Моя по всем статьям - Алиса Ковалевская

– Я приходил к тебе, – он так и держал браслет. – И видел, как за тобой приехал Афанасьев.

– Я… Я не помню, – я правда не помнила. – Когда?

– Утром, когда ты обычно шла на работу. Я снял квартиру. В тот день, когда ты ушла, хотел сказать тебе…

– Что у тебя было с Анной? – перебила резко. – Только правду.

– Ничего. А у тебя с Афанасьевым? Только правду.

– Ничего, – хотела сказать, а получилось едва слышно, одними губами. – Ничего.

Наверное, по законам жанра классического любовного романа стена между нами в этот момент должна была пойти трещинами и рассыпаться. Только это была жизнь, а не любовный роман. Стена никуда не делась.

Между нами повисла гнетущая тишина. Семь лет отчуждения. Семь проклятых лет отчуждения и ненависти!

Я первая подалась к Арду. Хватит с меня этой тишины! Хватит! Обхватила его за шею и прижалась губами к губам. Он сразу же обнял меня. Я почувствовала, как что-то ударилось о мою ногу. Браслет…

– Почему ты просто не спросил? – прошептала, сильнее обхватывая Рихарда за шею. Губами по губам, сплетённое дыхание. – Почему?

– Я бы спросил, – он собрал мои волосы. Между нашими лицами были считанные сантиметры, и я отчётливо видела полоску, в которой кофейная радужка его глаз переходила в черноту зрачков. – Спросил бы, Крис. Но ты всегда была нетерпеливой. Что ты хотела? Доказать, что быстро найдёшь мне замену?

Я не знала, что ответить. Хотела ли я именно этого? Или просто хотела быть нужной? А может быть, наоборот. Не хотела. Не хотела чувствовать себя брошенной, не хотела сидеть и думать, чем та, другая, лучше меня. Не хотела боли, но в попытке избежать, сама стала ею.

Ничего не сказав, запустила пальцы во влажные волосы Рихарда. Потихоньку прикусила его губу. Второй рукой нашарила пояс на его халате и принялась спешно развязывать узел. Халат распахнулся, и я с лёгким стоном провела раскрытой ладонью по груди Арда. Чувствовала колечки шелковистых волос, твёрдость мышц, и слова становились не нужными.

– Если ты ещё хоть раз поедешь к ней, я отделаю тебя похлеще, чем псы моего бывшего мужа, – слегка надавила на бок.

– Стерва, – он сжал мою ладонь. Посмотрел в глаза.

Я нервно выдохнула. Он был голоден, он хотел меня.

Рука соскользнула с его шеи. Я погладила его по животу, по твёрдому прессу, по дорожке волос, уходящей вниз. Коснулась члена.

Рихард с шумом втянул через нос воздух. Миг, и сжал моё второе запястье.

– Если ты надеешься, что мне помешают рёбра…

– Я как раз надеюсь на обратное, – с вызовом ответила ему.

Рихард сощурился, и в то же мгновение толкнул меня. Вскрикнув, я повалилась на кровать. Перевела дыхание. Он снял халат, швырнул на кресло и подошёл. Встал напротив, расставив ноги на ширину плеч. Его желание было настолько явным и откровенным, что меня моментально охватило огнём. Губы пересохли, внизу живота заныло в предвкушении.

– Что в тебе такого, Кристина? Что в тебе, мать твою, такого, что ты не шла все эти годы у меня из головы?! – постель прогнулась под весом его тела.

Ард взял меня за подбородок. Провёл большим пальцем по нижней губе. Я задышала судорожно, нервно.

– Ты всегда была моим стимулом двигаться дальше, – он усмехнулся. Как-то горько, задумчиво. – Даже все эти семь лет. Я хотел размазать Афанасьева, и это заставляло меня ставить новые цели. Ты не женщина, ты – проклятье. Для любого, кто с тобой свяжется.

– И для тебя?

– Для меня – в первую очередь, – снова по губе.

Отпустил подбородок, провёл по бедру и, поддев футболку, снял её с меня. По спине пробежали мурашки, стоило ему опустить взгляд к моей груди. Он не касался – просто смотрел. Медленно ощупывал взглядом. По-хозяйски, голодно и одновременно с тем с каким-то садистским наслаждением. Соски мои стали твёрдыми, грудь напряглась и заныла. Я подползла ближе к Арду.

– Тогда мы с тобой прокляты вместе, – обхватив его лицо, выдохнула в губы. – Потому что, Агатов, я тоже не могла забыть тебя. Ты мне не дал шанса забыть. Ты сделал всё, чтобы каждый день я думала о тебе. Алиса…

– Не сейчас, – резко оборвал, обхватил за шею.

– Сейчас, – возразила, взяв его за руку. – Сейчас, Ард. Мы и так с тобой слишком долго молчали, не находишь?

Его губы почти неуловимо изогнулись. Он погладил меня вдоль позвонков, нажимая не сильно, вырисовывая каждый. Мысли стали путанными. Как же я соскучилась по его рукам. По вот таким прикосновениям.

– Она так похожа на тебя, Рихард. В каждом её взгляде ты. Когда мне принесли её, такую маленькую… – я улыбнулась уголками губ, вспоминая тот момент. – Я сразу поняла, что она твоя. Мы с тобой оба прокляты. Или… Может это не проклятье? – коснулась плеча, пробежалась кончиками пальцев до шеи, к скуле. – Может быть, это благословение?

– Нет, Крис, это проклятье, – он поймал мою руку.

Лёг и потянул за собой. Оказавшись сверху, я перекинула через него ногу. Оперлась о его грудь.

– На тебе слишком много одежды, – Ард спустил мои штаны с ягодиц и смял их.

Эта ласка была настолько же грубой, насколько и жадной. Та часть меня, которая ещё оставалась разумной, сдалась, стена между нами пошла трещинами.

– Так раздень меня, – приподнялась, помогая ему.

Он стащил штаны вместе с трусиками. Путаясь в ткани, я сама высвободила лодыжку. Ард уронил меня на себя.

– Дьявол, – скривился он. Я засмеялась. Прикусила его губу.

– Дьявол – ты, – выдохнула и сразу же впустила его язык. Застонала сквозь поцелуй.

Он держал меня за затылок, изучал мой рот. Дующий из раскрытого окна ветерок щекотал спину, и тут же Ард проводил вдоль позвоночника. Вверх и опять вниз.

– Вот так, девочка, – приподнял мою голову, подтолкнул меня вниз. Я приподнялась и тут же опустилась на него.

– Рихард, – застонала, кусая губы.

Повела бёдрами, приподнялась и опять опустилась. Услышала его глухое довольное рычание. Вверх и вниз.

– Да… да… – вбирала его в себя, вначале медленно, привыкая, наслаждаясь им.

Он накрыл ладонью мою грудь, сдавил, второй – коленку. Пальцы его прошлись по соску. Грудь была такой чувствительной, что я всхлипнула. Прильнула сильнее. Он сдавил, погладил, опять сдавил. Подхватил под ягодицами обеими руками и стал помогать мне двигаться. Быстрее, ещё немного быстрее…

Я постанывала в такт движениям, чувствовала, как он растягивает меня, чувствовала его мощь и готова была раствориться в нём. Насаживаясь, раздвинула ноги шире, позволяя ему входить до упора.

– У меня чувство, – выдохнула горячо, – что я сверху, а главный всё равно ты.

Склонилась и жадно поцеловала, гладя его покрытое щетиной лицо, его тёмные скулы.