Струны радуги - Лина Баркли

– Конечно, дорогая. – И с улыбкой добавила: – Но, пожалуйста, не переправляйся через залив.

Девушка виновато кивнула:

– Больше не буду.

Вернувшись к себе, она перелистала блокнот. Ей хотелось начать писать рассказ. Но с чего?

Кэтрин уселась у окна и посмотрела на залив. Он был спокойным и безмятежным, ничем не напоминая того грозного зверя, каким был еще недавно.

Умытые дождем белые стены коттеджа слабо светились в наступающих сумерках. Позади него грозно проступали очертания скалистых вершин гор. Воображение ее разыгралось: а может быть, в это самое время кто-нибудь бродит вокруг коттеджа, как это делала она, и пытается проникнуть внутрь?

Она записала эту мысль в блокнот: «Кто-то хочет попасть в ту комнату, куда она вошла утром, когда Стивен повел собаку гулять».

Вот так она и начнет, подумала Кэт с удовлетворением. Ее рука чуть дрожала от напряжения, когда она старалась быстро записать первые фразы рассказа. Воображение вернуло ее в коттедж, где лампочка еле мерцала в наступившей темноте.

«Генератор работал с перебоями», – продолжила Кэт.

Внезапный звук отворившейся двери заставил девушку вздрогнуть. Она оглянулась и увидела Стивена, стоявшего в дверном проеме со сложенными на груди руками. Она быстро захлопнула блокнот, вложив в него карандаш. Поспешность, с которой это было сделано, привлекла его внимание, и Кэт упрекнула себя, что не смогла скрыть своего замешательства. Стивен подошел поближе и остановился в нескольких шагах от Кэтрин, которая инстинктивно попыталась спрятать куда-нибудь свой блокнот, но вместо этого прижала его к груди.

– Отчего такая скрытность, мисс Нил? – В его голосе вновь прозвучали обвинительные нотки, вызывавшие недоумение девушки. – Что же секретного в записках, которые вы так тщательно прячете от меня?

– Там ничего такого нет, – быстро проговорила она.

– Тогда… – протянул он руку.

– Нет, я не могу показать их вам. Потому что…

Она еще крепче прижала блокнот к груди, что явно вызывало его раздражение.

Ну как я могу рассказать всю правду? Этого делать нельзя, предупреждал ее внутренний голос. Ведь эти записки не имеют никакого отношения к нему, и сестра предупреждала: никогда и никому ничего не говори, пока рассказ не написан. С другой стороны, сама с собой рассуждала Кэт, что, если она никогда так и не закончит свой рассказ? Как она будет выглядеть в его глазах? А ей так хотелось, чтобы у него сложилось о ней хорошее мнение.

Постепенно угрюмое выражение его лица сменилось на более спокойное. Стивен подошел к книжному шкафу, который миссис Осборн предоставила в распоряжение Кэт. Его поразило большое количество художественной и другой литературы, которую та привезла с собой. Подобно тому как делала Кэтрин в коттедже, Стив вынимал из шкафа и просматривал книги. Поставив все на место, он оглянулся и внимательно посмотрел на девушку, затем подошел к ней поближе.

За это время она умудрилась спрятать блокнот за штору, но была убеждена, что он заметил его отсутствие.

– На некоторых книгах можно увидеть надпись: «Пол Колум». Это кто, ваш ухажер? Теперешний или бывший? – спросил Стивен.

– Ни то, ни другое. Это фамилия мужа моей сестры. Он занимается наукой, как и вы.

– А на кого он работает?

– На издательскую фирму. Как и сестра, он журналист, редактор научного журнала. – Кэтрин улыбнулась. – Всегда в поисках последних научных достижений.

Выражение его лица резко изменилось.

– В чем дело? – удивилась девушка.

Стивен ничего не сказал, сделал несколько шагов назад, потом вновь подошел к ней, схватил за руку и резко потянул на себя.

– Прекратите, черт побери, увертываться! – Он обнял ее и крепко поцеловал в губы.

Голова ее запрокинулась, и, дрожа от внезапно охватившего ее страстного желания, она прижалась к нему всем своим телом. Ее руки обхватили его, губы жадно отвечали на его поцелуи.

Наконец Стивен оторвался от нее, оглядел девушку затуманившимся взором.

– Ну вот. Так гораздо лучше, – сказал он, продолжая удерживать Кэтрин в своих объятиях. – Не правда ли?

Да нет же, хотелось ей закричать, как раз наоборот! Чем больше ты целуешь меня, чем больше чувствую я твое сильное тело, жар твоих объятий, тем более я попадаю под твое влияние. И теперь уж, наверное, слишком поздно, стучало в ее висках, это уже случилось. Ты весь во мне. И мне никуда не деться!

А в это время Стивен внимательно изучал рисунок на длинном шерстяном свитере Кэт:

– Тут шотландец с волынкой шествует по тебе, – сказал он с улыбкой, следуя пальцем по рисунку и касаясь ее бедер, талии и груди. Он заставлял девушку вздрагивать от возбуждения. – Спокойно, – произнес он сквозь сжатые зубы, – если только ты не хочешь, чтобы мы тут же предались любви, чего ты не допустила прошлой ночью и сегодняшним утром.

– Перестань соблазнять меня, – как сквозь сон услышала Кэт свой умоляющий голос. – Да и нет у тебя никакого права чего-нибудь требовать от меня.

– Разве?!

Стив снова прижал ее к себе, просовывая руку под блузку Кэт и лаская волнующуюся грудь девушки, заставляя ее снова вздрагивать под его умелыми в любовных делах руками.

Она застонала, умоляя отпустить ее. В то же время ее губы отвечали на его страстные поцелуи, как бы требуя, чтобы он еще и еще целовал ее. И только звонкий лай заметавшейся у их ног собаки вернул Кэтрин снова на землю.

Сердце ее стучало, ноги дрожали, и, к удовольствию Блэки, Кэтрин, как только Стив разжал объятия, свалилась на ковер.

Приглушенное проклятие сорвалось с губ Стивена. Пес принес в зубах поводок и выжидательно поглядел на него.

Подойдя к двери, Стив оглянулся.

– Ты полагаешь, я сделан из камня… из тех скал, которые нас окружают? Я нормальный мужчина…

– Нет. – Она почти задохнулась от смешанного чувства гнева и какой-то безнадежности, охватившей ее. – Ты не любишь…

– Любовь? Ты веришь, что она еще существует в наше время? Как же ты наивна!

– Но не цинична, как ты, – возмутилась Кэт. – Что-то в определенный момент превращает чувственность в настоящую любовь! Какой-то катализатор…

И хотя произнесла все это довольно решительно, где-то в словах ее проскользнула неуверенность.

– Катализатор… Да? – произнес он с насмешкой. – В тебе заговорил химик. Это я понимаю. Тогда послушай…

Он пристально поглядел на Кэтрин.

– Не существует ничего такого, что могло бы внезапно воздействовать на наиболее интимные отношения.

– Ну, пусть это будет интимная близость, – продолжала она настаивать с отчаянием в голосе.

– Как это ни называй, – резко произнес Стивен, – там нет любви.