Несносная помощница для Цербера - Виктория Дмитриевна Свободина

Перестала ли я пакостить? Нет, но делаю теперь еще более тонко и незаметно. Сплетню могу или байку какую пустить про шефа. Народ любит всякое такое остренькое. Но с каждым днем сопротивляюсь произволу все более вяло и без азарта. Устала, не высыпаюсь, надоела мне эта война с Цербером. Цапаться с ним тяжело.

А в один из серых рабочих дней в офис пришла она. Как будто с конкурса «Мисс Совершенство» явилась. Брюнетка, волосы до плеч. Аккуратная прическа волосок к волоску. Идеальные «правильные» макияж, маникюр, деловой костюм, лицо. Да все такое прямо эталонное. Нет, я, конечно, тоже хороша. Но неправильная. Могу прийти лохматой, в роковом платье или, например, с ярким макияжем. А эта не придет. Я знаю такой типаж – «папина хорошая дочка».

Я уже, кстати, многих тут знаю, и она точно не с нашей работы.

– Доброе утро. Даниил Александрович у себя? – с улыбкой спрашивает посетительница. Она не оглядывает меня придирчивым оценивающим взглядом. Она правильный, идеальный длинноногий ангелок.

Я тоже умею приветливо улыбаться и говорить милым голоском.

– У себя. Вы по какому вопросу?

Незнакомка улыбнулась еще шире.

– По личному.

– Вам назначено?

Открываю расписание шефа. Вроде никаких встреч в первой половине дня.

– Нет, но вы уточните, я думаю, он меня примет.

Беру визитку посетительницы, звоню начальнику, и да, он с готовностью ее принял. В кабинете они пробыли недолго. Цербер вышел вместе с этой мисс, бросил мне, что будет после обеда, ему с его невестой нужно отъехать по одному важному вопросу. И все, босс просто ушел, что на него не похоже. Не помню, чтобы он вот так по личным вопросам прогуливал работу.

Ну что, теперь хоть знаю, что там у босса за невеста. По данным с визитки нашла ее профили с данными в сети. Ага, высшее образование в лучшем вузе страны. Молодая, на хорошей работе и уже при высокой ответственной должности в крупной компании. Еще и дочь крупного бизнесмена. Да, тут папа был прав насчет невесты Цербера. С такой он бы на меня точно не клюнул, даже если бы я изначально характер не показывала.

В этот день вернулась домой особенно усталая. Бабулечки возле подъезда пододвинулись, освобождая мне место. Я достала большую пачку специально купленных семечек. Прикармливаю ими своих голубок. Погода пока хорошая стоит, можно и воздухом подышать, пообщаться. Уже не в первый раз тут сажусь. С бабульками интересно. Мы вроде помирились, и мне они самые горячие новости района всегда выкладывают. А я с ними тоже перипетиями рабочей жизни делюсь. Мои подруги все заграницей остались. И им о таком не расскажешь, не хочу, чтобы веселились у меня за спиной.

– Ой, Лизонька, что-то ты совсем сегодня грустная. Совсем тебя ирод замучил? Еще больше работы дает? – сочувственно спрашивает Наталья Ивановна, беря горстку семечек и передавая пачку соседке.

– Да нет. Сегодня вообще почти ничем не нагружал, полдня отсутствовал, а потом такой улыбчивый ходил. Невеста к нему сегодня приезжала. Красивая.

– Никак ты заревновала? Ой, красивей тебя все равно быть не может.

– Воспитанная, богатая, с высшим образованием.

Тут бабушкам не нашлось, что ответить, только покивали.

– Да ты ж говорила, что он тебе не нравится совсем. Противный, злой.

– Так я и не отказываюсь от своих слов. Крайне неприятный тип. Да и не ревную я. Раздражает просто. Надоело уже все. На море хочу.

– Да что ты там на этом море не видела? Небось с пеленок возят туда.

– Нет, море – это здорово.

– Тю, я вот на море ни разу не ездила и не плачу. Нечего там делать.

– Ой, Степановна, не была, так чего говоришь? Лишь бы че сказать. Я уж лет двадцать не была на море, но до сих пор помню, как там хорошо, – возразила одной бабулечке другая.

– Я бы тоже на море посмотрела, – мечтательно произнесла третья бабуська. – Хоть разок бы напоследок. Меня Колька покойный так и не вывез, чтоб ему. Все на бутылку спускал.

– Ох, девчата, – улыбнувшись, приобнимаю за плечи ближайших бабушек. – Даю торжественную клятву. Если мне отец в конце рабочего года карточку вернет со всеми бонусами, я вас всех на море вывезу. Шикарную тусовку там устроим. Вам все подружки из соседних домов обзавидуются. Договорились?

– Ой, Лиза, ну ты и выдумщица.

Не поверили, что вывезу, а зря. Царевы свое слово держат.

Утро. Выхожу из адского нутра метро. Бреду по дороге. Кто придумал, что работать надо начинать так рано? Почему не часов с одиннадцати хотя бы?

– Лиза, привет! – меня нагоняют две молоденькие коллеги. Идем дальше втроем. Становится немного веселее. Заворачиваем в кафе. Девчонки берут себе кофе, я смузи. Пока ждем заказа, в кафе заруливает еще человек пять знакомых коллег из разных отделов. Дальше из кафе идем уже большой компанией. Хохочем. Местным людям я поражаюсь. Ладно я, больше, чем на оговоренный отцом срок, принципиально не задержусь в компании. А они работают каждый день, стрессы постоянно, проблемы. Чего одна ипотека стоит. И ждут отпуска как счастья невероятного. И ведь будут так дальше работать, год за годом, пока на состарятся. Я расспрашивала. Мало кто свою работу любит. Привыкли, терпят. При этом не унывают, смеются, вот, шутят. Я не понимаю. Правда, есть и энтузиасты. Вон, как мой шеф, например. Мне кажется, он свою работу обожает.

Захожу в кабинет, бросаю сумку, ложусь лицом на стол. Почему дни тянутся так неумолимо медленно? Минут пять мне понадобилось, чтобы соскрести себя с очень удобного стола и отправиться готовить кофе.

– Доброе утро, шеф.

Ставлю на стол поднос с кофе.

– Судя по вашему лицу, Елизавета Натановна, не такое уж и доброе.

Цербер берет чашку, делает глоток, довольно прищуривается. Его утро сейчас точно стало лучше благодаря моему фирменному кофе.

– Вы такой проницательный, Даниил Александрович.

– Что же вас печалит? Вы вчера тоже выглядели грустной.

– Деньги закончились. Одолжите безвозмездно до зарплаты с моей карточки?

– Уже закончились? Быстро. Вы ведь были предупреждены, что до следующей зарплаты можно ничего