Очень (не) обычная история - Марина Вуд

По дороге на работу в моей голове мысли крутятся словно кабинки колеса обозрения. Я ругаю то себя, то Громова, то эту гадину цыганку. Вот на кой мне нужен был тот кошелек? Это же не у меня его вытаскивали. Сидела бы себе тихонько, как остальные пассажиры и проблем было бы меньше.

Борец за справедливость, блин! Ладно, вдохнула — выдохнула. Надо выключать режим «медленно звереющая Аня».

Автомобиль заезжает на территорию клуба. Я не жду, когда мне откроют дверь. Поэтому открываю ее сама и выхожу на улицу.

— Анна, — Громов смиряет меня строгим взглядом, — повторяю второй и последний раз, пожалуйста, без происшествий. Еще раз вытаскивать твою задницу, я сегодня не готов.

Я ничего не говорю в ответ. Просто разворачиваюсь и гордо иду в сторону черного входа. А что мне остается еще делать.

На работе я целый день слышу, как перешёптываются по углам девочки, бросая косые взгляды в мою сторону. На удивление одна Валя ведет себя спокойно и миролюбиво. Время от времени разгоняя этих сплетниц.

— Ты не обращай внимания, — девушка ставит корзину с бельем перед сушильной машиной.

— Я стараюсь, — отвечаю и заливаю жидкий порошок.

— Они просто завидуют, — она начинает забрасывать постельное бельё внутрь.

— Чему мне завидовать? — выбираю режим и нажимаю кнопку «старт».

— Тому что ты новенькая, а к тебе сразу столько внимания, — Валя отставляет корзину в сторону и начинает помогать мне складывать простыни. — Вон, даже Егор Владимирович сам лично на работу возит.

— Как будто я этого хочу, — бурчу в ответ, заставляя в первую очередь себя в это поверить.

— А ты не хочешь? — хитро смотрит и улыбается она.

— Нет, — говорю твердо. — Оно как-то само у меня получается.

— Понятно. Везучая значит, — хихикает Валентина.

Надо же, я впервые вижу ее в таком игривом настроении.

— О, «везучая» не то слово. Прям уж не знаю куда везение свое деть. Может на рынок отнести и продать? — по сарказму Аня, пять.

— Везучая, — Веля снова смеется, — ты лучше скажи, на корпоратив собираешься или нет?

— Не думала еще.

А когда мне было думать. Я сегодня вообще на нарах чалилась.

— Тут и думать нечего, — махнула она рукой, — в этом году нам заказывают банкет в самом центре города. Идут все. Бар. Кухня. Официанты. И мы. Даже Валерия Андреевна будет с нами в этот раз.

— А на прошлом корпоративе ее что, не было?

— Нет.

— А Громов? — спрашиваю и тут же осекаюсь.

— Его тоже не было, — Валя отрицательно мотает головой, — Егор Владимирович не спускается к нам, простым смертным, со своего божественного Олимпа. А ты почему интересуешься? — хитро смотрит на меня девушка.

— Так… Просто…, — отвечаю и стараюсь не смотреть ей в глаза.

— Не бывает так просто… — девушка тут же замолкает, потому как в прачечную заходят другие горничные. Ладно, потом… — говорит полутоном и берет в руки следующую простынь.

Мои рабочие дни неслись галопом, поэтому «потом» наступило очень быстро. Двадцать пятое декабря в календаре, а по факту день нашего корпоратива.

В одном из лучших ресторанов столицы, между столов, накрытых белоснежными скатертями, суетливо бегают официанты. На столах благоухают деликатесы и различные заморские яства. Хлопают пробки от шампанского. В центре зала, со своего места поднимается Валерия Андреевна в обтягивающем серебристом платье и демонстративно стучит кончиком ножа по хрустальной ножке бокала, который держит в руке. И взгляды окружающих тут же, как по команде устремляются в ее сторону. Когда шум наконец-то стихает и коллектив замолкает, наша предводительница берет слово.

— Уважаемые коллеги! Сегодня я рада видеть всех Вас на нашем празднике в канун Нового года. Желаю, чтобы в следующем году… — не успевает договорить она.

— Начальство о вас не забывало, — ее перебивает мужской голос.

Я оборачиваюсь, почувствовав его взгляд. От него мне становиться жарко, хотя в зале работают кондиционеры. Нас разделяют несколько метров и с десяток гостей, а кажется, что расстояния, между нами, не существует. Я впервые вижу Громова, после того случая в полиции. Сегодня он, как обычно, неотразим.

— А еще ценило и поощряло ваши труды! — Егор Владимирович подходит к Валерии и передает ей стопку белых конвертов.

— Это что? — директриса непонимающе хлопает ресницами так часто, словно готовиться взлететь на них.

— Подарок от деда Мороза, — улыбается мужчина. — Это премии. Будьте так добры, раздайте их коллегам.

Зал разрывается аплодисментами и довольными выкриками сотрудников, а я медленно сползаю вниз по стулу, желая оказаться где-то под столом.

— Это настоящее Новогоднее чудо, — расплывается в довольной улыбке Валерия и отсалютовав бокалом в воздухе, отпивает содержимое. — Я, честно говоря, не ожидала вас здесь увидеть, Егор Владимирович, — она делает жест официанту и тут же рядом с ней появляется стул и тарелка с чистыми приборами. — Присаживайтесь, — указывает она рукой на пустующее место.

— Благодарю! — отвечает Громов. — Не хочу отнимать у вас ваши лавры. Я, так сказать, поближе к народу.

Громов проходит вдоль столов, не обращая внимания на жаждущих его внимания коллег и останавливается в самом конце, перед столом, за которым сижу я, Валя и Виталик.

— Надеюсь, я вам не помешаю, — не дождавшись нашего ответа мужчина нагло садиться напротив.

— Интересно, а если я скажу, что помешаете, это вас как-то остановит? — говорю я, наверное, от обиды и тут же прикусываю свой язык.

Вот только на что я обижаюсь? Уже сама себя не понимаю.

Он на секунду задумывается, затем отвечает: нет!

— Нет. Что вы?! Это