Приют Святой Анны - Ребекка Уинтерз

— Это было частью задуманного мной плана избавления от Шейлы. Но план привел к неожиданным ужасным последствиям, в результате которых я лишился своей жены!

Эшли тронуло отчаяние в его голосе, но она недоверчиво спросила:

— Какого плана?

— Он возник у меня после того, как адвокат моей матери, Рей Кроуфорд, пришел ко мне в больницу в день смерти отца. Рей сообщил мне, что половина нашего дома записана на имя матери, то есть принадлежит по закону мне.

— Что?!

— Ты не ослышалась. Согласно завещанию отца, дом должен был перейти в собственность Шейлы, но моя мама предвидела такое. Отец не собирался ничего мне оставлять. Таким путем он хотел еще раз наказать меня за то, что я оказался привлекательным для его подруги, за то, что не окончил Корнеллский колледж и не оправдал его надежд. Если ты помнишь, когда мы с тобой навещали моего отца в больнице после авиакатастрофы, я сначала поговорил с ним наедине.

Эшли кивнула, вспоминая то тягостное долгое ожидание в холле больницы и ходящую туда-сюда Шейлу с сухими глазами. Они обе не проронили тогда ни слова.

Когда Корд наконец открыл дверь и пригласил их войти, Эшли увидела, как он подавлен, но отнесла это на счет состояния отца.

— Я наивно надеялся, что, поскольку отец был на пороге смерти, мы с ним придем к какому-то примирению. Но он сказал мне только, что отныне все бразды правления в компании переходят к Шейле. А еще дал мне понять, что, раз я предпочел уехать в Тетон, он оставляет дом ей.

— Он так и сказал? — снова воскликнула Эшли. — И ни слова любви или утешения тебе? — Она не могла постичь такого. — Почему ты мне не говорил?

Его глаза затуманились печалью.

— Я слишком разозлился, Эшли. Мне было нелегко пережить это самому. Не стоило обременять тебя, тем более что в наших отношениях и так было достаточно проблем. Еще одна ошибка, о которой я горько сожалею.

— Но это же ужасно!

— Он и был ужасным человеком. Очевидно, не думал, что я когда-нибудь обо всем узнаю, но мамин адвокат Рей знал о ее воле и ввел меня в курс дела. Мы с Реем все обсудили, и я принял решение бороться с Шейлой. Однако следовало действовать осторожно. Я так и старался делать. Первой частью моего плана было сказать Шейле, что ты и я снова переедем в дом, чтобы не оставлять ее одну в ее горе. Я знал, что она шантажировала тебя, но в тот момент не представлял, насколько это серьезно.

Эшли застонала от сознания собственной вины.

— Это правда. Я никогда не рассказывала тебе того, что говорила она, потому что не хотела этому верить.

— Она непревзойденный мастер манипуляций, но я решил с ней потягаться. Благодаря маме, я сохранял место в совете директоров нашей компании. При желании я мог воспользоваться этим. Со дня маминой смерти и поныне члены совета директоров предлагают мне вернуться в компанию. Но тогда я не мог этого сделать. Я был счастлив на своей работе, счастлив с тобой.

Мы были счастливы, Корд.

— Но когда умер отец, я представил себе, что они почувствуют, узнав, что Шейла унаследует и его положение, и его акции. Вот тут я и решил отказаться от своей работы в парке и вернуться в семейный бизнес. К этому моменту наши с тобой отношения складывались не самым лучшим образом, и я подумал, что, может быть, тебе будет лучше в Солт-Лейке, среди старых друзей. Тем не менее я никогда не собирался переезжать насовсем. Я презирал Шейлу.

Эшли откинула голову назад.

— Я видела, как сильно ты презирал ее, Корд.

Она напряглась всем телом.

— Это была игра, Эшли. Я старался быть с ней обходительным и не конфликтовать до того момента, пока члены совета не смогут на законных основаниях вынудить ее уйти из бизнеса. Тогда бы я смог заставить ее уйти и из дома, выплатив какую-то компенсацию. — Он прищурился. — К сожалению, я недооценил того, какую боль она способна тебе причинить. Эта авантюристка умышленно разрушала наш брак. Но помяни мое слово, в один прекрасный момент я использую против нее ее же собственное оружие, и она навсегда уйдет из нашей жизни.

Корд говорил очень убедительно, но Эшли помнила, какую картину видела в его спальне. Это не было галлюцинацией.

— Она ведь удивительно красивая женщина и сумела увлечь вас обоих, и тебя, и твоего отца.

Корд застыл.

— Ты на самом деле думаешь, что я мог увлечься ею после того, как выяснилось, что она спит с моим отцом?

Корд произнес это не повышая голоса, скорее даже убийственно мягким тоном, от которого у Эшли по спине побежали мурашки.

— Чувства не всегда нам подвластны.

— Роковая страсть? — насмешливо заметил он.

Она опустила голову.

— Да.

— Скажи, когда и где имели место мои предполагаемые любовные контакты, Эшли? А еще лучше, проверь меня на детекторе лжи.

— Мне не нужны никакие улики. Я видела это своими глазами.

— Когда? — с пристрастием спросил он.

— Испугался, Корд?

Он долго пристально смотрел на нее, ничего не говоря. Потом наконец покачал головой.

— Нет. Но начинаю понимать… Ты думаешь, что видела что-то слишком компрометирующее меня, раз ушла спустя всего несколько часов после того, как мы с тобой занимались любовью.

Ее сердце учащенно забилось. Она едва дышала.

— Винси был прав. Двое людей могут видеть одно и то же событие под диаметрально противоположными углами зрения.

— О чем это ты?

— Неужели ты не помнишь? — подсказала она ему. — Как только я уснула, ты сразу же ушел от меня.