Счастливая карта - Бобби Смит

– Должно быть, ей нелегко приходится. Непросто жить, сознавая, что люди думают о тебе подобные мерзости.

Рэйф пожал плечами.

– Никто не заставляет ее делать то, что она делает.

– Все это, конечно, так, но вот что, дорогой, я хочу сказать тебе. Я оказался прав.

– В чем?

– Бренда не просто чертовски привлекательна, в ней есть врожденный аристократизм. Если ее научить как вести себя в обществе, то ни один человек не догадается, что эта девушка зарабатывала себе на жизнь игрой в покер. Она проведет всех. Да, кстати, она сегодня ужинает вместе с нами.

Рэйф промолчал.

* * *

Над рекою уже сгустились сумерки, когда ужин, которого с таким восторгом ждали Джейсон и Мэрайя, начался. Джейсону отвели место по правую руку от капитана, и мальчик просто сиял от гордости. Бену нравился этот пытливый мальчишка, и он терпеливо выслушивал его бесчисленные вопросы и отвечал на них.

Появление в ресторане Бренды привлекло всеобщее внимание. Пока она шла через зал к столику капитана, глаза всех присутствующих мужчин были устремлены на нее, а «приличные» дамы злобно шушукались.

– Добрый вечер, Мэрайя. Господа… – приветствовала Бренда собравшихся за столиком.

Ее усадили по левую руку от капитана.

– Здравствуйте, мисс Бренда, – радостно прощебетала малютка Мэрайя и незамедлительно, сообщила: – Дядя Рэйф тоже ужинает с нами.

Бренда была готова к встрече с ним.

– Мистер Марченд, – довольно холодно поздоровалась она, скользнув по нему взглядом и, остановившись на Марке, улыбнулась: – Мистер Лефевр.

Рэйф оценивающе рассматривал ее через стол. Эта девушка затмила всех присутствующих дам.

Мэрайя полностью завладела вниманием Бренды, а Джейсон – капитана. Он засыпал его вопросами о пароходе, о реке, о матросах, и казалось, этим вопросам не будет конца.

Рэйфа поразили искренний интерес и внимание, с какими Бренда выслушивала девочку. Женщины из общества, которых он знал, обычно не слишком много времени уделяли детям. Их гораздо больше волновали светские сплетни да модные фасоны. А дети… Дети казались им надоедливыми и шумными существами. Честно говоря, Рэйф и сам так считал раньше, пока не появились Джейсон и Мэрайя. Их детская непосредственность, искренность и пылкость были гораздо приятнее набивших оскомину лицемерных правил поведения в «приличном» обществе.

Когда подали десерт, поток вопросов у Джексона иссяк. Дети принялись уплетать сладости, и, когда они наконец почти обессилели от впечатлений и всяких вкусностей, Луиза увела их спать. За столом остались одни взрослые, и Марк задал вопрос, уже давно вертевшийся у него на языке:

– Капитан Роджерс, как вы познакомились с Брендой?

– Когда-то много лет назад Бренда и ее матушка спасли мне жизнь. С тех пор я их вечный должник. – И капитан рассказал историю этого знакомства.

– А как Бренда оказалась здесь, на вашем корабле? Это была ваша идея или ее?

– Моя, – ответила Бренда. – Примерно девять месяцев назад я пришла к Бену с просьбой позволить мне работать на его «Славе». Поначалу он даже слышать об этом не хотел.

Марк снова обратился к капитану:

– А почему? Ведь это превосходная мысль. Такой человек на судне, несомненно, должен привлечь пассажиров.

– Вот и она твердила мне то же самое, но я-то понимал, что не все будет легко и гладко. И вчерашняя история тому подтверждение. – Капитан Роджерс вздохнул. – В конце концов, Бренда сумела уговорить меня, и, надо сказать, до сих пор все было спокойно. Вынужден признать, отличная оказалась идея.

– А почему вы решили зарабатывать деньги игрой в карты? – обратился Марк к Бренде.

– Моя матушка серьезно заболела, и понадобились деньги. А где еще можно заработать столько? В карты я научилась играть давно, когда была маленькой, а Бен – мой друг, и я знала, что на его «Славе» буду в полной безопасности.

– А почему вы не рядом с больной матерью? – вмешался Рэйф, уж больно неправдоподобной показалась ему эта история.

Бренда вспыхнула. Сердце ее сжалось при мысли о матери, но уже через мгновение чувство вины сменилось раздражением. Она разозлилась на себя – за то, что оказалась в неловкой ситуации, и на него – за то, что усомнился в серьезности причин, побудивших ее сделать такой шаг. Да как он смеет так пренебрежительно и высокомерно разговаривать с ней?!

– У нас больше никого нет, поэтому я должна работать. – Бренда поднялась из-за стола. – Прошу прощения. – И ушла, гордо подняв голову. Никто не успел даже слова сказать.

Бен неодобрительно посмотрел на Рэйфа.

– Мне очень не нравятся люди, которые непочтительны с Брендой. Вы не имеете ни малейшего представления о том, как она жила, а смеете судить ее. Доброй ночи, джентльмены.

И Бен ушел.

Марк укоризненно посмотрел на Рэйфа:

– Как ты мог сказать такое?

– Да что особенного я сказал? Просто спросил, почему она не рядом с больной матерью.

– Она же говорила, что должна зарабатывать на жизнь. У Бренды нет отца или мужа, которые бы о ней заботились, и, если она не будет работать, на что они будут существовать?

– А почему она не вышла замуж? Ведь она окрутит любого мужчину, если только пожелает, – не унимался Рэйф.

– Может, она просто не хочет связывать себя узами брака, как и еще один мой знакомый, – парировал Марк.

Рэйф нахмурился.