Ублюдок, притворись моим парнем... - Екатерина Юдина

— Нет, я не передумала, — я уверенно кивнула. — Мне стоит хотя бы поговорить с ним.

— Лорет, пожалуйста, будь осторожна, — попросила Розали. Казалось, что она сама уже сожалела о том, что во вчерашнем разговоре упомянула этого парня. — Не недооценивай Флавье и не ведись на его провокации. Поверь, от этого парня можно ожидать всего.

Розали, судя по всему, пыталась не только меня предостеречь, но и отговорить, поскольку девушка еще долго рассказывала мне о том, что Леон-Гонтран весьма опасный человек. Будто я об этом не знала. Да я уже была наслышана о тех страшных слухах, которые все как один твердили о жестокости этого парня. Но именно такой человек мне и был нужен. От одного психопата меня мог спасти только другой психопат.

Розали хотела пойти со мной в «Рикшот», но я настойчиво отказалась, считая, что мне стоит самой встретиться с Флавье и больше не втягивать свою подругу в возможные неприятности. Тем более, в отличие от меня, девушке нужно было идти на работу.

Обычно, я никогда не нервничала, ведь понимала, что нельзя себе помочь волнением, но в тот день я необычайно сильно переживала, словно мне предстояло явиться на встречу с монстром и, поудобнее разместившись в его тарелке, нацепить на себя табличку «Я твоя еда. Приятного аппетита». Но, вопреки этому, я все же быстро собралась и поехала в «Рикшот», решительно намереваясь поговорить с Флавье.

Явившись в бар, я, первым делом, описала бармену внешность Леон-Гонтрана и спросила у него, не появлялся ли парень тем вечером в этом заведении, на что получила отрицательный ответ. Поэтому, сев за свободный столик, я заказала себе чай и стала ждать, надеясь, что Флавье все же придет туда.

Время шло и я всерьез пожалела о том, что у меня не было номера телефона Леон-Гонтрана, ведь намного проще было бы созвониться с ним, а не ждать парня в «Рикшот», прекрасно понимая, что в ближайшие дни он там может и не появиться. К счастью, удача была на моей стороне и когда часы показывали почти девять вечера в бар, в сопровождении нескольких девушек, которым в пору было бы стать фотомоделями, и еще двух парней, зашел Леон-Гонтран.

Флавье производил неоднозначное, но точно запоминающееся впечатление и, пожалуй, лишь однажды увидев этого парня, было невозможно его забыть.

Он высокий и смуглый. Волосы черные, но глаза серые. Хотя, более влекущими были его черты лица и мимика, которая делала его чертовски харизматичным. Флавье смотрел на людей так, словно видел все их сокровенные тайны и уже заранее презирал за постыдные черты внутреннего мира. Он без особого труда и усилий преобладал и возвышался. Просто потому, что чувствовал слабость других, в то время, как сам источал лишь силу. Ненормальную и какую-то дикую. Ту, которая есть только у агрессивного животного, решившего ненадолго затаиться.

В первое мгновение, я хотела побежать к Леон-Гонтрану, но вовремя остановила себя. Разговаривать с парнем при всех этих людях, я не хотела. Мои слова не предназначены для чужих ушей. Плюс, только оказавшись с парнем наедине, я смогла бы хоть как-то достучаться до него. Поэтому, когда Флавье со своими друзьями пошел в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, я последовала за ним, думая о том, как же мне поговорить с ним наедине.

Та компания, в которой находился парень, разместилась в отдельном зале. Их там собралось не меньше десяти человек и я, словно неловкий воришка, довольно долгое время бродила из одного конца коридора в другой, незаметно для всех заглядывая в приоткрытую дверь. Изредка оттуда выходили друзья Флавье, чтобы сходить в уборную или, поговорить по телефону, но они уже вскоре возвращались, а сам парень не выходил.

Я видела, что Леон-Гонтран играл в бильярд, иронично улыбался и пил какой-то напиток из увесистого хрустального стакана. Он мог грубо пошутить над кем-то, практически унижая этого человека, но все вокруг смеялись и продолжали эти едкие шутки, перенимая на себя отношение Флавье к тому или иному человеку. Наблюдая за этим, я подумала о том, что те люди не выглядели равными Леон- Гонтрану. Он не ставил их на одну ступень с собой и будто бы находился в этой компании из-за скуки, относясь к собравшимся с пренебрежением. А эти парни и девушки, все равно тянулись к нему, словно Флавье был кем-то важным и нужным для них.

Уже полчаса находясь в коридоре, я поняла, что занимаюсь бестолковым делом и, устав ждать, решила зайти в зал, чтобы попросить Флавье выйти ко мне для важного разговора. Но, как только я двинулась в сторону двери, она распахнулась и в коридор вышел Леон-Гонтран, направляясь в сторону террасы.

Минуя пустые столики, парень подошел к ограждению и, опираясь на него одним локтем, достал из кармана телефон, тут же начиная нажимать что-то на сенсоре. Видя, что мне наконец-то улыбнулась удача, я побежала к террасе, мысленно прокручивая слова, с которых хотела начать разговор.

— Привет, — я подошла к парню, оставляя между нами совершенно небольшое расстояние, поэтому Флавье должен был понять, что обращалась я именно к нему, но, несмотря на это, Леон-Гонтран никак не отреагировал на мое приветствие.

Все еще не отрывая взгляда от телефона, парень щелкнул рычажок на зажигалке и подкурил сигарету, вид которой меня слегка удивил. Белая сигарета с золотистым ободком вокруг черного фильтра. Это была точно такая же сигарета с ментолом, как и те, которые курил Джером.

Нахмурившись, я подумала о том, что ошибалась, считая запах этих сигарет хорошей зацепкой в поисках своего насильника. Однажды я слышала, что для Марсо их привозили откуда-то из-за границы, ведь эти сигареты были очень редкими и дорогими. Но, кажется, Флавье не являлся представителем золотой молодежи. О его родителях вообще ничего не было известно, как и о личной жизни самого парня. В этом плане он являлся полной загадкой, но навряд бы Флавье стал тратить баснословные деньги на сигареты. Значит, они не были такими дорогими и редкими, как я думала раньше. Возможно, в Париже вообще множество парней предпочитающих табак этой марки.

Качнув головой, я отбросила мысли вертящиеся вокруг сигарет в сторону. О них я могла разузнать немного позже.

— Привет, — повторила я, намереваясь все же привлечь к себе внимание парня. — Меня зовут Порет Ламбер. Мы не знакомы, но я тоже учусь в Пантеон-Ассас.

Флавье вновь не обратил на меня никакого внимания, продолжая что-то печатать на телефоне. Я нахмурилась и раздраженно стиснула зубы, злясь от того, что меня игнорировали. Окинув парня взглядом, я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и ненадолго сосредоточила свое внимание на левой руке Леон-Гонтрана, в которой он держал смартфон. От запястья и до локтя на ней виднелась большая, но довольно красивая татуировка. Правда, из-за того, что кожа вокруг черных контуров была покрасневшей, я поняла, что сделана эта татуировка была совсем недавно.

— Ей, ты меня слышишь? — я помахала рукой, уже открыто намекая Флавье, что ему стоило хотя бы посмотреть на меня и вступить в разговор, но на это я получила очередную порцию игнорирования. — Ей, ублюдок, притворись моим парнем! — я, не выдержав, воскликнула эти слова, хотя, прежде чем говорить их, изначально, хотела как-то подготовить Леон-Гонтрана к своей просьбе.