Драгоценная паутина - Максин Барри

– Значит, у тебя ситуация не лучше, чем у малютки Джорджа, – сделал вывод Скотт. – Что ж, надо жениться на деньгах, милорд. На какой-нибудь дурехе, чей отец держит деньги в кошельке. Таких здесь полно. Хочешь, я составлю список и устрою тебе приглашение на вечеринку?

Джастин уставился на Скотта.

– Ты серьезно?

– Вопрос заключается в том, – медленно проговорил Скотт, – серьезно ли настроен ты. Ты готов жениться на деньгах ради «Альционы»? Или эта жертва для тебя слишком велика?

– Нет, в данном случае никакая жертва не будет чрезмерной, – не задумываясь ответил Джастин и сам понял, как это верно. Он готов был на все, чтобы отвоевать «Альциону».

– Итак, – резюмировал Скотт, – ты женишься на деньгах. Потом тебе придется позаботиться, чтобы «Альциона» приносила еще большие деньги!..

– Вот об этом я и думаю. Если перейти на украшения для одежды, их можно начать делать уже с моими деньгами. Но самое драгоценное качество компании – ее репутация. А репутация такова, что наши вещи весьма ценятся в королевских кругах.

– Ну-ка поясни, – попросил Скотт.

– Ты когда-нибудь слышал о небезызвестной Софии Елене ди Маджори? Ее дед основал династию виноделов. Он делал хорошее и дешевое вино. За это его друзья виноторговцы исключили его из своего круга. Они постарели, обеднели, но сохранили достоинство. А клан Маджори ужасно разбогател. Отец дамочки, а потом ее муж хорошо потрудились…

– Удивительно, – сказал Скотт, – но какое это имеет отношение к делу?

– Да уж имеет, – заверил его Джастин. Решив оставить Оксфорд и заняться «Альционой», он очень тщательно исследовал ювелирный рынок. – План простой. Семейные украшения – дело трудоемкое и баснословно дорогое. Синьора богата и помешана на драгоценностях. Через три года ей исполняется сорок. Она хочет сделать себе подарок – ювелирный комплект… Это ее слова, не мои. По слухам, она готова выложить за него огромную сумму денег. Огромную!.. – тихо повторил Джастин. – Эта дама ищет сейчас подходящего ювелира.

– Ты хочешь, чтобы она выбрала «Альциону».

– Да, и это был бы хороший выбор: «Альциона» достаточно новая компания, чтобы соответствовать вкусу ди Маджори. В конце концов, ее деньги дед сделал так же, как моя прабабушка, основавшая «Альциону». Но вместе с тем компания достаточно старая, чтобы покрыться… патиной. Она ведь появляется с годами!.. Наши ювелиры – одни из лучших. К тому же, «Альциона» английская компания. – Он резко вытащил из кармана письмо матери и кинул его на стол. Когда Скотт уйдет, он сожжет это письмо, не распечатывая.

Скотт нахмурился.

– Я думал, быть британцем невыгодно. Разве итальянцы не… Ну-ка погоди минутку. – Голос Скотта внезапно окреп. – Эта ди Маджори итальянка? А в высших ювелирных кругах хорошо известно, что она намерена разместить заказ в какой-то компании?

– Да.

– Тогда наверняка Корральдо предложит свои услуги.

– Ты прав, – сказал Джастин, думая про дядю графа Энрико Корральдо.

– Да? – неуверенно повторил Скотт. – А не думаешь ли ты, что синьора София, или как там ее зовут, примет предложение Корральдо? Их компания старше «Альционы», итальянская и такая же известная.

– Я уверен, имя Корральдо в ее списке стоит первым номером. Но когда она составляла свой список, «Альциона» еще не вышла на арену…

Скотт ухмыльнулся.

– У тебя еще что-нибудь припрятано в рукаве?

Джастин покачал головой.

– А больше ничего не нужно. Да, итальянцы держатся друг за друга. Но они и недовольны друг другом. Ди Маджори забыла, я уж не говорю, не простила им историю с дедом, который вынужден был чувствовать себя отверженным в собственной стране. Именно так с ним держались не только братья по оружию, но и его соседи. Один из них, между прочим, был предком сегодняшнего главы семьи Корральдо.

– Ну что ж, возможно, ты прав, – сказал Скотт с некоторым сомнением.

Джастин улыбнулся.

– Ты забываешь, ювелирный бизнес не похож ни на какой другой. – Голос его внезапно смягчился. – «Альциона» создает мечты. Дарит очарование. Воплощает в жизнь фантазии. Подчеркивает статус власти. Ты думаешь, все зависит от прихоти этой итальянки? В определенном смысле, да. Но возможность того, что она разместит свой заказ у нас, реален, потому что «Альциона» – фирма с хорошей репутацией. Мы могли бы обойти в этом смысле таких, как «Ридекс». Эта новая американская фирма соперничает с могущественной «Тиффани», но несмотря ни на что, она слишком молода, чтобы предлагать себя ди Маджори.

– О'кей. Допустим, мы получим заказ. Что тогда?

Джастин засмеялся.

– Знаешь, что происходит, когда компания получает «королевскую печать» одобрения? Дамы стекаются толпами. У всех богатых людей едет крыша!.. Мы выполняем заказ Маджори, и очень скоро все загораются желанием иметь ювелирные изделия от «Альционы»! Хотя бы какую-нибудь пару сережек за несчастные пять тысяч фунтов!..

Скотт уловил волнение в голосе Джастина Сирамор-Форбса и поймал себя на том, что и сам впервые ощутил его.

– Ты действительно этим загорелся, да?

– Да. Довольно странно, но это именно так.

Джастин смотрел за окно, на лужайку. Конечно, он пожалеет, что не закончил Оксфорд. Но теперь он сам вступил в игру с жизнью и намерен победить.

– Значит, твой отец умер, а ты учишься быть свободным, – как бы рассуждая вслух, проговорил Скотт. – Это того стоило, Джастин? – тихо спросил он.

Джастин резко повернулся к Скотту, как будто тот прошелся раскаленной докрасна кочергой по его спине.

– Ты думаешь, я убил отца, Скотт? – внезапно очень спокойно ответил он вопросом на вопрос. Его голос звучал при этом так, словно его интересовало, пойдет ли завтра дождь.

Скотт Тейт улыбнулся.

– Я думаю, – сказал он спокойно, – что мне плевать, убил ты его или нет.

Длинный черный лимузин Риса Декстера остановился на частном аэродроме в пяти милях от Лос-Анджелеса. Его ожидал самолет компании «Декстер корпорейшн», чрезвычайно мощный и элегантный. Поднявшись в салон, Рис налил себе немного бурбона и много воды. Взглянув на часы, подсчитал время в полете. Он редко бывал в Италии, но сейчас просто горел желанием поскорее оказаться там.

Самолет взмыл в темнеющее небо. Рис, удобно устроившись в кресле, вынул досье Софии ди Маджори и принялся изучать. Интересная женщина! Это открытие вдруг заставило его вспомнить о самой интересной в мире женщине – леди Форбс. Он снова прокрутил в голове сцену в его офисе. Да, у юной леди были все основания забрать свои работы и оттолкнуть его!..

Как легко оказалось вызвать ее воображаемое присутствие – стоило закрыть глаза, и она возникла перед мысленным взором Риса. Разъяренная, осыпающая оскорблениями… но такая желанная. Рис сердито замотал головой и включил над собой свет. Он хотел хотя бы на время забыть леди Форбс, но чувствовал, что это было бы ошибкой…