Он был странным - Вероника Карпенко

— Ой, да что вы! — рассмеялась барышня, — Куда мне! А вот Леночка, из бухгалтерии… Пожалуй, составит вам конкуренцию. Вот буквально только что Вадим Эдуардович в компании Лены, покинул танцпол. Хотите, я отыщу их? Вероятно, они где-то неподалеку…

Женщина злорадно хихикнула. Голос ее сочился желчью, очевидно, беседа доставляла ей массу удовольствия.

— Ну что вы! — съязвила я, — Поберегите силы!

— Ой, — притворно вздохнула она, — Сочувствую вам! Удержать такого мужчину сложно. Сама в разводе. Так что, подумайте дважды. По силам вам это, или нет.

— Спасибо за совет, — деликатно ответила я.

Женщина положила трубку. Конечно, обижаться на местную сплетницу было выше моего достоинства. Я представила себе эту дамочку, с крашенной шевелюрой, и тонной косметики на увядающем лице. Но, даже если все сказанное ею было правдой? И сейчас мой Вадим «дегустировал» в темном коридоре молоденькую бухгалтершу по имени Лена. Прижимал ее к стене, ощупывая сочные округлости, а она с охотой позволяла себя лапать. Или, того хуже, усевшись на пол прямо в закутке коридорной ниши, брала в рот его член…

Мне было все равно! Вдруг явственно и бесповоротно я ощутила, что мне плевать. То, что раньше приводило меня в бешенство, теперь не вызывало ровным счетом никаких эмоций.

И если, еще каких-то пару недель назад я могла бы сорваться с места, примчаться в ресторан и отыскать среди подвыпивших, одетых в дорогие рубашки мужчин, своего… То теперь, я оставалась сидеть, равнодушно листая журнал мод.

Глава 15

Вадим почувствовал перемены. Не сразу, но постепенно. Пока я размышляла, что делать теперь… Пока я тщетно пыталась вернуть на место свою растрепанную жизнь. Он понял! Возможно, я перегнула палку, в желании угодить? Быть может, была излишне эмоциональной, покорной? Слишком сильно хотела, чтобы он ничего не заметил. И потому пыталась быть хорошей хозяйкой, лезла из кожи вон, чтобы удовлетворить его в постели. Первое время надеясь, что все еще может вернуться на круги своя…

После того раза, мы с Женей виделись еще дважды. Отчаявшись побороть свою тягу к нему, я зареклась поставить точку. Он не обещал мне ничего! Не заговаривал о чувствах. С ним мне было так хорошо… Но моя жизнь была с Вадимом. Я жила в его квартире, мы строили планы на будущее, летом собирались поехать на море. Да и мама, под влиянием его обаяния, оттаивала, и проникалась все большей симпатией к будущему зятю.

Я же с ужасом понимала, что не чувствую ничего. Внутри все выцвело, опустело! Я продолжала вести двойную жизнь на каком-то автомате, машинально… Пока однажды, забирая меня с работы, Вадим не остановил машину.

«Секс», — равнодушно подумала я. Он заглушил двигатель, неспешно обошел авто спереди, открыл дверь с моей стороны.

— Выходи, — сказал он.

Я, удивленная его спокойствием, шагнула наружу. Вадик смотрел мимо меня, куда-то вдаль. Он стоял, расставив ноги, сунув руки в карманы, перекатываясь с носка на пятку. Я с любопытством наблюдала за ним, пытаясь угадать его настроение. Но тщетно! Таким сосредоточенным и серьезным я его еще не видела.

— Что-то случилось? — подала я голос. И Вадик, точно опомнившись, посмотрел на меня. Так внимательно…

И вдруг вынул руку из кармана, замахнулся… Громкий шлепок, и резкая боль пронзила лицо! Щеку точно ошпарило кипятком, а губа тотчас занемела.

— Ты что?! — воскликнула я, хватаясь обеими руками за ушибленную половину лица.

Вместо ответа, Вадим схватил меня за шкирку, точно нашкодившего котенка и чуть приподнял.

— Ты, — процедил он сквозь зубы, все еще глядя в сторону, — ты за дурака меня держишь, дрянь?!

Я непонимающе замотала головой. Он сглотнул. Теперь, вблизи, я увидела, что спокойствие на его лице было внешним. Изнутри его прожигал гнев! Ноздри раздувались, точно у быка, глаза сверкали, а рот искривила злобная усмешка.

— Ты, сука, — другой рукой он обхватил мое горло, — ты что думаешь, я не замечу?

— Что, Вадик? — взмолилась я, держа его запястье. Мое горло, точно капканом, сдавила сильная ладонь, пальцы намертво сжались.

— Ты с кем спишь, блядская уродина? — он перевел взгляд на меня, и от злости, от ненависти в его глазах меня обдало холодом.

— О чем ты? — пропищала я.

— О чем? — он потряс меня, и в глазах потемнело, — О чем я?! Думала, будешь трахаться с кем-то у меня за спиной, жить в моем доме, а я не узнаю?

— Нет, — тяжело дыша, я пыталась возразить.

Но голос пропал, горло перехватило от боли. Я почти задыхалась, хватая ртом воздух и цепляясь пальцами за его плечи.

— Я тебя убью! — прорычал он мне в лицо, и я поняла, что он действительно это сделает. Вокруг не было ни души… Только деревья, немые свидетели этой сцены.

— Вадим… пожалуйста…, — прошептала я, собирая силы в кулак.

Он резко выпустил меня, толкнув на траву. Я закашлялась, судорожно втягивая ртом воздух. Перед глазами плыли темные круги. На землю рядом со мной шлепнулась дамская сумочка, содержимое высыпалось наружу.

— Не хочу тебя больше видеть, — прозвучал над головой его голос, — шлюха!

Он хлопнул дверцей авто, и машина завелась, обдавая меня выхлопными газами. Он секунду помедлил и, издав на прощание протяжный свист, рванул с места, оставляя меня сидеть на траве.

Я осмотрела себя. Руки перепачкались, на юбке остались следы от травы, горло все еще саднило, а щека горела огнем. И губа, кажется, успела распухнуть… «Приложить бы холодное», — подумала я, прикидывая, как далеко нахожусь от маминого дома.

Я с трудом поднялась на ноги, достала из сумочки носовой платок. И, прижимая его ко рту, медленно побрела домой. Слава Богу, мать была на работе! И я могла спокойно привести себя в порядок. Зеркало во всей красе показало мое истерзанное лицо. На шее отпечатался темный след, точно меня только что вынули из петли… Губа и впрямь раздулась и, не зная предысторию, можно было решить, что меня покусали пчелы. Еще надеясь снять отек, я достала из морозилки холодный кусок мяса.

Идти на работу в таком вот виде было недопустимо. Пришлось позвонить и отпроситься под благовидным предлогом. «Плевать», — думала я, сидя на полу рядом с холодильником. В голове было пусто, точно осенним ветром выдуло все мысли. Я не понимала, как угодила в такую ситуацию, и что теперь делать. «Вадим не простит», — думала я, — «да и надо ли?».

Только что у меня был выбор! Я высокомерно размышляла — кого предпочесть. И вдруг с ужасом поняла, что на самом деле я никому не нужна.