Двор Опалённых Сердец - Элис Нокс

– Это от воды? – прошептал он в ухо. – Или от того, как я на тебя смотрю?

– От тебя, – выдохнула я, запрокидывая голову на его плечо.

– Хорошая девочка. – Его пальцы двинулись – медленно, мучительно, находя каждую точку, которая заставляла меня дрожать. – Не лги мне.

Рука на моём горле сжалась чуть сильнее – не больно, но ощутимо. Контроль. Власть.

– Скажи это, – потребовал он. – Скажи, что ты моя.

– Я твоя, – выдохнула я, цепляясь за его предплечье.

– Кому ты принадлежишь?

– Тебе.

– Кто единственный может касаться тебя так?

– Ты.

Его пальцы ускорились – резко, жёстко, большой палец надавил точно в нужное место.

Волна поднялась – быстрая, внезапная.

– А Алистор? – прорычал он.

– Никто, – задохнулась я, выгибаясь. – Он никто.

– Правильно. – Его зубы впились в моё плечо – не сильно, но достаточно, чтобы оставить след. – Он может быть Королём Света. Может владеть половиной Подгорья. Но ты – моя.

Его пальцы ускорились ещё сильнее, надавили туда, где я пульсировала под его прикосновением – и волна обрушилась, разбила меня на осколки.

Я кричала, выгибаясь, вцепившись в его запястья. Вода плеснула, лепестки взорвались светом – ярким, ослепительным, как само солнце.

Музыка достигла пика.

Метка пылала.

Он не остановился. Продолжал двигать пальцами, растягивая удовольствие, пока я не обмякла в его руках, дыхание рваное, тело дрожащее.

– Это было только начало, – прошептал он в моё ухо.

Я повернула голову, встретила его взгляд.

– Тогда не останавливайся.

Золото в глазах вспыхнуло.

Он вышел из меня, развернул – лицом к себе. Руки схватили за бёдра, приподняли.

– Обхвати меня, – приказал он.

Ноги обвились вокруг его талии. Руки легли на плечи, пальцы впились в мокрую кожу.

Он прижал меня спиной к краю бассейна – мозаика холодная, контрастирующая с жаром его тела.

Его взгляд впился в мой – тёмный, горящий.

– Смотри на меня, – приказал он. – Не отводи глаз.

Он вошёл – одним толчком, глубоко, до конца, заставляя меня задохнуться от полноты.

– Боже…

– Не Бог, – прорычал он, начиная двигаться. – Я.

Он двигался жёстко, быстро, каждый толчок заставлял воду плескаться, волны биться о края бассейна.

Его кожа прижалась к моей – влажная, тёплая. Я чувствовала его сердце, бьющееся бешено где-то рядом с моим.

– Это то, что я хотел сделать, – прорычал он между толчками, – когда он касался твоей руки. Хотел сорвать с тебя одежду прямо там, в колеснице, и показать ему, кому ты принадлежишь.

Его рот нашёл мою шею, зубы впились – сильнее, чем раньше, оставляя след, который все увидят.

Метка вспыхнула – острая волна магии.

– Хотел, чтобы он слышал, как ты кричишь моё имя. Чтобы знал – ты недоступна. Навсегда.

Он ускорился, толчки стали глубже, под другим углом —

Я задохнулась, ногти впились в его плечи.

– Там, – выдохнула я.

– Здесь? – Он повторил толчок – точно в ту же точку.

– Да!

– Скажи моё имя, – прорычал он.

– Оберон…

– Громче.

– Оберон!

– Ещё. – Его рука скользнула между нами, пальцы нашли то место, где мы соединялись. Надавили.

– ОБЕРОН!

Я кричала его имя, цепляясь за него, ногти оставляли кровавые полосы на плечах.

Лепестки вспыхнули снова – свет стал ослепительным, золотым, заполняющим всю купальню.

Музыка взорвалась.

Волна обрушилась – разрывая меня изнутри, взрывая звёздами за веками.

Он последовал за мной – толчок, ещё один, его тело напряглось. Он зарычал моё имя, зарываясь лицом в мою шею.

***

Тишина.

Покой.

Музыка стихла до шёпота.

Я прижалась к его груди, слушая биение сердца под повязкой.

Его руки обнимали меня – крепко, но нежно. Одна скользнула вверх, запуталась в мокрых волосах.

– То, что я сказал раньше… – начал он тихо. Голос был хриплым, усталым. – Про ревность…

Он замолчал, и я почувствовала, как его грудь вздымается под моей щекой.

– Это всё она, – продолжил он резко, и в голосе звучало что-то упрямое, почти оборонительное. – Эта метка. Она заставляет меня терять контроль. Вести себя как… как одержимый.

Его рука сжалась на моей талии.

– Но когда я верну свою магию… – Голос стал тверже, увереннее. – Когда снова стану Королём Лета. Когда вся моя сила вернётся…

Он наклонился, губы коснулись моего уха.

– Я разорву эту метку, – прошептал он, и в голосе звучало обещание. – Уничтожу её. Сотру до последнего следа магией, древней и безжалостной.

Его зубы скользнули по моей шее – мягко, но с угрозой.

– И тогда всё это исчезнет. Ревность. Одержимость. Вся эта… слабость.

Золотые глаза были холодными, решительными. Как у короля, который принял решение.

– Я снова стану собой. Тем, кем был. Королём, который не нуждается ни в ком. Который не зависит ни от кого.

Его рука скользнула к моему запястью – там, где был узор из золота.

– И ты будешь свободна, – сказал он ровно. – От этой связи. От моей… навязчивости. Сможешь делать что захочешь. Общаться с кем захочешь.

Что-то острое вонзилось мне в грудь.

Внезапно. Болезненно.

Как будто он взял нож и медленно, методично вкрутил его между рёбрами.

Свободна.

Не нуждается.

Не зависит.

Слова эхом отдавались в голове, каждое – как удар.

Я стояла неподвижно, прижатая к его груди, чувствуя, как что-то внутри сжимается, скручивается, ломается.

Он лгал.

Я знала это. Видела в том, как напряглась его челюсть. В том, как он не смотрел мне в глаза слишком долго. В том, как его рука дрожала на моей талии.

Но это не делало слова менее острыми.

Потому что если он мог так легко списать всё на метку… Если мог так спокойно говорить о том, как уничтожит эту связь…

Значит, для него это было ничем. Просто неудобством. Магическим артефактом, от которого нужно избавиться.

А я?

Я была дурой, которая начала чувствовать больше, чем следовало.

Метка вспыхнула – острой болью, почти обжигающей, как будто она тоже поняла, что её дни сочтены.

Я сжала зубы, заставляя себя дышать ровно.

Не показывай. Ни за что не показывай.

– Кейт? – Его голос был неуверенным.

Я подняла голову, встретила его взгляд.

Улыбнулась – медленно, язвительно,