Невозможный Роман - Юлия Резник

- Ты со мной приехала, вот охрана и не вмешивается.

- Её вообще не видно, охраны вашей.

- То вы не туда смотрели, Аглая Александровна.

Ну, надо же! Он хоть и помнит ее отчество, но так до сих пор и не сопоставил его с фамилией. Иначе никогда бы так себя с ней не повел. Глаша была в этом уверена так же, как и в том, что солнце встает на востоке, а все красивые мужики – козлы. Нет, козлы они почти все, но красивые – прям особенно выделяются… Может, подвид какой? Ладно, речь сейчас не об этом, а о том, что Аглая со стопроцентной точностью могла определить – знает ли ее собеседник, к чьей семье она принадлежит, или каким-то чудом остается в неведении.

Так вот, Роман-Сердцеед-Поляков был явно из последней категории.

И слава Богу, конечно. В свое время Аглае здорово надоели прихлебатели, которые, действуя через неё, так и норовили урвать что-либо от тех самых Кошманов. Один Ганапольский чего только стоил… Вот о ком ей точно не стоило вспоминать!

Отгоняя возникший перед глазами образ, Аглая насупила брови и оглянулась. Прямо им навстречу торопился шустренький мужичок.

- Это Виктор Сергеевич, он здесь отвечает за все строительные работы, когда меня нет. А это Аглая Александровна Васильева – реставратор.

Виктор Сергеевич смерил Глашу недоверчивым взглядом. Ну, что удивляться? Видок у нее был еще тот…

- Да ты не смотри так, Сергеич… Аглая Александровна к нам прямиком из Европы… У них там так ходят. Мода, что с нее взять?

Аглая чуть не подавилась готовыми сорваться с языка колкостями, но все же каким-то чудом сдержалась. Прораб тихонько крякнул и понятливо качнул головой, мол, да. Нам, простому народу, этих ваших европейских мод не понять!

- Ну, тогда вы уже, может, глянете на фрески? А то простаиваем ведь. Бог его знает, что с ними делать. Может, они слова доброго не стоят, а мы… - Виктор Сергеевич взмахнул заскорузлой ладонью и тяжело вздохнул.

- Конечно, - оживилась Глаша. - Пойдемте скорей!

Пока шли через обветшавшие комнаты к старой башне, Виктор Сергеевич рассказывал о том, что они успели сделать и когда, тыкал мясистым пальцем в новенькие балки перекрытия, рассказывал технологию, объяснял. Другая бы на месте Аглаи заскучала, а эта еще и вопросы всякие заумные задавала. Поляков аж удивился. Он и предположить не мог, что человек, бросивший архитектурный на втором курсе, мог обладать такими глубокими знаниями. Окончи он потом хоть десяток всяких разных «колледж оф арт»… Архитектура – это все же другое.

- Ну, вот, собственно, и они… Что скажете?

Аглая сглотнула. Подошла вплотную. И снова отошла на шаг. Ее взгляд хаотично метался по открывшейся картинке, а пальцы дрожали. А Роман какого-то черта видел только её. Вот как так? Фрески не видел… А эту… тьфу! Поляков насупился, подошел поближе и осторожно коснулся лика.

- Ну, так что скажете, Аглая Александровна? Мне тоже интересно…

- Господи… сколько масла! Руки бы отбить этим реставраторам… Они же все только испортили!

Роман кивнул, понимая, что Аглая говорит о более ранних попытках реанимировать фрески, которые, по всей видимости, производились, как и все тогда – при помощи масляных красок. Дерьмо…

Аглая сдернула с плеча сумку, достала инструмент, лупы, какие-то щеточки, шпатели…

- Не стойте над душой, Бога ради! Я пока все равно ничего не скажу. Мне посмотреть надо… Идите, вон, погуляйте!

Поляков был так ошарашен напором Аглаи, что спорить не стал. И отошел. А чтобы примириться с собственным отступлением, буркнул что-то о том, что и так планировал сходить посмотреть на результаты других работ. Сильно надо… стоять тут… над душой!

Поляков выругался себе под нос. Нет, ну надо же! И он еще себя причисляя к фанатикам. Да по сравнению с пугалом он, так… Недобитый любитель. А эта… как раз из тех… Озираясь и неверяще качая головой, Роман пошел за прорабом. Он решил осмотреть все, чего еще не видел, раз уж приехал раньше, чем собирался. Кое-какие мелкие работы, с первого взгляда незаметные даже, но имеющие не абы какое значение, проверил их качество. Закусился с Сергеичем по поводу способов очистки копоти. Долго спорил с ним, но, вроде, пришли к оптимальному варианту. Все же Поляков не отрицал, что его прораб был мужиком толковым. Собственно, поэтому они и трудились рука об руку вон уже сколько лет… Обошли все комнаты, заглянули в каждую просверленную дырочку. А когда уж совсем все пересмотрели, вышли и в парк. В местах, где не планировалась работа тяжелой техники – уже можно было начинать работы по восстановлению его первозданного облика. Да и большой пруд чуть поодаль тоже требовал их внимания. Но тут уж своими силами Роман бы не справился. Нужен был хороший специалист. И, кажется, у него был кое-кто на примете.

Пока они обходили вверенные владения, прошло немало времени. Рабочие, дождавшись перерыва, потянулись к вагончику, и кто судочек нес, кто пакет с бутербродами… Роман аж сглотнул. Покосился на часы и, отпустив прораба, вернулся в башню.

- Ну, что тут, долго еще?

Аглая вздрогнула. Обернулась резко и, покачнувшись на продавленном, непонятно откуда здесь взявшемся ящике, едва не свалилась с него.

- Осторожно! Что ж ты такая неуклюжая, господи!

- Я? Я неуклюжая?! Вы подкрадываетесь ко мне, орете на ухо, когда я полностью погружена в работу, и еще смеете меня в чем-то обвинять?! У меня вот! Видите?! – Глаша сунула руку с зажатым в ней скальпелем прямо под нос Полякову и зарычала: - Инструмент! Здесь я, считайте, нейрохирург! Одно неверное движение – и все! Понимаете?! А вы орете! А вы подкрадываетесь…

Поляков сощурился. И не отступил, когда малахольная принялась размахивать скальпелем в непосредственной близости с его надменной физиономией.

- Все сказала? – процедил он.

А Глаша как будто сдулась. Рука с зажатым инструментом безвольно повисла вдоль тела, а сама она скукожилась, стала маленькой-маленькой.

- Не все. Но я не теряю надежды, что вы, Роман Георгиевич, уловили суть.

- Не сомневайтесь.

Аглая вымученно кивнула и отвернулась к фреске.

- Оригинальную фреску, скорее всего, можно будет воссоздать. Я знаю отличных реставраторов, которые могут взяться за эту работу под моим непосредственным руководством. Конечно, мне нужно будет провести еще кое-какие экспертизы, но, думаю, мы справимся, да… Жаль, столько масла… Замучаемся со смывкой. Да и со штукатурным слоем придется здорово повозиться… Отошел. А так… Вроде и все.

Не поворачиваясь к Полякову, Аглая растерла озябшие в здешней сырости ладони и спрятала их в длинных рукавах.

- Аглая…

- Да?

- Извините. Я действительно должен был оповестить о своем возвращении как-то иначе.

Глаша повернула голову в полупрофиль. Закусила губу и медленно кивнула, принимая тихие извинения Полякова.