее волосы развевались по ветру — это могло означать только одно: случилось непоправимое.

Руэл подхватил поводья, как только всадница осадила коня.

— Йен? — отрывисто спросил Руэл.

— Он едет за мной, — проговорила, едва переводя дыхание, Маргарет. — Я сказала Медфорду, чтобы он дал ему передохнуть, пока они будут собираться. Картаук послал меня предупредить тебя…

— Да говори же! Что там?

— Абдар… Две сотни солдат… у них английские винтовки… склады сожжены. Он уже во дворце…

Руэл выругался.

— Черт побери! Как он мог появиться так скоро!

— Медфорд тоже двинется сюда…

— Помоги Маргарет спуститься с лошади, — сказала Джейн. — Разве ты не видишь, что она едва держится в седле.

— Прости. — Голос Руэла был отсутствующим, когда он помогал Маргарет сойти на землю. — А Картаук? Где он?

— Кажется, едет вместе с Йеном. Я видела вторую лошадь рядом с той, на которой было кресло Йена. Но издалека не могла разобрать, кто едет вместе с Йеном, кроме слуг.

Джейн, обняв Маргарет за талию, повела к одеялам, что лежали возле костра. Усадив ее, Джейн налила в чашку горячего кофе из котелка, что висел у костра, и протянула подруге.

— Мне показалось, — сказала Маргарет, обхватывая чашку руками и пытаясь унять дрожь, — что Картаук хотел остаться во дворце — надеялся задержать Абдара. Дать нам время подготовиться к встрече с ним.

— Но это же… глупо! — воскликнула Джейн.

— Он считает, что только один знает, как надо поступать! — Маргарет вытерла слезы, хлынувшие у нее из глаз, тыльной стороной ладони. Она хотела еще что-то добавить, но не смогла.

— Даже если он и остался, это еще не означает, что погиб, — попробовал успокоить ее Руэл. — Картаук умный человек. Он знает все слабые стороны характера Абдара и сумеет задержать его и остаться в живых.

— Если Абдар не добьется того, чего хочет, то он убьет Картаука.

— Но ты же сама сказала, что вместе с Йеном кто-то был… — напомнила Джейн. — Не спеши оплакивать его.

Маргарет глубоко вздохнула и выпрямила спину.

— Да, я веду себя непростительно глупо… Картаук велел передать, что у Абдара две сотни солдат, но подкрепления скорее всего не будет, — повторила она, забыв о том, что сказала это в первую же минуту, как только появилась.

— Абдар надеялся, что ему хватит и этого, — мрачно кивнул Руэл и вскочил на ноги. — Но он ошибается. И мы должны воспользоваться этим промахом.

— Что нам сейчас делать? — спросила Джейн, вставая следом за ним.

— Ты возьмешь нужных людей и перебазируешь лагерь на ту сторону реки. Там легче будет укрыться от пуль, потребуется сделать совсем небольшую насыпь. Если что-нибудь случится или если я не вернусь, обрезайте подвесной мост и уходите в деревню. — Он направился к своему Наггету. — Я еду в лагерь к Медфорду, чтобы убедиться, в безопасности ли Йен и Картаук.

— А если нет? — дрожащим голосом спросила Маргарет.

Руэл посмотрел на нее сверху вниз.

— Тогда я поеду за ними.

— Даже если там остался только Картаук?

Руэл нахмурился.

— Конечно! Я отвечаю и за него тоже.

Маргарет облегченно вздохнула.

— А Дилам и Ли Сунг? — спросила Джейн. — Ты останавливалась в их лагере?

Она покачала головой.

— После Медфорда я нигде не стала задерживаться. — Она устало потерла виски. — Там столько слонов…

— Может, мне стоит поехать к ним, — предложила Джейн.

— Мне надо, чтобы ты успела подготовить лагерь на том берегу, — отрезал Руэл.

— После того, как я предупрежу Дилам и Ли Сунга, я тотчас вернусь сюда, — так же резко ответила Джейн.

Больше он не стал отговаривать ее.

— Я поеду с Руэлом, — попросила Маргарет. — Только мне надо сменить лошадь. Моя устала.

Джейн, глядя на ее белое напряженное лицо, даже не сделала попытки отговорить ее. Она бы и сама не осталась здесь, будь Руэл в опасности.

Но он и был в опасности! Он готов ехать прямо в лапы Абдару. Надо придумать, как остановить его, убедить уйти в джунгли и отсидеться там.

— Руэл!

Он повернулся и посмотрел на нее.

Циннидар был его домом. Циннидарцы — обитателями этого дома. И как хозяин он обязан был защитить всех.

— Будь осторожен, — прошептала она онемевшими губами.

Он улыбнулся ей.

— И ты тоже.

Его улыбка была полна нежности и любви, которые согнали с лица угрюмость. Джейн почувствовала себя увереннее и спокойнее. Вместе они справятся с новой бедой. Они победят. Они не могут не победить.

— Допивай кофе, Маргарет. Оно придаст тебе силы. А я пока оседлаю свою Бедилию и выберу лошадь для тебя.

— Плохо, — коротко, но спокойно подвела итог услышанному Дилам, когда Джейн закончила говорить. А затем добавила более жестко, обернувшись к Ли Сунгу: — Мы должны остановить его. Я не желаю, чтобы Савизары возвращались на остров. То были страшные времена для моего народа. Сейчас будет еще хуже.