Перекресток всех дорог - Юлия Климова

– А кто ж его знает!

– А что же мне делать…

– Отдыхай, – он потушил сигарету о подошву ботинка и устало потянулся. – Со всеми-то почему не поехала?

Сашенька пожала плечами. Надо было, наверное… Но она растерялась, не каждый же день она совершает такие путешествия, да и денег в обрез.

– Мне бы в Москву побыстрее…

– Так топай лесом, тут всего-то два километра. У ме-ня дача вон за тем лесочком, я эти места хорошо знаю.

Вытянув шею, Саша посмотрела на полоску деревьев.

– Два километра… – пока не понимая, о чем речь, тихо повторила она.

– Ну да, – вдруг оживился водитель. Он встал, снял кепку и указал на дорогу. – Перейдешь на ту сторону, тропинку видишь? Вот и иди по ней – никуда не сворачивай. Прямо, все время прямо! Места здесь хорошие, лес добрый – грибов и ягод навалом. Красота! – Он улыбнулся. – У меня раньше своих колес не было, так я только электричкой и мотался туда-сюда. Доберешься до перрона, купишь билет – и будет тебе Москва за копейки. Поняла?

Электричка! Всего два километра по прямой!

– Ага, спасибо, – горячо поблагодарила Сашенька, мгновенно поднимая с земли сумку. – Значит, дорогу перейти и по тропинке?

– Ну, да. Главное – топай прямо.

– Спасибо! – она кивнула и с надеждой посмотрела на цепочку берез и на островки высоких порыжевших кустарников. Не зря говорят, что выход из затруднительного положения всегда можно найти.

«Это знак, – подумала Сашенька, – у меня все получится».

* * *

Осень Сашенька любила особенно. И за сочность красок, и за царственное величие, и за невесомую тишину, и даже за слякоть. Прогулка по желто-зеленому лесу ожидалась легкой, приятной, нужной – хороший повод успокоиться, продумать свои дальнейшие действия и… научиться не вспоминать Пашку. Вот она идет по сухой тропинке, перешагивает корни деревьев, похожие на толстые веревки, и совершенно не вспоминает о нем. Ни капельки!

«Интересно, он скучает?..»

Чем чаще она «не вспоминала» о Пашке, тем сильнее злилась. Раньше такого не было, но, видимо, тупая боль уже не могла флегматично сидеть на месте – она нарезала круги по душе, шаркая ножками.

«Если у нас не ладилось, как он сказал, то зачем же тогда меня к себе… ну, звал?»

Вопросов становилось все больше и больше, но ответы отчего-то на них не требовались. Она ругала Пашку, оправдывала, пыталась найти минусы в себе, вновь сердилась на него и шагала вперед. Теперь уверенность в том, что она приняла правильное решение (уехать, уехать, уехать), окрепла, и хотя бы от этого было хорошо.

Стоп…

Сашенька споткнулась о торчащий из земли гладкий камень и с изумлением уставилась на тропинку.

Развилка.

Но как же так?

Водитель автобуса уверял, что надо все время идти прямо, а тут… одна дорожка уходит налево, а другая – направо. Не под большим углом, но все же расходятся в разные стороны.

– И куда теперь? – Сашенька оглянулась. Не вернуться ли? Но она уже столько прошла… Километр точно. И скоро начнет темнеть.

Нет, надо идти дальше.

Но куда?

Она шагнула в траву, наклонила голову набок и попыталась понять, какая дорожка более прямая, но после пятиминутных исследований пришлось признать, что занятие это бессмысленное – метров через десять обе решительно расходились в разные стороны.

А все казалось таким простым…

Нужно просто выбрать и надеяться на удачу.

«Дороги всегда куда-нибудь ведут… к населенному пункту или станции… – несколько утешила себя Сашенька. – А населенные пункты всегда недалеко от станции… значит, если я выйду к станции, то я молодец, а если к населенному пункту, то мне подскажут, где станция. Ох. Приблизительно так…»

Сначала она пошла по левой дорожке, затем вернулась и пошла по правой, потом все же выбрала левую.

Лес то редел, то густел, небо постепенно хмурилось, зарастая облаками, – стало темнеть. Застегнув джинсовую куртку до верхней кнопки, Сашенька поежилась и прислушалась – ветер нагло пролетел по макушкам деревьев, и где-то хрустнула ветка.

«Только не надо бояться, не надо ничего придумывать, – затараторила она про себя. – Дождь, наверное, будет дождь… погода портится… вот и звуки разные мерещатся. А здесь никого, кроме меня, нет».

Минут через двадцать она поняла, что выбрала не ту тропинку, но признаваться в этом себе не спешила. Дорожка теперь была тоненькая, заросшая травой – вряд ли она вела к станции. Разум настойчиво предлагал вернуться обратно, и не на развилку, а к автобусу, но ледяной страх полз по спине, не давая возможности принять такое решение. Сашеньке казалось, что она перешагнула порог жуткой сказки и даже оборачиваться нельзя – все кошмары лесной чащи набросятся на нее, жадно облизываясь, стуча ложками по пустым тарелкам.

«Надо вернуться!» – строго сказала она себе и остановилась.

Хруп – раздалось сзади.

«Что это? Кто это?»

Хруп. Хруп.

«Показалось, конечно же, показалось…»

Хруп. Хруп. Хруп.

«Помогите!!! Помоги-и-те-е!!!»

Первым желанием Сашеньки было броситься вперед – не важно, кто издает эти звуки, не важно, кто стоит за спиной… стоит и дышит… нет, дыхания не слышно, но она-то чувствует… Собака? Чудовище? Маньяк? Людоед?.. Не важно! Бежать! Бежать без оглядки!!!

Но страх теперь повязал по рукам и ногам – все, что Сашенька смогла сделать, так это медленно развернуться на месте…

Метрах в пятнадцати от нее стоял мужчина. Небритый, коротко стриженный. Волосы темные, почти черные. И джинсы черные, и свитер черный. Взгляд острый, тяжелый. В правой руке топор…

– Ты куда направляешься? – резко и хрипло спросил он, делая шаг ей навстречу.

«Не показалось… – обреченно подумала Сашенька, крепче сжимая ручки сумки. Шлеп – на нос упала крупная дождевая капля. – Не показалось…»