Любимая советника - Миранда Бриджес

Единственная проблема в том, что из-за этого я не знаю, как уйти от того, кто во мне нуждается.

— Почему я узнаю, что ты хочешь вернуться на Землю? — спрашивает он, пригвоздив меня взглядом. Черный ободок вокруг его зрачков растет, почти перекрывая синий.

— Какого хрена?

Возможно, не самая лучшая реакция, но нет необходимости поддерживать мой профессионализм перед этим пациентом. Бога ради, мы с ним целовались.

— Что, черт возьми, происходит? — спрашивает он. — Ответь на вопрос.

— Что? — выдыхаю я. Колтон не только здесь, в моей комнате, но и требует ответов на вопросы, которые его не касаются.

— Разве я не ясно выразился? — Он наклоняется вперед, приближая свое лицо к моему. — Почему ты хочешь уехать?

— Это не твое дело.

Его глаза становятся совершенно черными. О, черт меня задери.

— Я понимаю, — говорит он. — Ну, вот тут-то ты и ошибаешься.

— Где мой сканер? — спрашиваю я полушутя, полусерьезно. — Ты должно быть под чем-то сейчас, если думаешь, что я просто собираюсь раскрыть тебе личную информацию. Мне все равно, член ты совета или гребаный президент Соединенных Штатов. У тебя нет на это права.

Он подходит ближе, и я немедленно отступаю. Двигаюсь назад, пока мой позвоночник не упирается в стену, но это Колтона не смущает. Как хищник, он преследует меня, медленно приближаясь, пока я не оказываюсь в ловушке его тела. Я глубоко сглатываю, чувствуя, как он напрягается возле моего живота. Поговорим о том, как я застряла между членом и стеной.

Глава 6

— У меня нет прав? — шепчет он мне на ухо.

Его теплое дыхание на моей коже пробирает меня до мурашек, и приходится подавлять дрожь.

Колтон кладет руки по обе стороны от моей головы и прижимается теснее. Как будто мы и так не были вровень. Теперь я реально могу ощутить каждую его частичку. От его близости и от образов, проносящихся в моей голове, сердце колотится в груди.

Как игра в доктора, только для взрослых. И без медицинских костюмов, инструментов и всего, что связано с медициной.

— Когда ты поцеловала меня, то тем самым дала мне это право, — продолжает Колтон.

— И как же? — спрашиваю я, морщась.

— Тот, кто видел нас, теперь думает, что у нас сексуальные отношения. Из-за твоих действий нам теперь придется поддерживать маскировку, иначе все будут задаваться вопросом, почему я оказался в том положении. Ни для кого не секрет, где ты проводишь время, и не нужно больших усилий, чтобы узнать правду. Так что теперь я имею право знать, каковы твои планы, потому что они имеют ко мне самое непосредственное отношение.

Я мысленно стону. Когда я поцеловала Колтона, это было сделано с намерением защитить его и остановить сплетни и клевету, чтобы скрыть правду. Никогда в своих самых смелых мечтах не думала, что мне придется постоянно притворяться его любовницей.

— Ладно, хорошо. Я собираюсь вернуться на свою планету, как только Кейд сможет это организовать, — отвечаю я. Кстати, о Кейде: он получит по ушам за то, что раскрыл мои планы своему брату, когда я увижу его в следующий раз.

— Ты не улетишь.

— Какого хрена?

— Мне нужно повторить? Ты никуда не полетишь, пока я не разрешу.

Окидываю его взглядом.

— Послушай, Колтон…

Он накрывает мой рот своим, фактически прерывая мои слова и развеивая их по ветру. И тут же я переношусь в ту ночь, когда страсть между нами пылала и почти вышла из-под контроля. Возможно, я начала поцелуй, чтобы защитить его, но сомневаюсь, что сейчас он может сказать то же самое.

Что свидетельствует о том, что он сам хочет меня поцеловать.

Когда Колтон проникает языком в мой рот, чувствую эйфорическое покалывание, и это не мое воображение. Что-то во рту дравианца или в его губах вызывает такие ощущения, которые усиливают возбуждение. Как бы это ни было интересно с медицинской точки зрения, физически я хочу его, и мое лоно сжимается.

Он проводит пальцами по моим волосам и наматывает их на запястье. Нежно потянув, отводит мою голову назад и отрывает свои губы от моих, чтобы провести ими по горлу. Нежная кожа приятно пульсирует, что заставляет меня выгнуть шею без помощи его руки. Свободной рукой Колтон обхватывает мою ногу, прижимая ее к своему бедру. И вдруг он вдавливает в меня свой член. Его твердость давит прямо на мой клитор, и я не могу сдержать стон, заполнивший тишину.

Отчаянно желая прикоснуться к нему, хватаюсь за его плечи, впиваясь ногтями в тело, когда его рука забирается под мою ночную рубашку. Халат, который я надела, распахнулся, обнажив клочок материала, который едва можно назвать пижамой. Она сиреневого цвета с глубоким вырезом и короткой юбкой, не доходящей до середины бедра.

И на мне нет трусиков.

Как только Колтон обнаруживает этот факт, резко вдыхает.

— Натали.

Мое имя звучит на его губах как мольба, и это сокрушает меня. Я знаю, о чем он просит, но даже когда мое тело кричит, чтобы он взял его, разум сомневается. Колтон эмоционально нестабилен, и мне кажется, что я воспользуюсь им, учитывая, что он находится в процессе реабилитации.

Но потом он вводит в меня два пальца, и я больше не могу думать. Он ласкает меня, увеличивая интенсивность и скорость, отправляя в блаженство. Мой оргазм подобен динамиту, уничтожая все, кроме прекрасных ощущений, пронизывающих меня. Смутно слышу, что Колтон бормочет мне на ухо, но могу лишь позволить своему телу вести себя туда, куда оно хочет.

— Совершенство, — говорит он. От довольства в его голосе по моим губам расползается ленивая улыбка. — Ты даже не представляешь, как сильно я жажду тебя, как много думал о тебе.

Слово «жажду» подобно льду и эффективно гасит пламя страсти внутри меня.

— Колтон, — когда произношу его имя, мой взгляд встречается с его, все еще черным, как ночь. — Ты сейчас не в лучшем состоянии, и если все продолжится, это будет выглядеть так, будто я пользуюсь тобой.

Медленно его губы растягиваются в ухмылке, и это заставляет мои бедра сжаться вместе.

— Пользуешься мной? Если ты это сделаешь, то все мои фантазии воплотятся в жизнь. — Его взгляд опускается вниз, блуждая по моей откровенной одежде. — Я бы хотел, чтобы ты овладела мной.

— Я говорю не о физической близости, — уточняю. — Речь о