Клетка для соловья - Елизавета Соболянская

Дама пощелкала кнопками, увеличивая изображение:

– Так, в школу она вошла, видно, что мимо охраны прошла, а дальше…

Постучав по клавишам, завуч включила поиск по лицу и выдохнула:

– Вот же она! Смотрите! Вышла с подругами!

Горецкий вгляделся в мутное изображение и скомандовал:

– Стоп! «Вы этих девушек знаете?» – отрывисто спросил Антон.

– Этих… знаете, не припомню! – удивленно проговорила дама. – Кажется у нас таких нет!

– Смотрите! – Соловей ткнул в монитор, – у Секлетиньи закрыты глаза, ее ведут под руки. Вызывайте полицию! Это похищение!

Завуч потупилась и начала говорить что-то про «девочки наверное ушли гулять», но Горецкий жестко прервал ее:

– Отец этой девочки господин Трунов. Прозвище «Финн». Если с ней что-нибудь случится…

Больше возражений не возникло. Пока Римма Валентиновна дрожащим голосом объясняла полиции, для чего ей нужен целый следователь, Антон быстро набрал Алехана, потом Финна, потом позвонил в службу безопасности фирмы. Помогла все же запись – завуч без возражений скинула файлы на телефон Горецкого, а тот передал сразу всем, с наказом искать девушек. Алехан немедля одну из них опознал и перезвонил:

– Друг, это жены моей сестра младшая. Зира зовут. Живет в поселке, с родителями. Вызвонить ее к нам? Нет? Спугнуть можем. Тогда что делаем? Хорошо, скажу.

Полицию Горецкий не дождался – рванул к другу, узнавать новости и организовывать поддержку. Жена Алехана позвонила родителям по громкой, сказала, что заскочит в гости, по случаю грядущего бабулиного дня рождения, а ей… отказали в гостеприимстве! Наплели что-то про уборку и ремонт, про травлю тараканов и крыс одновременно.

Когда разговор завершился, мужчины многозначительно переглянулись.

– Скорее всего дочка Финна там, – сделал неутешительный вывод Алехан, – но где? Дом большой, там и заблудиться недолго.

– И времени искать нет. Не штурмом же его брать! – пристукнул кулаком Соловей.

– Если девушка ценная, или ее замуж хотят отдать, – потупившись вмешалась в мужской разговор Зуля, – то для таких специальная комната есть. Она хорошо спрятана, и в нее трудно попасть.

– Рассказывай! – хором выдохнули мужчины.

* * *

К утру Клеточке стало плохо. Действие обезболивающего закончилось, у нее поднялась температура, начался озноб. Стуча зубами, девушка куталась в оставленный ей плед и тихонько плакала. Не было сил даже дотянуться до стакана с водой. Вдруг скрипнула дверь и внутрь вошла девушка. Секлетинье было плохо видно, из-за слез, но поначалу ей показалось, что это та самая бойкая, которая привела врача. Но нет, девушка была другая и старше. Она склонилась над Клеточкой, коснулась рукой ее лба и крепко сжала губы. Потом спросила шепотом:

– Встать сможешь? На улице ждут…

Шатаясь, как пьяная Секлетинья поднялась на четвереньки, потом цепляясь за незнакомку приняла вертикальное положение. Тут лунный свет просочился через окно, и ночная гостья увидела опухшее лицо пленницы. Сдавленно охнула, закутала девушку в плед с головой и потащила к двери на себе. Уже на пороге шепотом предупредила:

– Идем быстро и тихо. Отлежишься потом.

– Ребра! – свистящим шепотом ответила Клеточка, чувствуя, что еще чуть-чуть и незнакомка ткнет ее прямо в синяк.

– Где? – кажется лицо гостьи побелело.

– Слева!

– Меняемся!

Прислонив Секлетинью к стене, молодая женщина обошла ее и встав слева сказала:

– Опирайся сама, если что я подхвачу справа. Идем!

Путь по огромному, запутанному дому практически не отложился в памяти Клеточки. Она лишь старалась не шуметь, и не упасть! Женщина вела ее через какие-то комнаты, узенькие коридорчики, кладовки… Когда они вдруг выпали из духоты очередной «крысиной норы» в прохладу июньского рассвета, и перед ними очутились два странно одетых типа, Секлетинья упала в обморок, как только услышала знакомый шепот:

– Хвоста нет?

Что ответила ее спутница, девушка уже не слышала. Соловей подхватил сползающую девчонку и услышал панический шепот Зули:

– У нее ребра!

Хорошо, что поймал за руки! И все равно пришлось осторожничать, с помощью Алехана укладывать девчонку на руки и бегом нести к припрятанному в переулке джипу. Друг быстро пристегнул свою жену, а Горецкому пришлось ехать на заднем сидении, держа бледную до синевы девчонку на руках.

– Алехан, к бабке ее нельзя, к тебе тоже, к вам приехать могут. Давай к Софье!

Водитель кивнул и плавно свернул на дорогу, ведущую к дому Икконов. На счастье Соловья, сестру уже подняли неугомонные близняшки, так что она сама открыла им ворота, впустила гостей, и тут же проводила Алехана с женой. Им предстояло создать себе хорошее алиби, и старательно делать вид, что они ничего не знают о пропаже в большом клановом доме.

– Соня, она горячая и зубами стучит! Еще мне сказали, у девочки что-то с ребрами, – Горецкий сгрузил Клеточку на диван в гостиной. – Синяк, сама видишь. Узнать бы кто ее украл и что хотели, пока Финн не явился и не разнес полгорода.

– Я сейчас ее осмотрю, и поговорю, а ты мальчишками займись! – молодая женщина решительно выставила брата из комнаты, и взялась за нашатырь. Секлетинья открыла мутные глаза, дернулась и тут же застонала, прижимая руки к груди.

– Так, – склонилась над ней Софья, – быстро говори, что с тобой, и кого за это надо убить. Я пока тебе жаропонижающее набулькаю, извини, в этом доме только детское держу!

– Каменский, ударил, пнул, потому что отказалась за него замуж идти! – нотка возмущения все же пробилась через температурный ступор. – Увели девушки, из школы, я их не знаю.

– Ясно, вот давай пей, и показывай, что кроме синяка.

– Ребра. Забинтовали, но больно.

– Рентген делали? Нет? Значит надо будет в больницу заглянуть. Покажи где?

Секлетинья стесняясь ткнула себя в бок.

– Ага, – Софья легко провела руками, нащупывая повязку, сквозь тонкое платье. – Трогать пока не буду, но к врачу поедем. Пока чего-нибудь хочешь?

– Пить и…

– Давай помогу встать. Как голова?

– Кружится…

– Ну пошли…

Умывшись и выпив огромный стакан сока, Клеточка вновь легла в постель, и прикрыла глаза.

– Я на кухню. Вот телефон, нажмешь цифру один, если что-то будет нужно. Отдыхай, я с Тохой поговорю, и в больницу поедем!

– Бабушка…

– С ней все хорошо, не волнуйся. Пока ты в таком состоянии, лучше ее не пугать. Она знает, что ты у меня в гостях.

Секлетинья задремала, а Софья вышла в кухню, аккуратно закрыв дверь. Она, конечно, приврала, чтобы девочка не нервничала, но в целом все так и было – Соловей сразу связался с охранником Маргариты Александровны и попросил предупредить, что Клеточка ночует у подруги. Бабушка не слишком поверила, но благоразумно воздержалась от паники.