Хочу вернуть тебя - Амелия Борн

- А я, как посмотрю, очень удачно проезжал мимо! - объявил, выходя из машины.

На меня сначала уставились четыре пары глаз, затем Ленка возопила:

- Папа!

И бросилась ко мне. Я подхватил дочь на руки под пристальным взглядом Евы, в котором мелькнуло удивление. Возникало ощущение, что Лебедева до этого момента подозревала, что я могу и не любить собственного ребенка.

- Папа, посмотли! - указала Лена на Марусю. - На меня как похожа!

В голосе ребенка сквозили нотки восхищения и восторга. Она у меня была очень даже не прочь порассматривать фотографии себя мелкой, потому сходства со своей младшей сестрой не заметить не могла.

Я кивнул, не торопясь соглашаться с выводами. Мне нужно было время, чтобы понять - отвлекать Лену от темы схожести с Машей, или не нужно.

- Егорушка, представляешь, я встретила нашу Евочку! - проговорила мама, когда я поравнялся с ней и Лебедевой.

Ага, встретила она. Часа два сидела в засаде, вот и встретила.

- Да что ты говоришь, мама? - притворно восхитился я и, переведя взгляд на замершую Еву, обратился уже к ней: - Прости, я не знал, что такое случится. Как только мама мне призналась в своей авантюре, сразу примчался к тебе.

- Егор, что ты такое говоришь? - тут же возмутилась родительница, но умолкла, когда я смерил ее красноречивым взглядом.

Она тут же стушевалась, но поле боя покидать не стала - обратилась уже к Лебедевой:

- Может, я пока с девчонками поиграю в песочнице? - кивнула на детскую площадку.

Ага, сейчас, держи карман шире, бабуля. Самый минимум, на который тебе придется рассчитывать - если Ева просто откажется. Но я бы на месте Лебедевой высказал все, что думаю о создавшейся ситуации.

Так думал я ровно до тех пор, пока Ева не ответила удивительно спокойным голосом:

- Хорошо, Татьяна Олеговна. Но не больше десяти минут - мы с Марусей торопимся домой. И пожалуйста, никакой информации, которая может травмировать ребенка, - с нажимом добавила Ева.

- Что ты, что ты, Евочка? Я поболтаю с ними об игрушках. Знаешь, я очень много времени провожу с Леночкой и уже выучила всех ее пупсов.

Подойдя к Марусе, мама присела перед нею на корточки и, улыбнувшись во все тридцать два, проворковала:

- Пойдем поиграем со мной и Леночкой? Моя ты крошечка!

Я закатил глаза. Так дело дойдет до того, что маман вот-вот объявит себя Марусиной бабушкой. Вслух, конечно, произносить я этого не стал, просто стоял рядом с Евой и наблюдал за происходящим.

Маша, надо отдать ей должное, вот так просто к чужому человеку не шла. Мама уже ощутимо поникла, когда ей на помощь пришла Лена. Подошла к сестре и, взяв ее за ручку, сказала:

- Пойдем, с бабушкой очень интелесно иглать!

Мы застыли - я, мама и Ева. Смотрели на двух человечков, которые были похожи, как две капли воды, и молчали. Что чувствовали Лебедева и моя родительница, я не знал. У меня же в груди заворочалось чувство, которого я еще ни разу не испытывал - потребности сделать все, что будет от меня зависеть в жизни, чтобы эти две маленькие девочки никогда и ни в чем не нуждались. А еще желание защитить, хотя, казалось бы, никакой опасности сейчас над ними не нависало.

Маруся выпустила руку матери, взялась одной ладошкой за пальцы Лены, второй - за протянутую ладонь бабушки. Конечно, о том, что с этой незнакомой женщиной их связывают именно такие родственные связи, знать она пока не знала, но, судя по поведению Лебедевой, открытие правды было не за горами.

Так я снова думал до тех пор, пока Ева не повернулась ко мне, проводив взглядом дочь, удаляющуюся в сторону площадки, и, сложив руки на груди не отчеканила холодно:

- Что еще тебе - или вам - от меня требуется, чтобы ты отстал?

Фурия, как она есть. Готовая защищать и отвоевывать собственное пространство. Женщина, которую я любил и которая сейчас вызывала у меня такой шторм эмоций, что он едва не сносил все на своем пути.

Потому я, недолго думая, выпалил:

- Свидание. С тобой. Всего одно.

Глава 13

Брови Евы приподнялись. Она посмотрела на меня так, словно видела впервые.

- Одно свидание, а потом ты от меня отстанешь? - уточнила, прищурившись.

Захотелось тут же завести руку за спину и сложить пальцы крестиком, а потом солгать. Но вместо этого я уверенно сказал:

- Отстану, если только ты сама этого захочешь.

- Обещаешь? - потребовала ответа Лебедева.

- Клянусь! - проговорил торжественно.

И был действительно уверен в клятве, потому что собирался сделать все от меня зависящее, чтобы Ева не пожелала делать ничего для того, чтобы я от нее отстал.

- Хорошо, Андреев, - кивнула Лебедева и, сделав вид, что очень заинтересована тем, как играют Маруся и Лена в компании их бабушки на площадке, повернулась в означенную сторону.

Я же некоторое время постоял, глядя на красиво очерченный профиль, после чего сказал задумчиво:

- Удивительная штука судьба, правда?

- Ты о том, что из всех возможных мужчин, претендующих на роль отца моего ребенка, им оказался именно ты?

Какая же она все таки проницательная! И какая умная.

- Именно, - кивнул и сделал небольшой шажок в сторону Евы.

Она не отстранилась, что счел хорошим знаком. Но руки на груди сложенными так и остались. Этим Лебедева давала понять - между нами дистанция, так что делай с этим что хочешь, Андреев.

- Что чувствуешь, когда смотришь на Лену? - спросил я и тут же прикусил язык.

Потому что Ева окинула меня предупреждающим взглядом. Какие именно нотки сквозили в нем еще, я так и не понял, но предостережение почувствовал точно.

-