Доля ангелов - Марьяна Брай

Однажды, когда работала в ресторане, увидела у повара книгу, что читал запоем в каждом перерыве. Про мир в шкафу. После него читала я. Надеюсь, у меня в крыле не окажется Нарнии. Ладно, страннее уже быть не может. Я понажимала на стену, и в одном месте она двинулась под тканью. Но прорези в ткани, как у отца напротив кабинета, не было. Отец еще не прибыл со службы — это я всегда слышу — карета, высадив его, проезжает прямо под моими окнами по кругу, и выезжает за сад, где я еще не была.

Я осторожно прошла в его крыло и толкнула невидимую дверь в стене — она поддалась и открылась внутрь темного помещения. Я присмотрелась — там оказалась лестница. Поднялась два пролета и уперлась в еще одну дверь. Осторожно нажала на нее — она была заперта. Мда, вскрывать замки я не умею. Да и дверь была серьезной — из толстого массива дерева, обитая железными лентами, укрепленная уголками. В районе замка была железная полоска с замочной скважиной.

Я аккуратно спустилась и вышла в крыло. Услышала в холле шум — скорее всего, это вернулся отец. Не буду наводить на себя тень, уйду пока. Вот если бы у них был очень тонкий нож или лезвие — вот тогда я смогла бы аккуратно разрезать ткань в своем крыле и открыть дверь там. Ну ладно, успею.

Рита пришла вечером для продолжения учебы, но нового мы ничего не проходили, сейчас оставалось привыкнуть к буквам и научиться более бегло читать и писать, не вспоминая — как они пишутся.

— Рита, расскажи мне все о Валенторне. Это город или страна? — я уселась поудобнее в кровати, чтобы слушать ее. Я записывала названия и нужную информацию на языке из моего прошлого мира — так я могла насколько это возможно с пером, быстро писать, и мои записи не опасны, если найдутся.

— Валенторн, это не город, это королевство. В нем есть города и деревни, леса, поля, реки. Но здесь, Валенторном называют этот небольшой город вокруг королевского замка, — для Риты было странным рассказывать мне о вещах, что на первый взгляд были естественными. Она иногда начинала говорить «помнишь, мы проезжали его по дороге к швее?»

— Рита, рассказывай так, как будто рассказываешь это человеку из другого мира, который прилетел с другой планеты, — я пыталась шутить.

— На крыльях, как птица?

— Да, как птица, — когда говорили о птицах, мне становилось больно. У нас с Ритой разные боли, но она не была виновата в моей, а я в ее — да.

— Замок находится на горе, а под ней наши замки и леса — это земли приближенных к королю.

— Как зовут короля, и давно ли он правит?

— Короля зовут Перье семнадцатый, у него есть супруга — королева Перье. Короли Перье правили всегда.

— Но он же семнадцатый, а до первого кто был?

— Я не знаю, мисс Лора, — этот вопрос явно ввел ее в ступор.

— У королевы нет своего имени?

— Нет, все знают короля как Перье семнадцатый, а королеву, как королева Перье. Больше ничего. Его сын будет…

— Восемнадцатым, да, я поняла. А если у него будет дочь?

— У него рождается много детей. И в это время в замке много лаур.

— Кого? Лаур?

— Да, это женщины. Чей сын родится первым, та и станет королевой.

— А остальные живут тоже с ним? — тут я начинала офигевать от жизнеустройства этого мира.

— Нет, остальных увозят в долину Хорма.

— И детей?

— Как только молодой принц достигает двадцати лет, к нему приходят девушки, которые хотят попробовать стать королевой.

— Ты тоже могла пойти к нему на этот самый отбор?

— Нет, только девушки, чьи псирты у них на руках — свободные девушки.

— Псирты?

— Бумага, где написан весь ваш род. Мои псирты ведет ваш отец, у меня на руках нет этих бумаг, но у меня есть бумага с вашей печатью, и если у меня попросят псирты, я покажу ее.

— А у меня есть эти псирты?

— Конечно, они у вас в кошельке. Вы всегда должны держать его в руках, и ни на секунду не оставлять, если вы не дома.

Рита подала мне «кошелек», что на деле оказался сумочкой в виде небольшого клатча, хоть и вместительного. Если представить этот клатч в нашем мире, в него легко войдет планшет, телефон, косметика и фляжка с коньяком. Я нашарила там жесткий лист бумаги. Он был размером как раз, чуть меньше клатча — его не приходилось сворачивать. Лист вроде ватмана, в котором сначала выбиты, потом залиты краской буквы и цифры. На первой странице я с трудом, по слогам, прочитала, что мои родители те-то и те-то, а на другой стороне листа были десять строчек в шести столбиках. Буковки были мелкие. Видимо здесь мои бабушки и дедушки. Родословная как у собаки жены директора ресторана.

— Рита, а эти женщины, лауры, и их дети, они потом так и живут там, в изгнании? Или им можно вернуться в Валенторн?

— Если человека высылают в долину Хорма, его псирты сжигают. Больше он не принадлежит этому королевству, и не имеет права быть здесь. После этого их отвозят на границу города и выпускают за ворота. А там — бескрайние дикие леса и поля, полные животных и мошенников. Правда, мошенников чаще вешают на площади. А про этих девушек — как только у короля рождается первый мальчик, остальных девушек вместе с детьми увозят за ворота. Их жизнь больше никого не интересует. Если они вернутся на территорию королевства, их вернут обратно, потому что у них нет псирт. А наш город — крепость. Сюда они войти не смогут вообще. Те, кто тайком живет в городах и деревнях королевства, не могут найти работу — их не берут без бумаги. И им приходится воровать, или работать тайно у господ за еду. Но таких хозяев и самих могут выгнать за укрывательство. Поэтому, это очень большая редкость.

— Тут вешают людей? Прямо вот за шею? Веревкой? — я закатила глаза, высунула язык. — Прямо вот так?

— Да, вот так. Вешают убийц, воров и мошенников. И вся знать приходит на это смотреть в первых рядах. Простые люди смотрят из-за забора.

— Рита, чего-то мне не хорошо. Давай на сегодня закончим наш урок — мне нужно все обдумать. Жду тебя завтра утром, а пока, иди отдыхать, — я закрыла за ней дверь и улеглась в постель глядя в одну точку в потолке. Как мой