Высота одиночества - Татьяна Минаева

— И как тебя только Николай Петрович терпит столько лет? — скорее саму себя, чем Крылова, спросила Рината.

— Потому что я талантлив, — расплылся в широченной улыбке тот.

— Естественно, — хмыкнув, бросила девушка и снова вернулась к тренировке.

— Рината, Игорь, у меня к вам дело, — после вечерней тренировки Савченко подозвал к себе спортсменов. — У нас слишком мало времени до старта сезона, мы еще не приступали к совместному изучению парных элементов, но… — тренер задумчиво потер переносицу, — думаю, нам уже сейчас нужно выбрать музыку для программ. Начнем с короткой. Будем накатывать элементы уже на выбранную мелодию. Это сбережет нам время, которого и так нет. У нас еще куча работы, так что об отдыхе можете забыть. Встали в пару — будьте добры тренироваться, а не по ток-шоу ходить, — на последней фразе Николай Петрович недобро глянул на Крылова. — Есть предложения?

— Давайте «Реквием по мечте» поставим, — пожал плечами Игорь. — Хорошая музыка, трагичная, есть, где развернуться.

— Угу, — скривилась Ипатова. — А то, что «Реквием» катают все, кому не лень — от мала до велика, тебя устраивает? Не кажется ли тебе, о наиталантливейший фигурист всех времен и народов, что для олимпийского сезона нужно выбрать что-то пооригинальнее?

— А что в таком случае может предложить наша некоронованная принцесса льда? — не остался в долгу Крылов. — «Рапсодия», «Лебединое озеро», «Тоска»? Что?! Или нет, давай «Матрицу» поставим! Как раз для Олимпиады.

— Не утрируй, — Рината старалась держать себя в руках. — Есть куча незаезженных композиций, которые более достойны, чем твоя «Реквием».

— Предлагай!

— Может, взять саундтрек из каких-нибудь старых кинофильмов? — Рината намеренно обращалась только к Савченко. — Намного легче воссоздать на льду уже готовый образ и подкорректировать его с учетом специфики парного катания.

— Я думал об этом, — вздохнул Николай Петрович, — поэтому начеркал списочек, — он протянул Ринате и Игорю по листку. — Вот, посмотрите, а завтра скажете, что вам больше всего нравится. От этого и будем отталкиваться.

— Хорошо.

— Нет, не хорошо! — возмутился Игорь. — Не собираюсь я под это старье кататься!

— Крылов, ты не один теперь! Не один, чтобы выбирать то, что только тебе по душе! — осадил ученика Николай Петрович, однако тот красноречиво отвернулся и покатил прочь.

— Господи, как же он меня бесит, — под нос себе прошипела Ипатова и поехала за Игорем.

Николай Петрович минут десять слушал препирательства этой парочки, к слову сказать, довольно интересные. С тематики кинофильмов они плавно перешли на личности, и Рината в итоге оказалась «обозленной на весь мир недофигуристкой, покрытой иголками с ног до головы, что не подойти», а у Крылова «самомнение зашкаливает до такой степени, что человечество со дня его рождения должно на коленях стоять и просить о благосклонности».

Этот обмен колкостями в какой-то момент Савченко надоел, и он не выдержал:

— Ребят, может, сразу разойдемся и не будем нервы друг другу мотать?! Ну не пара вы, не-пара! Заканчиваем спектакль! Никакая Олимпиада нам не светит!

— Нет! — в один голос воскликнули фигуристы.

Тренер на мгновение опешил — как близнецы, ей-богу. На него смотрели две пары глаз с абсолютно одинаковым выражением — непоколебимой уверенности.

— Тогда давайте искать точки соприкосновения! — всплеснул руками Николай Петрович. — Мы столько времени впустую тратим на ваши разборки! До Олимпиады — год, но уже в августе мы должны показать руководителям Федерации наши программы. Да, по отдельности в ваших способностях никто не сомневается! Даже, несмотря на травму Ринаты и проблемы Игоря, вы — два сильных спортсмена. Но вы — одиночники! Всю жизнь катались одни, а пара — это совершенно другое. — Игорь было открыл рот, но Николай Петрович предупреждающе поднял руку. — Не надо мне тут про три года. Забудь про это. Вы понимаете, что нам нужно выучить кучу новых элементов?! И тебе, Игорь, тоже нужно. Азы ты усвоил, и это хорошая основа. Иначе и браться бы сейчас не стоило, но если вы будете по каждому спорному моменту собачиться, времени нам не хватит! Поэтому, — Савченко поочередно посмотрел на фигуристов, — даю вам неделю на выбор музыки! Не выберете — ничего не будет. Я не буду вас тренировать.

Высказавшись, он тяжело выдохнул и, не прощаясь, ушел.

Рината и Игорь несколько минут стояли в центре катка друг напротив друга и молчали, переваривая слова, сказанные тренером.

— Ладно, давай «Реквием», — не глядя на Крылова, подала голос девушка.

— Нет уж, где там этот список? — Он забрал из рук Рины листок и принялся внимательно изучать. — Из всего что здесь есть мне нравится «Крестный отец».

— Я послушаю дома и выберу понравившиеся, — проговорила Ипатова.

— Интересно, насколько я помню, интернета у тебя нет.

— Разберусь как-нибудь.

— Рин, а поехали ко мне, — без задней мысли предложил Игорь, но, судя по тому, как девушка переменилась в лице, подумала она о чем-то своем. Его это изрядно позабавило, но вместо саркастических замечаний, во избежание очередного выяснения отношений он поспешил добавить: — Послушаем предложенную музыку и, как максимум, — попьем чаю.

— Хорошо, — немного подумав, она кивнула. — Я переодеваться.

Когда Рината скрылась в раздевалке, Игорь не удержался от улыбки. Если Ипатову не гладить против шерсти, она ничего такая, совсем не буйная. Но, черт возьми, как ему нравится её злить!

Однако Савченко прав — теперь они команда, а значит, должны идти на уступки, даже если при этом придется наступать себе на горло. Хоть и не нравится, но нужно перестраиваться на совместную работу. А ведь это только музыка… Что же будет дальше…

Ехали в полнейшей тишине. От скуки Игорь включил радио, но тут же поспешил выключить — наткнулся на спортивные новости, где ведущая повторила его слова, сказанные на вчерашнем шоу. Лицо Ринаты потемнело, но она стойко сдержалась и не сказала в его адрес очередную колкость.

Да понял он, понял, что у неё аллергия на журналистов. Вот только чего ей скрывать, все и так ясно, как Божий день. Или нет?..

Квартира Крылова располагалась в центре, в новеньком многоэтажном доме свободной планировки. Рината знала, что не стоит ничему удивляться, но все же когда вошла в крыловские хоромы, а иначе не скажешь, от изумления раскрыла рот. Никогда в жизни не была в двухуровневой квартире.

— Хорошо живешь, — только и сказала она, разглядывая дизайнерский интерьер гостиной.

— Не жалуюсь, — Игорь бросил куртку на диван, стянул шарф и сделал попытку помочь Рине раздеться. Но та его помощь не приняла. Сама повесила верхнюю одежду на вешалку. Пора бы привыкнуть и не дергаться… У Ипатовой девиз — «я все сделаю сама».

— Ну что, чай?

— Давай делом займемся, — сказала Рината, задержавшись взглядом на «уголке почета», как называл Игорь свои медали и дипломы.