Тебе назло - Екатерина Риз

Я машину обошла, на открытую дверцу облокотилась и на Генку посмотрела. Он занимался тем, что по очереди вытаскивал из бардачка вещи, разглядывал и засовывал их обратно. Для чего он это делал — непонятно, но выглядел занятым и увлечённым.

— Вот с чего ты взял, что мне не интересно?

Он хмыкнул.

— Ты просто никогда себя со стороны не видела на всех этих студенческих сборищах. — Генка глаза на меня поднял. — В следующий раз бери с собой журнальчик. Или Фаю.

Я обиделась, и дверь с силой захлопнула.

— Много бы ты понимал!

Он лишь плечами пожал и вернулся к наведению порядка в бардачке. Я же направилась к подъезду, правда, оглянулась разок, так, для порядка. Не знаю, чего ждала, но Завьялов вслед мне не додумался посмотреть. А я, оказавшись в папкиной квартире, тут же к зеркалу бросилась, принялась себя разглядывать. То, что Генка упрямо повторяет, будто я девчонка и ещё не выросла, здорово раздражало. Я сама уже давно не считала себя подростком, и кроме Завьялова мне никто таких слов не говорил. А он насмешничал и издевался. Я тёмные волосы за ухо заправила, губы облизала и приняла эффектную позу. Кажется, придётся кое-кому доказать, что он ошибается.

За новым платьем я отправилась уже на следующий день, и не одна, позвала с собой Нику и Фаю. Уж они могут дать дельный совет и помогут мне избавиться от тех крох неуверенности, которые во мне зародились.

— Всё зависит от того, зачем ты туда едешь, — сказала Ника, разглядывая платья, которые я выбрала. Потом на меня взглянула вопросительно. — Зачем?

Я слегка покраснела, занервничала и попыталась придумать что-то достойное в ответ.

— А то ты сама не понимаешь, — вмешалась Фая. — Возьмём вот эти два.

— Вот эти? — Ника посмотрела в сомнении. — Это же студенческий вечер! Не знаю…

— Она же туда не ради пива и танцулек едет, а с определённой целью!

— Вот именно, — согласилась я. — Цель у меня есть. Только мне нужно одно платье, на вечер. А туфли под него я у Ники возьму. Ты последние купила, как раз подходят по цвету.

Ника едва заметно сдвинула брови, но возражать не стала, хотя и было заметно, что ей очень хотелось. И вот в субботу я проснулась в предчувствии чего-то невероятного, было понятно, что этот день принесёт много перемен, очень надеюсь, что приятных.

Верка приехала к моему дому на такси. Завьялов уже был здесь, расхаживал взад-вперёд перед машиной и с кем-то по телефону разговаривал, вот уже минут десять. Снова выглядел недовольным и на меня посматривал с явным укором. Ехать ему не хотелось, но меня это нисколько не волновало, поэтому и на взгляды его я никак не реагировала. А вот Верка, увидев его, кивнула в знак приветствия в некоторой прострации.

— Здрасьте.

Генка на неё оглянулся и телефон, наконец, выключил.

— Не здоровайся с ним, — сказала я подруге. — Садись в машину.

Сумку с её вещами Генка положил в багажник, а когда за руль сел, на нас с Веркой, устроившихся на заднем сидении даже не взглянул. Мы выехали на дорогу, и тогда я уже громко поинтересовалась у подруги:

— Ты журналы взяла?

Верка взглянула на меня в удивлении.

— А ты просила?

— Ладно, — махнула я рукой, на Генкин стриженный затылок посмотрела, и громко и выразительно проговорила: — Я взяла "Cosmopolitan", будем читать вслух. Я вчера листала и видела там отличный тест, про парней… Вот: "Что я о нём думаю?".

Верка ко мне приблизилась и, понизив голос, спросила:

— Ты про Лёшку будешь отвечать?

Я снова глянула на затылок Завьялова.

— Конечно.

Я достала ручку, и мы принялись за дело. Каждый вопрос я с выражением читала вслух, а потом принималась рассуждать. Вот только в голове был почему-то не любимый Лёшка, а негромко посмеивающийся с водительского сидения Завьялов. Наверное, поэтому и результат получился со знаком минус. Не очень-то хорошо я думала о человеке, чьё имя крутилось в моей голове, что и не удивительно, злилась я на Генку жутко. А вот Верка, которая этого не знала, сильно удивилась в итоге. Но спрашивать ни о чём не стала, в присутствии Завьялова она отчего-то смущалась и вспыхивала, если случалось с ним взглядом встретиться в зеркале заднего вида.

— А сколько ему лет? — спросила меня подружка, когда мы остановились на заправке, и Генка из машины вышел.

— Кому? — не сразу поняла я.

А Верка пальцем на водительское место ткнула.

— А, Завьялову… — Я потёрла кончик носа. — Двадцать девять, кажется. А что?

— Ничего. Просто он симпатичный.

Я посмотрела в изумлении.

— Ты серьёзно? Генка — симпатичный?

— А ты думаешь, нет?

Я растерялась немного от её вопроса. Что я думаю?

— Я думаю, что у него гадкий характер. А я ненавижу таких мужчин. Даже если они симпатичные, как ты говоришь.

— Про характер его я ничего не знаю.

— Вот именно!

Непонятно почему, но я разозлилась на подружку. С чего она вдруг решила, что Завьялов симпатичный? Да он ни слова ей ещё не сказал, кажется, вообще старается сделать вид, что нас с Веркой в машине нет. Я уже пару часов разглядываю его бетонный затылок и сильную шею, а ему хоть бы хны, не чувствует. Руль крутит и на дорогу смотрит, а если с его стороны и слышен какой-то звук, то это непременно смех. Меня на самом деле злит, что он считает меня девчонкой, да к тому же глупой. Ведь сам сказал, что я Лёшке не пара. Видите ли, не слишком умна для Прохорова, ведь тот, можно сказать, что отличник. Можно подумать, Генка шибко умный. Только и умеет, что зазнаваться.

Приехав в Нижний Новгород, мы немного поплутали по узким улицам, пытаясь отыскать общежитие местного технического ВУЗа, где должны были на ночь остановиться приехавшие с визитом студенты из нашего города. Нам нужно было высадить Верку, которая ночевать тоже останется тут. А мы с Генкой в гостиницу поедем, правда, я не знаю в какую, это Завьялов решит. Подъехали мы как раз следом за автобусом, Генка вышел из машины, чтобы достать из багажника сумку с вещами подружки, а я пыталась высмотреть в толпе студентов Лёшку, а когда увидела его, выглянула в окно и рукой ему замахала. Он разулыбался и к машине подошёл, правда, на Завьялова косился с опаской.

— Привет.

Я улыбнулась шире.

— Привет.

— Нормально доехали?

— Да, всё в порядке. А вы?

Он кивнул и снова на Генку посмотрел. Руки в карманы джинсов сунул и ко мне наклонился.

— После выступления здесь праздновать будем. Ты придёшь?

— Праздновать? Уверены в победе?

— Главное, не победа, — усмехнулся он.