Собственность нефтяного магната - Виктория Вестич

- Я не собираюсь тебя им бить, - произносит вкрадчиво Шахов.

- Я и не думала об этом.

- Да? А выглядишь так, словно я тебя сейчас съем, - ухмыляется он.

- Просто… у меня ведь еще не было секса и я…

- Не видела так близко раздевающегося мужчину?

Киваю.

- То, что ты девственница, легко исправимо, - иронизирует Рустам, стаскивая с себя рубашку и оголяя крепкий рельефный торс.

Я вспыхиваю. И какого черта мужчинам так нравятся пошлые шутки? Заметив, что я краснею и увожу глаза в сторону, Шахов ловит мой подбородок пальцами и поднимает к себе, заставляя посмотреть на него.

- Хочу, чтобы ты разделась.

- М-может вы… ты… сами? – запинаясь, бормочу я, смущаясь еще больше. Раздеваться перед мужчиной? Вот так просто взять и раздеться догола? При свете? От одной этой мысли мурашки по коже размером с кулак пробегают и дурно становится.

- Нет. Люблю шоу. Устрой его для меня.

- Стриптиз?

Рустам хрипло смеется, тянет меня за руку к себе.

- Ты любое раздевание приравниваешь к стриптизу? – фыркает он и качает головой, - Нет. Хочу, чтобы ты просто осталась без одежды передо мной. Ты же пришла предлагать себя, такая смелая была, когда в кабинет залетела. Так предложи мне себя сейчас. Голая.

Во рту пересыхает и как я ни пытаюсь сглотнуть, чтобы промочить горло, это не помогает. Особенно когда он смотрит так. Шахов падает на постель, так и не сняв брюки, с расстегнутым ремнем, и откидывается чуть назад, облокачиваясь на руки. Его взгляд ни на секунду не смещается в сторону, прожигает, черный и опасный, заставляет сердце колотиться в груди.

- Ты случайно не актрисой хотела стать? – спрашивает, склонив голову набок, когда я нерешительно берусь за бретельки платья и спускаю их по плечам.

- Нет. Я хочу поступить на детского психолога.

- А я думал, что все девчонки из захолустья мечтают об известности.

Отрицательно качаю головой, расстегивая молнию на платье сбоку.

- Быть на виду не для меня.

- Согласен.

- То есть?

- Мне тоже не нравится идея, чтобы ты была на виду у других.

Замираю на мгновение, растерянно хлопая глазами.

- Не останавливайся.

За этим отвлекающим разговором я и не замечаю, что уже почти разделась, лишь придерживаю лиф платья рукой, и только это не дает ему упасть вниз.

- Может… может быть можно как-то приглушить свет? – прошу жалобно, когда понимаю, что все, отступать больше некуда.

- Ну я же должен рассмотреть, что ты мне предлагаешь, - усмехается Шахов.

- Стыдно… - шепчу я, зажмуриваясь.

Набираю в грудь побольше воздуха, как будто ныряю на глубину, и отпускаю ткань. Назад дороги все равно нет. Застываю вот так, боясь открыть глаза, но тут раздается глубокий вкрадчивый голос Рустама:

- Ты кое-что забыла.

- Забыла? Что?

- Белье.

- Белье? – переспрашиваю непонимающе.

- Оно еще на тебе. Ты все еще не голая, Лиса, - цокает языком.

Я распахиваю глаза и, уставившись возмущенно на Рустама, хочу сказать что-нибудь колкое, но взгляд спускается сам собой к ширинке мужчины и слова застревают в горле невысказанными. Она красноречиво топорщится и теперь, когда Шахов заметил мой интерес и широко ухмыльнулся, мне хочется вообще провалиться под землю.

- Да-да, лисица, это на тебя реакция. Я так сильно хочу тебя. Так что поторопись остаться голой, как мы и договаривались.

- Мы не договаривались о таком! – шиплю в ответ.

- Хорошо. Как я приказал.

Во взгляде Шахова мелькает что-то такое, что гасит все мои возмущения напрочь. Снова зажмурившись, трясущимися руками я расстегиваю на себе лиф, но как только пальцы касаются края трусиков, чувствую, что меня резко дергают куда-то. Ахнув, распахиваю глаза и понимаю, что оказалась прижата к постели, а надо мной нависает Рустам.

- Так и быть, детка, помогу тебе, - усмехается он прямо в губы, скользя горячими немного грубыми ладонями по голой коже бедер. Одним резким движением заставляет меня развести ноги и устраивается между них, тут же вжимаясь в меня до предела через ткань, вырывая из груди рваный выдох вперемешку со стоном. Шахов закрывает меня своей широкой спиной и я, зажмурившись, полностью отдаюсь в его руки.

Зря я переживала, что будет больно или плохо. Рустам оказался очень внимательным и осторожным, каждое его действие и движение отдается приятным сладким спазмом. Если сначала и было немного дискомфортно, то после осталось лишь удовольствие, такое, что удержать стоны становилось невозможно. Эта ночь, моя первая ночь с мужчиной, стала моментом, который разделил мою жизнь на до и после, и я ни капли об этом не пожалела.