Любовь и лёд - Lana Grech

― Давай, вместе фильм посмотрим? ― не унимался мой тренер, и по возвращении домой. Видимо, он так неуклюже пытается загладить свою вину за свои бестактные слова.

― Но я, была всё ещё обижена на него и поэтому проворчала:

― Я спать.

Ночью спала плохо, чувство вины, за то, что не могу определиться с музыкой для своего выступления, грызло изнутри. Даже тренировку впервые в жизни пропустила. Уверена, Виктор зол, как дьявол.

И словно в подтверждение моих слов в комнату постучали.

― В-войдите, ― ответила я, укрывшись с головой одеялом.

― Аннушка… ― елейным голоском, произнёс мой тренер, ― утречка…

― Ы-ы-ы, ― пискнула я, ― д-доброе, Виктор…

― Давай, погуляем по Риджентс-парку, ― предложил он, внезапно дружелюбным тоном.

― Х-хорошо. Дай мне минутку.

глава 13

Виктор

Вернулись с Аней, с тренировки, как обычно под вечер. После ужина всё же решил напомнить своей ученице о данном мне обещании.

Она не совсем охотно поднялась со своего места за кухонным столом и направилась в свою комнату. Мне ничего другого не оставалось, как последовать за ней.

Включив компьютер, достала из ящика стола компакт-диск, но от чего-то не торопилась его вставлять в дисковод. Пришлось словесно поторопить её:

― Ань, ― может ты уже вставишь этот несчастный диск в дисковод на ноутбуке и дашь наконец-то услышать ту музыку, которую забраковал твой бывший тренер.

Вижу, как мнётся в нерешительности. Видимо боится повторения той же ситуации, что и с Целестино. Даже если так случиться, что музыка слегка сырая, то ведь никогда не поздно её довести до ума. Аня, молча гипнотизирует диск вцепившись в него мёртвой хваткой. Устало вздохнув, предупредил:

― Даже, если ты будешь его так усердно гипнотизировать, то запись на нём не измениться, уж поверь мне, ― сказал с полуулыбкой.

Аня, молча кивнула. Всё ещё колеблясь, но всё-таки вложила диск в дисковод. Протянула мне беспроводные наушники, и только тогда нажала на кнопку "воспроизвести". А сама присела на свою кровать в ожидании моего вердикта относительно мелодии для будущей произвольной программы. Понимая, что в ногах правды нет, а вернее, чего зря стоять столбом, не стесняясь присел рядом на кровать.

― А… так вот она, какая, ― произнёс я, через несколько минут, вынимая наушники, ― ты должна подобрать что-нибудь ещё, ― добавил, поднимаясь с её кровати, на которой сидел секунду назад. Хотя… высовывая голову из-за двери, ― если музыку чуть доработать, то возможно она сможет подойти…

― Ладно… ― ответила моя ученица понуро, ― я поищу что-нибудь ещё.

― Вот и хорошо. Буду ждать, ― ответил, покидая комнату Ани.

Надеюсь, она воспользуется моей подсказкой и всё же попросит человека написавшего эту мелодию слегка подправить её. Что ж теперь остаётся только ждать результатов. Интересно, какой выбор она всё же сделает?! ― размышлял, лёжа на кровати в выделенной для меня комнате.

Ранним утром я не спал и прекрасно слышал, как Аня тайком выскользнула из дома. Вышел лишь тогда, когда услышал лёгкий хлопок закрываемой входной двери. решил, что ей стоит всё обдумать наедине с самой собой, а моё присутствие будет только мешать.

Позавтракав и оставив тарелку с бутербродами на столе для Ани, уехал на каток. Пока она на пробежке, я смогу заняться своей короткой программой к следующему сезону.

Через полчаса, моя ученица появилась на катке. И я тут же огорошил её важным для нас обоих вопросом:

― Аня?! Ты всё ещё не выбрала музыку для своей произвольной программы? Почему ты не можешь довериться своим собственным решениям? Просто вспомни, что-нибудь, что вызывает ощущение любви у мужчин… ― ляпнул я, заметив удивление на её лице, ― я сказал, что-то странное?

― А?! Прости… только что… просто… ― начала не внятно лепетать.

― Так у тебя никогда не было парня… ― констатировал я, но увидев свирепый взгляд её серых глаз, направленный на меня, сразу же пожалел о своих словах.

Услышав мои слова, резко повернулась ко мне спиной. Она явно была зла, а может смущена или расстроена. Наверное, не ожидала, что я приду именно к такому выводу исходя всего лишь из её молчания в ответ на просьбу вспомнить, что-нибудь, что вызывает ощущение любви у мужчин.

Вот же я кретин… не нужно было ей такого говорить… хотя, что уж теперь, слово не воробей ― вылетит не воротишь. Нужно как-то загладить свою оплошность. Не красиво получилось.

В конце нашей с ней тренировки решил в качестве извинения пригласить её куда-нибудь поужинать:

― Аня… давай куда-нибудь сходим? ― предложил я, переобувая коньки.

― Нет. Не хочу… ― ответила, покидая каток первой, после нашей с ней тренировки.

― Давай, вместе фильм посмотрим? ― не сдавался я, и по возвращении домой.

Но она, была всё ещё обижена на меня и поэтому проворчала:

― Я спать.

А на следующий день попросту впервые за всё время моего пребывания в Лондоне, Аня не появилась на запланированной тренировке.

Сначала я был очень зол, на неё за то, что заставляет меня ждать так долго, а потом забеспокоился не случилось ли чего и решил, как можно скорее вернуться к ней домой.

Войдя в квартиру, постучал в комнату Ани. Оттуда раздался её испуганный голос:

― В-войдите, ― ответила она.

Открыв дверь увидел нечто круглое лежащее на кровати ― это была Аня, укрывшись с головой одеялом.

― Аннушка… ― елейным голоском, произнёс я, ― утречка…

― Ы-ы-ы, ― пискнула она, ― д-доброе, Виктор…

― Давай, погуляем по Риджентс-парку, ― предложил, внезапно дружелюбным тоном.

― Х-хорошо, ― ответила она, скидывая с головы одеяло, ― Дай мне минутку.

Притворив за собой дверь, остался дожидаться Аню в коридоре, присев на ящик с обувью.

Спустя где-то минут десять―пятнадцать она наконец-то вышла из своей комнаты.

Добравшись до Риджентс-парка, молча шли по каменистой дорожке. Остановились на деревянном мостике полюбоваться искусственно созданным водопадом. Вдоволь налюбовавшись стекающими между камней струями воды, продолжили прогулку. Покинув парк, в котором провели около часа, просто медленно прогуливались вдоль канала в сторону Лондона, вдыхая летний воздух.

Тогда-то и решился на разговор…

― О, чайки, ― произнёс я

― Чернохвостые, ― добавила Аня.

― С тех пор, как я приехал сюда в Лондон… ― начал я своё откровение, ― крик чаек напоминает мне о Санкт-Петербурге. Я никогда не думал, что покину его, но встретив Якова, мне