Шторм страсти - Мэри Джо Патни

Габриэль улыбнулся.

– Да, наверняка ваши романы могут повергнуть в шок ярых приверженцев морали, но мне, уверен, покажутся чрезвычайно занимательными.

– Мы работаем вместе с Констанс: это замечательный способ скоротать время в пути. Тексты в основном пишу я, но сюжет и идеи мы обсуждаем вместе. К тому же Констанс прекрасный редактор – указывает мне на те места, что выглядят возмутительно даже по нашим меркам. Она также переписывает окончательный вариант своим красивым почерком и рисует иллюстрации, поскольку обладает недюжинным талантом художника. Ее портреты и экзотические пейзажи значительно украшают наши романы.

Рассказ Рори по-настоящему заинтересовал Габриэля.

– Я бы с удовольствием купил такую книгу. Вы издали хотя бы одну?

– Не думаю, что кто-то захочет их издать. Ведь мои героини совсем не похожи на жеманных красавиц, не способных самостоятельно и шагу сделать, – пояснила Рори. – Это отважные путешественницы. Одна из них, например, капитан капера: носит бриджи и не расстается с саблей; другая – королева-воительница, что ведет своих людей в бой, чтобы отвоевать свободу, третья – воровка, хотя ее мотивы исключительно благородны. Я не описываю леди, они мне неинтересны.

– Как бы мне хотелось познакомиться с одной из таких женщин, – задумчиво проговорил Габриэль. – А как выглядят герои ваших романов?

– Конечно же, все они красивы, мужественны и умны, лорды, но не герцоги, поскольку у меня не слишком романтичные воспоминания о герцогах.

– Да, помню: все они толстые, скучные и провонявшие табаком, – с серьезным видом произнес Габриэль.

– Именно. Мои герои всегда встречаются в тот момент, когда героиня ведет себя возмутительно и совершенно неженственно. Герой заинтригован и пленен ею, а еще уверен, что женская сила не может его уязвить. Он может быть опасным и в то же время добрым. Но что важнее всего – его мироощущение не закостенело, и поэтому он принимает необычность своей избранницы. Ведь именно это показалось ему таким привлекательным. – Немного помолчав, девушка добавила: – Иногда ему необходимо время, чтобы стать более терпимым.

Габриэль улыбнулся, и глаза его вспыхнули теплым светом.

– Это понятно. Уверен, подобные романы не для всех, но не думаю, что их никто не захочет издать.

У Рори перехватило дыхание, когда она ощутила на себе тепло его глаз. Она вдруг поняла, что капитан Хокинс очень похож на одного из ее героев: силен, добр и, кажется, терпимо относится к ее возмутительному образу жизни. А еще Рори заподозрила, что он может быть очень опасным. И пусть его не назовешь ошеломляюще красивым, он показался ей довольно привлекательным. Она еще раз окинула взглядом его стройную фигуру, широкие мускулистые плечи: да, он определенно привлекателен.

Собрав воедино разбегающиеся мысли, Рори ответила:

– Именно это сказала моя тетя Диана, когда прочитала одно из моих творений. История настолько ей понравилась, что она попросила дать ей прочесть остальные. Конечно же, похвала образованной дамы нам с Констанс очень польстила. Тетя сказала, что романы замечательные и достойны быть изданными, а еще пообещала отправить рукописи своему знакомому издателю в Лондоне. Мы не стали подписывать романы собственными именами, так что их автор – Графиня Александра. Если издатель окажется настолько сумасшедшим, что решится представить эти романы миру, нашим семьям не будет за нас неловко.

– Ваши романы сочетают в себе приключения, романтику и путешествия, так что наверняка привлекут широкую аудиторию, – уверенно заявил Габриэль.

– Вы так считаете? – с надеждой спросила Рори, отчаянно желая верить в это, но вдруг заметила, что Малек, о чем-то переговариваясь со слугой, наблюдает за ними, и, вернувшись в реальность, с горечью заметила: – Если нам не удастся выбраться отсюда, мы никогда не узнаем, опубликовали наши книги или нет.

– Вы обретете свободу, – твердо пообещал Габриэль. – И, может статься, к вашему возвращению в Лондон ваши книги будут у всех на слуху.

– Мечты-мечты… – Девушка закусила губу. – Именно богатое воображение помогло нам с Констанс не сойти с ума от страха перед будущим. Нашей гораздо более скромной мечтой было сбежать и поселиться где-нибудь вдали от шумных городов, в небольшом уютном домике, и вместе писать романы – только, возможно, более пристойные, чтобы продавались.

– Каждому из нас нужна мечта, чтобы выжить, – заметил Габриэль. – Не нужно обуздывать своих героинь. Ведь они пробуждают в душе надежду.

– Согласна, но если… когда я снова стану свободной, мне придется быть более практичной, чтобы зарабатывать на жизнь.

– Вместо того чтобы переделывать уже готовые романы, вы могли бы написать новые, – предложил выход Габриэль. – Можно, например, начать с истории о двух авантюристках, захваченных в плен пиратами, описать местные обычаи, природу…

– Пожалуй, вы правы. Если я изображу героиню в уже написанном романе, мне придется изменить и многое другое, вплоть до сюжета. – Рори поморщилась. – Проще действительно начать заново. Вообще-то мы уже сделали кое-какие наброски, когда нас захватили в плен. Надо только постараться изобразить героиню более воспитанной, а героя – не пиратом! В похищении нет ничего романтичного.

– Не могу с вами не согласиться, – мрачно произнес Габриэль.

Почувствовав, как изменилось его настроение, Рори спросила:

– Что я все о себе да о себе. А какова история вашей жизни?

Молодой человек заметно напрягся и перевел взгляд на козочек. Рори припомнила, что все ее герои вели себя загадочно, когда дело касалось их прошлого, и информацию приходилось вытягивать силой. Такое качество казалось интригующим в воображаемых героях, но в реальной жизни раздражало.

Наконец он прервал затянувшееся молчание.

– Я родился в семье, где все мужчины служили на флоте, поэтому, не раздумывая, пошел по их стопам. Уже в юном возрасте я начал выходить в море и считался многообещающим матросом до тех пор, пока не совершил поступок, которым опозорил свою семью. В результате мне пришлось уйти из военного флота.

Когда Габриэль замолчал, Рори спросила:

– Вы вели себя возмутительно?

– Нет, мне так не казалось, да и сейчас не кажется, но я нарушил одно из правил войны. Если бы я был чуть старше и происходил из менее известной семьи, меня бы непременно повесили. – Он пожал плечами. – А так… я просто был с позором изгнан и лишен наследства.

Рори поморщилась. Родители сердились на нее, но никогда не выгоняли из дому и не принимали столь жестких мер.

– И вы занялись торговлей.

Габриэль кивнул.

– Я больше ничего не умею. Сейчас у меня есть хороший корабль и отличная команда, да и поручения, что я выполняю, куда разнообразнее тех, что получал, будучи военным моряком. Я не только перевожу грузы, но и занимаюсь другими, менее благородными делами.