Любимая советника - Миранда Бриджес

положил руки на тебя в клинике, то хотел только одного — повалить на пол и погрузиться в твое великолепное тело? Я пришел в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь мне расслабиться, снять напряжение, но ты поразила мои чувства до предела, сделав меня таким безумным, каким я никогда не был. Мои руки дрожали от желания прикоснуться к тебе. Везде. Наверное, хорошо, что ты вывела меня из строя, потому что не уверен, что смог бы долго удерживаться от искушения.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

— Но теперь, — говорит он, проведя губами по моей шее, — ты там, где мне нужно.

От его поцелуев у меня покалывает в горле, и я глубоко вдыхаю, чтобы вновь сосредоточиться.

— Отпусти меня, Колтон. Я медицинский работник, который здесь, чтобы помочь тебе выздороветь, и ничего больше.

— О, ты определенно можешь мне помочь, — бормочет он. Колтон поглаживает местечко между плечом и шеей, и мне требуется все мое самообладание, чтобы не застонать.

— На самом деле я думаю, что ты можешь быть тем лекарством, которое мне нужно.

Быстрее, чем я успеваю сделать вдох, он меняет нас местами. Его руки по-прежнему прижаты к моей попке, но теперь он нависает надо мной, и его вес вдавливает меня в матрас. Я практически чувствую его всем телом.

— Помоги мне, Натали, — шепчет он. От того, как он произносит мое имя, кожа покрывается мурашками.

— Это неуместно, и ты просто хочешь отвлечься. Это не поможет тебе разобраться в корне твоей проблемы.

Колтон качает головой, заставляя серебряные пряди покачиваться взад-вперед.

— Даже если ты и помогаешь отвлечься, все равно ты самая возбуждающая из всех, с кем когда-либо сталкивался, и я не готов отпустить тебя.

Мне нужно, чтобы он замолчал. От его слов, его тела и голоса меня переполняет море желания, и я отчаянно пытаюсь не утонуть. Мое сопротивление падает, потому что я проявляю слабость к людям, которые эмоционально недоступны и нуждаются в заботе. Лия говорила мне на консультациях, что я потакаю людям и что это приносит больше вреда, чем пользы. Не хочу совершить ту же ошибку с кем-то, кто явно нуждается в твердой руке.

— А как насчет Азарины? — спрашиваю я.

Перемена, произошедшая с Колтоном, радикальна и почти пугает меня. Все его тело напрягается, как и губы. Его взгляд сужается до тонких щелей, а неоново-голубые глаза вспыхивают черным.

— Она — никто.

Выгибаю бровь, выражая недоверие.

— Ты звал ее. Где она?

Мышцы на его щеке напрягаются — единственный признак того, что мои слова попали в цель.

— Она мертва.

Колтон чеканит каждое слово, и это выглядит так, будто он взял мое сердце в кулак и сжал его. Я втягиваю воздух, и меня охватывает стыд. Несмотря на то, что стараюсь убедиться, что мы оба в безопасности в этой ситуации, я никогда не хотела причинить ему боль.

— Мне жаль, — шепчу я.

— Это не имеет значения.

Колтон отстраняется от меня, и как только я получаю свободу, перебираюсь на другую сторону кровати. Он лежит ко мне спиной, поэтому отчетливо вижу, как напряжены его плечи, и это вызывает во мне чувство вины. Надеюсь, я не сильно навредила ему.

На следующее утро я открываю глаза и вижу, что Колтон смотрит на меня с другой стороны кровати. Его взгляд напряжен, как будто он видит меня впервые. Я не двигаюсь, давая ему возможность обдумать все, что происходит в его голове. Он кажется вменяемым и спокойным, что не может не радовать.

— Как ты себя чувствуешь? — мягко спрашиваю я.

— Проснулся.

— Хорошо. — Опустив ноги на пол, я обхожу его сбоку и наклоняюсь над ним. Его пристальный взгляд следует за мной, не отрываясь ни на секунду. — Твои зрачки больше не расширены, а кожа прохладная, — говорю я, положив руку ему на лоб. — Думаю, что теперь ты полностью свободен от эликсира.

Отдергиваю руку только потому, что ее перехватывает Колтон.

— Что теперь будет? — спрашивает он, глядя мне в глаза.

Не знаю, когда это произошло, но каким-то образом за последние два дня мне стало комфортно в его присутствии. Что довольно странно, ведь Колтон мог убить меня. И не один раз. Однако, когда я смотрю на него в утреннем свете, вижу лишь красивого мужчину с разбитым сердцем.

— Я бы очень советовала обратиться к психологу, так как ты склонен к рецидивам. Что угодно может вызвать у тебя желание принять наркотик, и ты должен быть всегда начеку. Мое профессиональное мнение таково, что ты не справился с какой-то психологической травмой и используешь эликсир как способ избавиться от боли. Но физически ты выглядишь здоровым и можешь вернуться к своей обычной деятельности.

— А что насчет тебя?

— Меня? — Я моргаю. — Я вернусь к работе с Брэкстоном в клинике.

Пока не придумаю, о чем попросить Кейда. Мысль о возвращении на Землю не раз приходила мне в голову за последние два дня. Я могу вернуться домой и знаю, что в конце концов найду кого-нибудь, с кем смогу построить жизнь и семью, что вряд ли случится на Наджари.

От громкого стука Колтон сбрасывает мою руку, как будто она в огне. Я пересекаю комнату, чтобы отпереть дверь. Наконец-то, я вспомнила, что нужно сделать это после того, как Колтон уснул прошлой ночью, но какой бы ущерб ни был нанесен, он необратим.

Кейд входит, и выражение лица Колтона становится язвительным.

— Доброе утро, брат, — приветливо обращается Кейд. — Как ты себя чувствуешь?

— Готов избавиться от этих оков, — заявляет Колтон. — Женщина сказала, что я свободен.

Я сжимаю зубы при этом слове. Значит, вместо Натали меня снова зовут так. Терпеть этого не могу, но отстраниться от Колтона — это хорошо. Ему нужно перестать пользоваться мной в качестве отвлекающего маневра.

А мне нужно перестать думать о его члене.

Кейд обращает на меня взгляд.

— Это правда?

— Худшее осталось позади прошлой ночью, — отвечаю я. — Сегодня утром его взгляд прояснился, и прошло достаточно времени, чтобы все вышло из его организма. Теперь осталось только принять профилактические меры, чтобы помочь ему избежать рецидива.

— Какие у тебя планы, брат? — спросил Кейд. — Я втянул тебя в это не для того, чтобы мучить, а только чтобы помочь. Совет лишит тебя места, если узнает.

— Ты сделал это не только ради меня, но и ради себя, — возражает Колтон. — У тебя не было никакого желания занимать мое место, так что не строй из себя рыцаря.

— Не стану отрицать, — отзывается Кейд. — Однако дому Каймара нужно, чтобы ты представлял их. Нам нужен кто-то,