Аморальные уроки - Хельга Дюран

пресса. Под бархатистой кожей будто камень, горячий и твердый. Запах Артура становится сильнее. Нотки бергамота кружат мне голову. Я хватаюсь за ворот рубашки руками и утыкаюсь носом в его ключицу. Целую разгоряченную кожу, пробую ее языком. Теперь у Артура вырывается томный вздох. Он берет меня за запястья и опускает перед собой на колени.

— Продолжай, — хрипло говорит он.

Артур сам стягивает рубашку, пока я смотрю на то, что оказывается прямо напротив моего лица. Ого! Вот это бугор!

Внутри все сжимается, то ли сладко, то ли больно, уже не поймешь. Мне и страшно и любопытно одновременно. Этот мужчина везде совершенен? Или только по пояс?

Видя мое замешательство, Артур расстегивает ремень, но после смотрит на меня выжидающе. Все равно придется это увидеть, соглашаюсь я сама с собой и расстегиваю ширинку на его брюках. Тяну их вниз…

Господи, Исусе! Это что? Его член? Или палка «докторской»?

Артур рассмеялся, увидев мою реакцию на увиденное. «Колбаса», туго обтянутая боксерами зашевелилась, и я поняла, что мне капец!

Если Артуру было смешно, то мне было уже совсем не до смеха. А сейчас он спустил боксеры до колен, и я задохнулась от смущения.

То, что сейчас раскачивалось перед моим лицом, никак не сможет в меня поместиться. Против законов физики не попрешь. Этот болтик не для моей гаечки. По резьбе точно не пойдет.

— Возьми его в ротик! — то ли попросил, то ли приказал Артур.

— Что? — не сразу поняла я, о чем он говорит.

— В рот возьми, — уже с нажимом повторил он.

— Я… Нет. Мы с Русланом так не договаривались! — возмутилась я, неуклюже поднимаясь с затекших колен. — Только классический секс! Никакого минета! Ясно тебе? И к заднице моей даже не примеряйся!

— Тут нет Руслана! — напомнил Артур. — Оу! Я понял! Тебе надо доплатить?

Артур снял с себя туфли, носки и брюки вместе с боксерами. Он нашел в кармане свой бумажник и, вынув всю наличность, бросил купюры на край кровати. Я не смотрела сколько там, потому что мне было не интересно. Я не собиралась ничего брать в рот, тем более ЭТО!

Артур присел на край кровати широко расставив ноги. Я смотрела на него с вызовом, сложив руки на груди.

— Подойди! — приказал он. Его глаза снова потемнели.

— Я же сказала…

— Сюда иди, мать твою! — заорал Артур.

Я несмело шагнула к нему, потом еще…

Артур протянул руку, и, схватив меня за предплечье, притянул к себе.

— Какая же ты непонятливая, Лисичка! — зарычал он. — А обещала слушаться!

Он положил меня поперек своих колен и загнул вниз лицом. Одной рукой он держал меня сзади за шею, так, что я даже шевельнуться не могла. Я почувствовала, как он стягивает с меня трусики и застыла в ожидании. Все? Он наконец-то решил меня трахнуть?

Артур спустил мои трусы до колен, и я почувствовала его пальцы между своих ног.

— Лисенок, да ты уже вся мокрая! — воскликнул Артур. — Хм, я все же сумел тебе понравиться?

Мужчина погладил мои складочки, задевая клитор, а затем провел ими между булочек.

— Отпусти меня! — потребовала я, снова попытавшись вырваться.

Широкая ладонь помяла мою ягодицу, а затем кожу обожгло от смачного шлепка.

От неожиданности я вскрикнула и дернулась вперед.

— Еще? — спросил Артур.

Я, стиснув зубы, молчала, как партизан. Рука Артура уже мяла вторую мою ягодицу. Новый шлепок выбил из меня новый стон.

— Ещё? — снова спросил Артур, поглаживая мою попу.

Кожу пекло так, будто я села задницей на сковородку. В третий раз меня как будто током прошибло, и стало жарко.

— Еще, Лисенок? — терпеливо задал мне Артур тот же вопрос.

К своему стыду, я хотела еще. Да, я хотела, чтобы он шлепал меня снова и снова, но я сказала:

— Хватит!

— Артур!

— Хватит, Артур! — поправилась я, и он отпустил меня.

Я тяжело свалилась на пол, как мешок с картошкой, села и отдышалась.

— Продолжим на чем остановились? — усмехнулся Артур.

Я подняла глаза на его все такой же большой и торчащий член и облизнула сухие губы.

— Да, Артур, — сквозь зубы процедила я и придвинулась ближе.

Мы еще только разделись, а у меня уже нет сил. За этот день я пережила столько эмоций, что не испытывала и за всю свою жизнь. Эта ситуация меня размотала так, что мне кажется, что я уже никогда не смогу очухаться.

Этот Артур…

Что он делает со мной?

Грех…

Мой грех и есть. Нужно продолжать. Нужно сделать то, о чем он просит. Нет, не так. То, что мне приказано. Иначе эта ночь никогда не закончится, а ведь мы даже не начали.

Набравшись смелости я подняла на него глаза. Он смотрел на меня выжидающе, с любопытством, изогнув одну бровь. Мой взгляд скользнул ниже. Грудь тяжело вздымается, плоский живот, член…

Он подрагивал от возбуждения. Похоже он так же нетерпелив, как и его обладатель. Я встала на колени и взяла его в руку, обхватив за ствол. Артур сдавленно выдохнул, а на большой красной головке его агрегата появилась капелька жидкости.

— Лисенок! — нетерпеливо позвал меня Артур. — Давай ты потом на него полюбуешься? У меня уже час стоит. Это, блядь, больно!

Зажмурившись я набрала в легкие побольше воздуха и все же засунула член в свой рот.

— Сука, — рвано выдохнул мужчина. Ни черта не было понятно, ему приятно или больно? Я облизала головку и направила свол глубже в свой рот. — Поработай язычком, — раздался над моим ухом новый приказ.

Артур намотал мои волосы на руку и зафиксировал таким образом мою голову. Ладно, не так уж это неприятно, если думать, что во рту не член, а, к примеру, банан. Бананище! Он увеличился на моем языке, стал еще тверже, так что уже не помещался у меня во рту. Я начала давиться, слезы навернулись на глаза.

— На меня смотри! — продолжал командовать Артур.

Через силу, но все же я открыла глаза. От того, как сейчас мужчина смотрел на меня, новая порция стыда затопила каждую клеточку моего тела. В этом взгляде было слишком много всего: жажда обладания, похоть, удовольствие, страсть.

Неужели мужчинам на самом деле нравится, когда женщина вот так вот?…

О! Артуру это безусловно нравилось! Не то слово, как нравилось! Чертов ублюдок! Я чуть его не убила! Господи, а если бы пистолет и в самом деле выстрелил? Я бы сейчас уже была на полдороги к тюрьме. Зато бы не пришлось наяривать тут ртом его причиндалы! Моя мама сошла бы с ума,