Сталь и шелк. Акт первый - Алиса Рудницкая

Чертова магия!

В голове странно зашумело.

Хоук не заставил себя ждать. Навис надо мной в уже расстегнутой рубашке. И распущенные, растрепавшиеся волосы свисали, щекоча мне лицо.

– Ты…

Он, не дав договорить, заткнул меня злым, горячим поцелуем. Навалился, удерживая мои руки вверху, не позволяя и шелохнуться.

И я по-настоящему запаниковала.

А потом случилось нечто странное.

От напряжения и страха, сменивших недавнее желание, отделилось какое-то непривычное чувство. Будто что-то росло у меня в груди - какая-то энергия, сила, она наполняла каждую капельку моей сущности, стремилась вырвать наружу. Кончики пальцев покалывало. Я почувствовала, что сейчас что-то случится, и нашла в себе силы оттолкнуть Хоука, уже перешедшего к моей груди. Лягнула мужчину ногой в живот так, что он от неожиданности отпустил мои руки, отпрянул с болезненным шипение. Однако Хоук оклемался и застыл, нависая надо мной, пялясь как злющий волк, которого оттащили от своей законной добычи.

Но я – не добыча.

Я ощутила в себе некую силу, вытянула вперед обе руки, направила прямо на Хоука эту бушующую энергию… и из моих пальцев вырвались тонкие струйки воды.

Напор был такой слабый, что они даже до мужчины не достали – слабым фонтанчиком меня и обрызгали.

– Вот, блин… – я почувствовала себя полной дурой.

Хоук недоуменно вскинул брови.

Пару минут мы смотрели друг на друга с недоумением, а потом Хоук фыркнул, и расхохотался. Под моим возмущенным взглядом он надрывался минут пять.

– Да ты полна сюрпризов, Абгейл, – все еще фыркая от смеха, сказал Хоук. – Кто бы мог подумать! Ну что ж, судя по твоему лицу, это у тебя впервые. Ничего. Научишься. Так уж и быть – отложим брачную ночь. Поспи пока. Когда проснешься, тебе все объяснят.

С этими словами он ткнул мне пальцем в лоб. Чувство было такое, будто Хоук нажал на незримый переключатель – и я вырубилась, так и  не поняв, что произошло.

Глава 6. Абигейл

Кажется, мне удалось не попасться. Применив беспроигрышную тактику “ничего не говори, только вздыхай тяжело и кивай”, я добилась от Кеши сочувствия. Видимо, он решил, что из-за увольнения Яна очень расстроилась и начала чудить. Интересно, ее и правда уволили, или это я наврала?

На самом деле, играя из себя расстроенную жертву, я думала, что смогу ускользнуть от парня домой. Не тут то было. Кеша явно решил, что испорченное настроение нужно обязательно поднять, и начал развлекать меня всякими шутками и подколками. Несмотря на то, что половину из них я не понимала толком, я все же старательно улыбалась.

–  Кеша, извини,  –  в конце-концов решила попытаться удрать от него я,  –  у меня правда очень сильно голова болит. Можно я домой пойду?

–  Нет, нет и еще раз нет,  – скрестил руки на груди парень.  –  И не ври мне. Когда у тебя голова болит  –  ты вечно переносицу трешь. Нельзя одной в таком состоянии оставаться, так и до депрессии недалеко!

Я тяжело вздохнула, не зная, что на это сказать.

–  Давай вот как поступим,  –  уверенно предложил рыжий. – Сейчас мы пойдем к тебе домой, и ты снимешь уже этот... странный наряд.

Щеки у меня вспыхнули. Неужели в мире Яны настолько развратные нравы?

–  Что-то я как-то не так выразился,  –  спохватился парень.  –  Я имею в виду, что ты переоденешься, а я у подъезда подожду. А потом мы пойдем поднимать тебе настроение.

–  А… как поднимать будем?  –  осторожно осведомилась я, чтобы знать, к чему готовиться.

–  Это у тебя спрашивать надо, артистка,  –  улыбнулся мне Кеша.  –  Можем в кино пойти. Или в бар. Или… помнишь, ты давно мечтала в аквапарк сходить? Я плачу.

Что такое кино и бар я понятия не имела. Аквапарк тоже был чем-то непонятным, но в этом слове хотя бы одна знакомая часть имелась - «парк». Решив, что это какой-нибудь особенный, иномирный вид парка, я заинтересовалась.

–  Пошли в аквапарк,  –  решительно кивнула я.

–  Тогда купальник не забудь с собой прихватить,  –  попросил Кеша.

Это поставило меня в тупик. Купальник, он, видимо, чтобы купаться? Парк в котором купаются? Звучит здорово. Однако вот я понятия не имела, как этот самый купальник может выглядеть. Все, что я смогла придумать, чтобы хоть как-то отовраться, было короткое:

–  А у меня его нету.

–  Ну вот,  –  тяжело вздохнул Кеша.  –  Куда же он у тебя делся, артистка?

–  Потеряла,  –  решила сочинять до победного я.

–  Ну ты даешь,  –  подозрительно посмотрел на меня парень.  –  Странная ты сегодня какая-то, Янка. Ну да ладно. Раз аквапарк отпадает, то, может, в парк с аттракционами? Вспомним детство.

Что такое аттракционы я тоже понятия не имела, но мне уже было все равно, только бы не попасться. Потому я согласилась. С аттракционами, без аттракционов, главное парк.

Кеша проводил меня до дома. Пришлось подниматься, мучиться с замком Яниной квартиры и переодеваться в другую одежду. Благо, теперь я уже насмотрелась на местных девушек и поняла, что выгляжу на их фоне как монашка. Потому мой выбор, подогретый опьяняющим чувством полной свободы, пал на черно-красную клетчатую рубашку и эти странные рваные брюки. Брюки я натягивала одновременно и с брезгливостью, и со злорадством. Интересно, что бы матушка сказала, увидь она меня в таком виде? Наверняка рухнула бы в обморок от ужаса.

По моему скромному мнению из зеркала на меня смотрела вполне обычная Яна. Для пущей убедительности я чуть взъерошила короткие черные волосы и решила изо всех сил постараться, чтобы Кеша меня не раскусил. А то вдруг завтра я проснусь в собственном теле? Неудобно выйдет, если Яну из-за меня посчитают странной, или и того хуже  –  сумасшедшей. Интересно, как она там? Наверняка наслаждается занятиями музыкой и танцами, как и мечтала. Ну, по крайней мере я на это искренне надеялась.

На всякий случай насыпав собаке еще еды, я направилась на улицу.

Ой, а в дырки в брюках приятно задувает ветерок. Удобно!

***

Парк аттракционов привел меня сначала в ужас, и только потом в восторг.

Людей здесь оказалось немного  –  как я поняла из болтовни Кеши, сегодня был “будний день”. Что это за таинственный такой день я не знала, но поняла  –  все просто напросто работают, вот и все. Припомнила