Пепельная роза - Агата Яд

В кармане незнакомца зазвонил телефон, он дёрнулся и побежал обратно к забору. Дверь кухни широко распахнулась, и во внутренний дворик выбежали Олег и Наташа.

– Зачем вам лопата?! – голос девушки прозвучал истерично.

– Хотела куст подкопать, – с невинным видом ответила я, понимая, что это нисколько не вяжется с моим образом вечно больной жены.

– Оля, – укоризненно вымолвил Олег, отбирая у меня лопату. – Ты выпила свои лекарства, которые прописал доктор?

– Да, – кивнула я и зябко поёжилась.

– Пошли, я отведу тебя в спальню, – Олег заботливо приобнял меня за плечи, но его руки ещё хранили мерзкий запах дешёвых духов Наташи.

Девушка напряжённо всмотрелась в темноту.

– Наташа? —окликнул её Олег.

– Она, наверное, кого-то ждёт, – язвительно вымолвила я.

Олег сильнее сжал мои плечи, призывая к молчанию.

– Показалось, что кто-то за забором ходит, – попыталась оправдаться Наташа. – А ведь в соседнем доме больше нет жильцов.

– Если хочешь, то можешь пойти и проверить, – ехидно произнесла я.

Наташа смерила меня взглядом, полным ненависти и… отчаянья. Я ни с чем бы не перепутала такой взор. Так на меня смотрела моя подруга Нина, когда Олег опустился на одно колено и поднёс мне кольцо. Отчаянье. Нина не могла поверить, что Олег выбрал меня.

– Девочки, пойдёмте уже в дом, – поторопил нас мой муж, а меня ещё и подтолкнул, продолжая крепко держать за плечи.

Наташа закрыла дверь и ушла к себе, мы поднялись в спальню, и Олег крепко меня обнял со спины. Я ощутила, как быстро бьётся его сердце.

– Что она тебе сказала? – снова ревность напомнила о себе.

– Ничего интересного, – Олег нежно поцеловал меня в шею. – Будь завтра с моей мамой ласковее. И Оля, я очень тебя прошу, не вспугни нашу Наташу.

Я ухмыльнулась, теперь она стала «нашей».

– Хорошо, мой любимый. Обещаю, что буду предельно осторожна.

– И я потом подарю тебе новый сорт роз, – в голосе Олега проскользнули радостные нотки.

Я согласно кивнула, и позволила уложить себя на постель.

Утром проводила Олега на работу, подождала, когда автоматические ворота закроются, а затем вернулась в дом. Наташа с траурным выражением лица мыла посуду на кухне. Я присела на стул и посмотрела в окно на свои розы.

– Что для тебя значит любовь? – мой вопрос заставил девушку вздрогнуть.

– Как будто вы сами понимаете значение этого слова, – отозвалась Наташа и вернулась к прерванному занятию.

– Я встречалась с Олегом, потому что мне нравились его дорогие подарки, – я приобняла себя за плечи, правду всегда говорить тяжело и горестно.

Наташа презрительно фыркнула.

– Но когда я больше не смогла танцевать, Олег оказался рядом, – я закрыла глаза и снова очутилась на сцене.

Сдавленные возгласы разнеслись эхом по залу. Я попыталась встать, но лодыжка начала распухать прямо на глазах, и пока другие балерины на меня злорадно пялились, а зрители смотрели с сожалением, на сцену выскочил Олег. Он поднял меня на руки и унёс прочь, заслонив своей широкой спиной от всех невзгод.

– Если бы вы не подвернули ногу, то никогда бы не выбрали Олега своим мужем, – Наташа выдернула меня из воспоминаний.

– Я просила его уйти, когда мы были в больнице, – усмехнулась я, глядя в спину девушки. – Но он остался, остался и решил все наши проблемы.

– Тамара Ивановна тысячу раз права, вы просто повесили себя ему на шею, навязали чувство вины, а теперь не отпускаете Олега от себя ни на шаг, – обвинила меня Наташа.

– Ты много не знаешь, – улыбнулась я.

Наташа не выдержала и обернулась, вытерла мокрые ладони полотенцем и приблизилась к столу.

– Значит, не было никакой травмы? – девушка села напротив меня и положила руки на стол.

– Была, – спокойно произнесла я, хотя всё внутри задрожало от нахлынувших воспоминаний, принёсших дикую боль. – Моя лучшая подруга Нина натолкала мне битого стекла в пуанты. Я почувствовала боль и неудачно выставила ногу для прыжка.

– Какая трагедия, – язвительно проговорила Наташа. – Теперь я должна вам посочувствовать?

– Нет, – память услужливо подбросила мне улыбающуюся Нину, подруга пришла навестить меня в больнице, но её внимание было полностью приковано к Олегу. – У тебя есть шанс покинуть наш дом, когда придёт Тамара Ивановна.

– Вы мне угрожаете? – с вызовом спросила Наташа.

– Пытаюсь предостеречь, – и сейчас я была абсолютно честна с девушкой. – Мы с Олегом уже не сможем жить друг без друга, а для тебя все дороги открыты.

Звонок в дверь поставил точку в нашем разговоре, прибыла радостная Тамара Ивановна, обрушив на меня шлейф своих вонючих, дешёвых духов. Я больше ничем не могла помочь Наташе, которая заливалась соловьём перед моей свекровью.

– Оля, ты выглядишь болезненно, – Тамара Ивановна присела за стол, по-хозяйски выбрав место Олега.

– Голова болит, – я картинно приложила ладонь ко лбу, изображая умирающую лебедь.

Тамара Ивановна нахмурилась, видимо, она ожидала, что я всё-таки умру по-настоящему, но опять не дождалась радостного известия.

– Пейте чай, пока он не остыл, – вклинилась Наташа в наш разговор.

– Спасибо, Наташенька, – Тамара Ивановна расплылась в довольной улыбке. – Всем бы такую невестку!

Девушка скромно потупила взор, а я не выдержала и рассмеялась.

– Оля! – гневно укорила меня Тамара Ивановна.

– Что же вы Наташу-то проворонили? – язвительно спросила я. – Она же ваша любимая соседка.

– Я с родителями Наташи знакома всего лет пять, они не так давно переехали в наш город, – с сожалением произнесла Тамара Ивановна.

– Наверное, вы и женихов её всех повидали, – подначила я свекровь к разговору.

Наташа напряглась, значит, вопросы попали в цель.

– Не одного хорошего, – печально вздохнула Тамара Ивановна, пожирая печенье из вазочки и запивая его горячим чаем. – Даже тот носатый куда-то запропастился.

Наташа побледнела, поднялась из-за стола и направилась к плите:

– Я подолью вам кипятка.

– Тамара Ивановна, так зачем же вы бракованный товар пытаетесь впихнуть Олежику? – полюбопытствовала я, в упор глядя на свекровь, которая последние два года изводила меня своей заботой о любимом сыне.

Женщина открыла рот, не зная, что мне ответить. Наташа вернулась к столу с чайником и уязвлённо проговорила:

– Вам лишь бы испортить человеку настроение, неважно кому, только бы свой яд сцедить.

В ответ я широко улыбнулась, а Тамара Ивановна всё продолжала молча сидеть, медленно приходя в себя.