Креольские ночи - Сабрина Джеффрис

Сержант хитро подмигнул:

– Капитан уже рассказал нам о случившемся сегодня утром между вами и месье Уоллесом. У вас было полное право отстаивать свою честь. Однако я удивлен, что этот трус согласился драться с вами на дуэли.

Рене бросил на сержанта гневный взгляд.

– Я его не убивал. Не было никакой дуэли. Сержант помрачнел.

– Кто же тогда его убил?

– Не знаю, – твердо ответил Рене.

Дэвис поспешил изложить сержанту свою версию случившегося, демонстрируя доказательства и улики. Сержант снова глянул на Рене. Затем, пожав плечами, согласился, что убийца – кто-нибудь из игроков, слишком бурно отреагировавший на попытку Уоллеса одурачить его. Он прикончил Уоллеса и скрылся, не пожелав иметь дело с законом.

Рене подумал, что у жандармов есть все основания подозревать его в убийстве.

– Похоже, револьвер и деньги действительно ваши, но мне придется забрать их с собой, месье, в качестве улик, – сказал сержант.

– Конечно. Вернуть их вы всегда успеете.

– А что известно о сообщнице, которая ударила вас по голове? – поинтересовался Дэвис.

– Когда Уоллес мухлевал при раздаче, эта девушка нас отвлекала, – объяснил Рене. – Они представились братом и сестрой, но я в этом сильно сомневаюсь.

– Почему? – спросил Дэвис. Рене пожал плечами:

– Ну, во-первых, у них не было ни малейшего сходства. У нее волосы рыжие, а кожа белая. К тому же она красавица. Да и какой мужчина позволит своей сестре сидеть в окружении картежников и покрывать свои бесчестные действия?.. Он просто должен был найти ей богатого мужа…

– Возможно, мадемуазель не была… э… чиста, и никто не хотел на ней жениться, – заметил сержант.

Рене не сдержал улыбки.

– Чиста? Очень в этом сомневаюсь. Но, уверяю вас, это не остановило бы ни одного мужчину, пожелавшего на ней жениться. Достаточно посмотреть в ее дивные, ясные, зеленые… – Он осекся, заметив на лице Дэвиса ухмылку. – Кроме того, – как ни в чем не бывало продолжил Рене, – мне сказали, что, когда я был без сознания, он дал ей пощечину. Но кто себе позволит ударить сестру? Другое дело – любовница. Он был ее покровителем, и, надо сказать, не самым лучшим.

Сержант криво усмехнулся, чем весьма раздосадовал Рене.

– Можно мне идти, сержант? – сухо поинтересовался Бонанж.

Ухмылка тут же сошла с лица полицейского.

– Конечно, но…

– Да?

– Вы придете завтра в суд дать показания Оливейре?

– Если это необходимо…

Сержант поспешно добавил:

– Не беспокойтесь. Судья вас очень уважает и не станет обвинять в чем бы то ни было без веских на то причин.

– Вы хотите сказать, что, будь я даже виновен, он хорошенько подумал бы, прежде чем выписать ордер на мой арест?

– О… нет… он просто не станет сомневаться в правдивости ваших слов.

– А вы?

– Нет, нет, месье, – затараторил сержант, поняв, что наговорил лишнего. – Но вы не можете не признать, что все это выглядит весьма подозрительно. Здесь ваш пистолет, к тому же в Новом Орлеане дуэли – обычная вещь, разве не так?

Рене понял, к чему клонит сержант. В Новом Орлеане дуэли были в чести.

– Если бы я дрался с этим человеком на дуэли, сержант, то непременно сообщил бы об этом вам.

– Не сомневаюсь. Но я хочу, чтобы все было по закону и никто не смог обвинить меня в том, что я пытаюсь увильнуть от своих обязанностей.

– Прекрасно, – сказал Рене. – Но в этом деле против меня есть лишь одна улика – мой пистолет. Однако свидетели могут под присягой подтвердить, что Уоллес украл его у меня.

– Это так. Если, конечно, не считать крови на ваших перчатках.

– Что? – спросил Рене и с удивлением посмотрел вниз. Черт! Окровавленные перчатки торчали из кармана его брюк. – Это легко объяснить.

– Конечно. В любом случае это мелочь. Мы не станем вас арестовывать, даже если вдруг выплывут новые доказательства…

– Хватит, – прервал его Рене, которому порядком опротивел весь этот разговор. – Я этого человека не убивал. И не хотел ему мстить. А если кто-то думает иначе, пусть скажет это мне в глаза.

– Так вы придете к судье?

– Да, – нетерпеливо проговорил Рене, – приду.

– Я пошлю кого-нибудь в похоронное бюро Джона Бонно, чтобы забрали тело, – сказал сержант и повернулся к пришедшим вместе с ним жандармам. – Здесь мы закончили, – сказал он и направился к двери.

И вдруг остановился на пороге.

– А как насчет его компаньонки? Нам следует ее найти?

– Если получится – да, – сказал Рене и тут же подумал, что не без удовольствия сам займется этим.

– Как ее зовут? – спросил сержант.

– Уоллес называл ее «киска», а все остальные – мисс Уоллес. Думаю, вам следует искать мисс Киску Уоллес.

Все рассмеялись, и атмосфера разрядилась.

На сержанта и жандармов месье Бонанж произвел весьма приятное впечатление. Уходя, они были уверены, что он убил негодяя в честном поединке, но у него хватило мудрости не признаться в этом.