Девочка Дракона - Юлия Четвергова

Что с этим миром не так? Что происходит? Неужели я и вправду стою в объятиях зверя и… Не вырываюсь?

Едва уловимый запах мяты пощекотал ноздри, а следом я ощутила и запах его тела. Терпкий. Мужской. И… невероятно притягательный. Как и его губы.

Поймав себя на этой мысли, ужаснулась.

Я что, сейчас серьезно хотела, чтобы этот пирсингованный меня поцеловал? Своими железяками? Я, похоже, переработала. Слишком переработала.

Большим пальцем парень очертил контур щеки, скул. Обхватив затылок, зарылся жесткими пальцами в волосы и склонился надо мной. Разноцветные глаза слегка прикрыты, затуманены. Горячее дыхание щекотало мою кожу и губы.

Ещё немного и он… поцелует меня?! Что за чертовщина творится?!

— Отпусти, — пролепетала непослушными губами.

— Ага, прямо-таки взял и отпустил. Тебе еще отрабатывать порчу имущества. — низким, грудным голосом произнёс Покоритель, а до меня не сразу дошёл смысл его слов.

— Ч-чего?

— Т-того, — передразнил и отстранился от меня, отпуская, давая возможность дышать полной грудью.

Божечки, я ведь дышала через раз всё это время! Гипоксия отравила мне мозг. Однозначно! Я ведь не могла считать Грозовского привлекательным настолько, что позволила бы себя поцеловать?

Не могла же?

— Отвратительные железяки. — почему-то из всего сумбура в голове, я выпалила именно это. Грозовский вопросительно приподнял бровь. Я кивнула на его пирсинг. — Хотя, чему я удивляюсь, ты же железякофил. Отвратительно, — пробормотала последнюю фразу себе под нос, отворачиваясь и собираясь быстренько смыться.

Не будет же он меня за шкирку тащить отрабатывать порчу имущества, в самом деле?

Как же я ошибалась. В которой раз.

— Куда собралась?

Перехватив меня за талию, зверь ловко перебросил меня через плечо и двинулся в сторону исполосованного мотоцикла, который так удачно был припрятан за всё ещё зелёными кустарниками.

***

— Ну, и куда ты меня притащил? — едва выговорила я, потому что у меня зуб на зуб не попадал после скоростного заезда на железном монстре.

От безысходности я так крепко цеплялась за Грозовского, боясь не удержаться и расшибиться за ближайшим поворотом, что прочувствовала всей кожей его бугрящиеся мышцы на спине, несмотря на то, что между нами была прослойка из одежды. А на все мои мольбы ехать потише, он только прибавлял газу.

Поэтому, смирившись, я ждала пункта назначения. Надеясь, что не того самого, кинематографического…

И вот теперь мы стоим в каком-то страшном закоулке. На улице темно, хоть глаза выколи, а перед нами бункер, из которого раздаются отнюдь не дружелюбные звеняще-скрежещущие звуки.

— Я же с самого начала говорил — отрабатывать. — цокнул языком парень, снимая шлем.

— То есть все те звуки, которые доносятся из подозрительного места — не звуки бензопилы, и ты не собираешься меня расчленять? — робко уточнила я, плотнее кутаясь в его мотоциклетную куртку. Ибо в месте, куда он нас привез, дули сильные ветра за счёт того, что постройки здесь встречались очень редко.

— Ты мне живой нужна. Пока. — подмигнул Грозовский.

И это «пока» меня ничуть не утешило.

Ответ на вопрос, где мы оказались, оказался довольно-таки банальным и примитивным. Ангар — место, куда лежал путь.

— Вот тебе наждачка, полируй мою малышку, а я пока схожу с ребятами поздороваюсь.

Всучив мне в руки небольшой коричневый квадрат с неприятной шершавой поверхностью, Роман двинулся в сторону ангара. Оставив железную дверь слегка приоткрытой, вошёл внутрь. Я же пулей прильнула к щели и едва не отшатнулась, увидев громил, которые крутили гайки, красили и пытались завести своих железных коней.

— Дракон! — сцепив ладони, поприветствовал Грозовского один из байкеров — огромный бородач, вдвое шире Романа.

— О, Горыныч девку притащил! — присвистнул ещё один любитель двухколёсного транспорта, кивнув в сторону двери, за которой стояла я. — Решил всё же облагородить свою пещеру женским присутствием?

Мужики загоготали, а я в нерешительности застыла на месте, не понимая, зачем мне вообще нужна наждачка и как ею пользоваться. И так как меня спалили, а расплата не последовала, я только сильнее навострила ушки, подслушивая чужой разговор.

Пока Грозовский стоял ко мне спиной, было не так уж и страшно.

— Она не моя. — хохотнул зверь, а мне сделалось так непривычно, потому что с байкерами он был не такой каким я его знала. Он был… настоящим, что ли? — Она мне Астарту расцарапала.

— Да ну-у-у? — схватившись за голову, горестно протянул третий байкер. — Я ведь только утром закончил с её покраской! Свежак!

— Принцесса не оценила твоего творчества, Серый. — заржал Грозовский и обернулся в мою сторону.

Убедившись, что я стою в дверях, да ещё и подслушиваю, парень грозно сдвинул брови на переносице.

— Ты почему тут? А ну, марш полировать мотоцикл!

— Разбежалась! — швырнув наждачку, или как он там её обозвал, на пол, упрямо вздернула подбородок. — Ты хочешь, чтобы меня там убили, пока ты тут гогочешь?

— Да кому ты сдалась, мелкая? — в привычном тоне, съехидничал парень. — Ладно, заходи. Я пока возьму инструменты и загоню Астарту внутрь. И для начала, раз уж ты здесь, принеси извинения человеку, который потратил неделю на ручную роспись мой малышки. — кивнул в сторону Серого.

Я уставилась на русоволосого парня с тонной бугрящихся мышц и банданой, повязанной на голове. Его скрещенные на груди руки размером с моё туловище не внушали доверия.

Верно расценив мои косые взгляды, брошенные в его сторону, байкер хмыкнул и сам подошел ко мне.

— Не стоит бояться. Если ты с Драконом, значит, своя. — он приобнял меня за плечи и повёл внутрь. — Меня зовут Серый, но для девушек я Сергей. — смешно подвигал бровями байкер. — Это Медведь, он же Михаил, — указал на бородатого, который первым поздоровался с Грозовским, — а это Птица — между нами Иван.

Парни приветливо улыбнулись мне, кивнув. Я же чувствовала себя овечкой среди волков, поэтому дружелюбием не располагала. И смогла выдохнуть только тогда, когда Роман появился со стороны чёрного входа.

— Совсем бедолагу зашугали, вид у неё, конечно. — сокрушен покачал головой зверь. И недобро взглянул на руку Серого, которая покоилась на моих плечах, не давая удрать отсюда подальше.

— Ну, так она язык проглотила, что поделать. Извиняться ни в какую не хочет. — видимо, мужчины общались на своём языке, потому что тяжелая рука байкера-художника тут же исчезла.

Смех парней скрасил натянутый оскал Грозовского, который заметила только я, так как он быстро спрятал его за усмешкой.

— Прошу прощения. — пискнула я, не узнавая свой голос. Пришлось прочистить горло. — Меня зовут Юлия. — протянула руку и поздоровалась с каждым байкером. — Сергей, извините меня, я ни