Проклятие рода Карлайл - Татьяна Ма

Вчера ей позвонила Миранда, ее близкая подруга, и намекнула на то, что она кое-что знает о Джереми. Мод бросила трубку, даже не дослушав. Она не хотела выяснять причины. В ее глазах ничто не могло оправдать Джереми. Что бы там ни было – влюбился он в другую или просто передумал, – он мог бы сказать обо всем наедине, до свадьбы, а не бросать Мод прямо у алтаря на глазах у всех родственников и друзей. Этого унижения она не простит ему никогда. Однако боль притупилась, и Мод даже решила, что все это к лучшему. Какой-то голос внутри ее сердца упрямо твердил, что любовь к Джереми была не настоящей, что это просто привычка, детская мечта. Ведь если сердце разбито, оно не может биться. А Мод чувствовала, что ее сердечко не просто бьется – оно бешено колотится, оно радуется, оно хочет жить. Вот, например, сейчас: волна накатывает на берег, принося с собой соленый бриз и мелкие брызги, от которых волосы Мод начинают закручиваться в пушистые кудряшки, а сердце ее от удовольствия щемит, и на губах сама собой появляется улыбка.

Мод всегда любила море. И если Портофино не излечило ее от тоски по несостоявшемуся счастью с Джереми, то Корнуолл был очень близок к этому. Удивительно, что делали с ее настроением солнце и море. Апатия, в которой Мод пребывала с того самого злосчастного дня, когда Джереми сбежал прямо из-под венца, в одночасье испарилась.

Соскочив с валуна, Мод тряхнула волосами, зажмурилась, вдохнув морской воздух, и пошла в сторону возвышавшегося на холме дома. Она бросила взгляд на окна, и ей показалось, что в одном из них, на втором этаже, она увидела какую-то фигуру, наблюдающую за ней. Странно. Ведь это окно восточного крыла, а как сказал Артур, оно давным-давно закрыто, и даже слугам там не велено наводить порядок.

Мод решила, что пришла пора как следует осмотреть дом, и начать она хотела с той самой темной комнаты, которая так напугала ее в то утро, когда Мод перепутала двери и оказалась запертой внутри.

***

– Право, миледи, вряд ли вы найдете здесь что-нибудь примечательное, – говорил мистер Грейвз, пока один из рабочих возился с замком. Дверь сегодня ни в какую не хотела открываться.

– Если это – малая гостиная, то почему она все эти годы была закрыта? – удивлялась Мод.

– Не могу вам точно сказать, миледи. Знаю только, что все комнаты на этой стороне стоят закрытыми с пятидесятых годов прошлого века.

– Ну, мы это исправим, – пообещала Мод. Мистер Грейвз бросил на нее скептический взгляд. Он служил у графов Карлайлов с юности, правда, по большей части обитая в Лондоне и распоряжаясь большим домом в Кенсингтоне. В Карлайл-Холле же мистер Грейвз бывал наездами, когда того требовал Артур. А вот теперь, кажется, с появлением этой странной леди Карлайл все грозит измениться в худшую сторону. Милорд уехал в Лондон, поставив мистера Грейвза перед фактом: отныне леди Карлайл будет безвыездно жить в Корнуолле, а он, мистер Грейвз, должен взять на себя управление Карлайл-Холлом вместе с экономкой, миссис Гудвайз. Для мистера Грейвза подобное «назначение» было сродни опале. Он не любил ни Корнуолл, ни этот заброшенный дом. И уж тем более никогда не хотел распоряжаться местной прислугой, этой деревенщиной, которая и по-английски-то говорила с таким жутким акцентом, что у мистера Гудвайза начинался нервный тик.

Дверь скрипнула и отворилась.

– Ура! – обрадовалась Мод. – Пожалуйста, посмотрите, что с этим замком и с теми, в соседних помещениях, – обратилась Мод к столяру. – Мне не хочется еще раз оказаться взаперти.

– Конечно, миледи. Я могу снять замок и проверить, в чем дело.

– Было бы замечательно, мистер…

– Робби, миледи, – поклонился мужчина. – Просто Робби.

– Спасибо, Робби, – улыбнулась Мод и тут же поймала на себе недовольный взгляд мистера Грейвза.

Она вопросительно вздернула бровь, и ему пришлось высказать, что у него было на уме.

– Думаю, стоит дождаться возвращения лорда Карлайла, прежде чем открывать комнаты.

– Во-первых, лорд Карлайл дал добро, – парировала Мод. – А во-вторых, как хозяйка Карлайл-Холла я сама вправе принимать те или иные решения относительно дома.

На губах Мод играла вежливая улыбка, но во взгляде было столько холода, что мистер Грейвз понял: эта выскочка не так проста, как казалась в первые дни. Зря лорд Артур женился на девушке ниже себя по положению. Теперь жди одних проблем.

– Мистер Грейвз, у вас наверняка еще много дел, так что вам нет смысла сопровождать меня, пока я буду осматривать эти комнаты, – сказала Мод.

– Как изволите, миледи.

Мистер Грейвз едва смог скрыть облегчение. Он вежливо поклонился и направился в сторону помещений для слуг.

– Мистер Грейвз, пришлите ко мне миссис Гудвайз, – крикнула ему вслед Мод.

– Да, миледи.

Пока Робби возился с замком, Мод ступила внутрь. Здесь по-прежнему царил сумрак, но уже не такой черный, как в прошлый раз: ведь в комнату проникал свет из холла.

Мод прошла к окну напротив двери и потянула в сторону тяжелую бархатную портьеру. Она скрипнула, неохотно скользнув по карнизу и обдав Мод целым шквалом пыли. Мод чихнула.

В комнату проникло солнце, в лучах которого было видно, как в воздухе колышется взвесь мелких частиц. Сколько же здесь не убирались?

Мод осмотрелась по сторонам. Теперь, когда помещение освещал дневной свет, в нем не было ничего жуткого. Эта была небольшая гостиная. Когда-то, должно быть, очень красивая. Стены были оклеены светло-голубыми в цветочек шелковыми обоями. Рисунок на них давно выцвел и лишился красок. Под черными чехлами угадывались очертания мебели: шкафа, нескольких диванов, кресел, столов и стульев. Даже люстру кто-то обмотал черной тканью. В комнате не было сырости, а вот воздух стоял спертым, пропитавшись за долгие годы удушающим запахом затхлости и… безысходности.

Мод решила открыть окно, чтобы проветрить помещение, но с удивлением обнаружила, что здесь не было ни ручки, ни щеколды, которые бы позволили сдвинуть створки с места. Странно. Зачем делать в помещении всего одно окно, которое невозможно открыть.

– Робби, взгляните на это окно, – позвала Мод столяра. – Сможете его отпереть?

Мужчина, только-только закончивший возиться с замком, встал с колен, отодвинув в сторону инструменты, и подошел к Мод. Он осмотрел оконную раму и покачал головой.

– Нет, миледи, это окно изнутри не открывается. Видите, вон там с наружной стороны есть ручка? Она-то и открывает окно с улицы.

– Зачем кому-то открывать окно с улицы? – удивилась Мод, пытаясь рассмотреть механизм, на который указывал Робби.

– Не знаю, миледи, – пожал плечами Робби. – Но здесь и шпросы необычные. Это будто и не окно, а застекленная решетка.

Мод внезапно почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок, а в голове откуда-то возникло странное слово – темница.

Мод передернула плечами. Нужно будет сказать Артуру, что в