Невозможный Роман - Юлия Резник

- Аглая!

- Да?

- У меня возникли кое-какие проблемы на объекте, нужно ехать туда прямо сейчас...

- Оу, ну, ладно… Нам здесь недалеко. Дойдем как-то, - пробормотала она, окидывая себя полным сомнения взглядом.

- Нет, об этом не может идти и речи! Я вас отвезу…

- Тогда о чем речь?

Поляков тяжело вздохнул. Покосился на племянницу, которая на пару с подружкой внимательно следила за их диалогом.

- Я хотел бы вас попросить приглянуть за Женькой. Понимаете, мне ее совершенно некому перепоручить, а на стройку с собой тащить – сами понимаете.

- Ух, ты! Женька поедет с нами! – захлопала в ладоши Даша.

- Если твоя мама согласится, - заметил Роман.

- Мама, пожалуйста, соглашайся! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Аглая зажмурилась. Если честно, она себя довольно неважно чувствовала. Это началось еще в машине. Легкое першение в горле, озноб… Но как она могла отказать дочке? А Полякову? Особенно после того, как он извинился за то, что наорал на нее, и даже пригласил на обед. Не в «Милано», конечно, в такие заведения он только любовниц, наверное, водит… Но на тот момент Глаше и Макдоналдс за счастье был.

- Ну, так что? – нетерпеливо переступил с ноги на ногу Поляков.

- Конечно. Я пригляну за девочками.

- Ну, тогда едем.

Подниматься в квартиру Роман не стал. Выкинул их у подъезда, пообещав сделать все, чтобы вернуться пораньше, и был таков.

Есть девочки категорически отказались, сославшись на недавний ужин в садике, но попросили чай. Аглая включила чайник и принялась расставлять посуду на небольшом подносе. Блюдца, чашки, сахарница, заварник. Настоящий, фарфоровый… Красный в белый горох. Откуда только взялся в этой квартире? Все, главное, новое, а чайный сервиз как будто родом из семидесятых. Он Аглае страшно понравился. Она вообще тяготела к вещам с историей, что, наверное, объяснял и выбор ее профессии.

В Германии Глаша жила в крохотной квартирке над пивной. В ней было не развернуться. Например, если лечь на древнюю кровать и вытянуть ноги, то пальцами можно было коснуться противоположной стенки. А в кухне и вовсе двум людям было не разойтись. Но Аглая обожала свою квартирку. Несмотря на тесноту и гудящие старые трубы.

Пока чай заваривался, Аглая сходила за теплой кофтой и натянула на ноги толстые вязаные носки. Знобило все сильней, и она не знала, что с этим делать. Лекарств, обычно хранящихся в каждом доме на всякий случай, она купить не успела, а пойти в аптеку сейчас не было возможности. Во-первых, Глаша не могла оставить девочек одних, а во-вторых, не хотела выходить на холод. Может быть, завтра съездит. И вот тогда Аглая вспомнила, что ехать ей как раз и не на чем.

Аглая позвала девочек пить чай, а сама схватилась за телефон.

- Ну, вот! А я все думал, когда же ты позвонишь? Уже сам хотел тебя набрать, да замотался.

Угу. Значит, её звонка ждали. Глаша пожевала губы и пробормотала:

- Привет, Паш…

- Привет-привет! Вот напасть… Каждый раз забываю здороваться. Даже страшно, что обо мне по этому поводу думают приличные люди.

Аглая невольно улыбнулась. Мысль о том, что её брата могло волновать чье-то мнение, была не только абсурдной, но даже какой-то кощунственной.

- Это не плохо. Просто ты спешишь перейти к сути разговора.

- И то так. Так о чем это мы? – перешел к той самой сути Пашка.

- О моей машине, - вздохнула Глаша.

- А-а-а, об этой старой груде металла?

- Паш!

Аглая нахмурилась и посильней сжала на груди кофту. Озноб стал таким сильным, что у нее застучали зубы. Ей не хотелось тратить последние силы на словесную перепалку с братом, который менял свои машины, как и баб, после нескольких лет пробега.

- Ладно-ладно. Забрали её… Чуток подремонтируют и вернут.

- Спасибо. Но я ведь не просила…

- Так, слушай! Ты знаешь, что осталось бы от этой развалюхи, побудь она на обочине чуть дольше? Так я тебе скажу – ни черта бы не осталось. Это тебе не Европа.

Аглая пожевала губу. Спорить не было сил. К тому же с Павлом делать это было себе дороже. Он был из тех, для кого существовало только его мнение и неправильное. Он был Кошманом до мозга костей…

- Ладно. Спасибо, конечно…

- Пожалуйста.

- Так, когда я смогу ее забрать?

- Я тебе сообщу. Слушай, какой-то у тебя голос странный. Ты часом не заболела?

- Нет. Я в полном порядке. Сегодня даже приступила к работе… - отчиталась Аглая, как если бы и впрямь думала, что Павел об этом не знает.

- Ты молодец.

Нет… Нет, вообще-то… Но Аглая опять же не стала спорить.

- Ладно, тогда я буду ждать твоего звонка. И еще раз спасибо за машину.

- Пока не за что. И, Глаша…

- М-м-м?

- Позвони матери. Она не молодеет…

- Обязательно. Как только я…

Аглая не смогла договорить. Как только я… что? Как только смогу смотреть в её глаза и не чувствовать себя при этом ни на что негодным ничтожеством? Ошибкой природы, на которой эта самая природа решила отдохнуть?

- Позвони! – с нажимом повторил Павел и отключился.

Глаша откинулась затылком на стену и подтянула ноги к груди, с головой погружаясь в воспоминания. В кухне над чем-то хохотали девочки, а она уносилась на крыльях памяти все дальше и дальше… В босоногое, такое счастливое детство.