Венецианская маска - Любовь Бортник

– Не будь эгоистом! Мои чувства тоже задеты, мне тоже тяжело.

– Тебе тяжело и ты ищешь утешение в бывшем муже? А в ком мне утешение искать?

– Какое утешение, о чем ты? Он не здоров, он погибнуть хочет, а ты об утешении говоришь!

– Ты станешь его утешением. А я стану утешением для другой. Это будет, Ника. Если ты не вернёшься как можно скорее.

– Ты ставишь мне условие?

– Предупреждаю тебя. Я не могу вечно ждать тебя, позволять впустую тратиться моему времени, пока ты утешаешь бывшего мужа.

– А ну замолчи! Разве это было в тебе всё это время? Нет. И не нужно быть таким, каким ты не являешься.

И снова я отключилась. Почему этот человек, за 2 года что мы были вместе, ни разу не повысивший на меня голос, ни разу ни в чем не обвинивший, который говорил «люблю", сейчас, когда я оказалась в трудном положении, ещё больше накаляет обстановку?

Ему нелегко. Конечно, ведь со стороны выглядит всё именно так, будто я бросила его ради бывшего мужа.

Но я не могу позволить ему умереть, даже не попытавшись что-то изменить. Я за жизнь, а не за смерть.

Я пробыла уже в старой квартире больше 3х недель. Речь о Швейцарии пока больше не заходила.

Утром я приготовила завтрак. Потом убралась в квартире. Помогла своему бывшему мужу умыться и поесть, и после обеда опять уснула, читая книгу.

Вечером я предложила выйти на прогулку, но он отказался.

– Я никогда не понимал твою любовь к нему.

Он заказал ужин, и нам доставили пиццу 4 сыра и 2 латте с зефирками.

– Это потому что ты никогда не пробовал его.

– Он очень сладкий. Но оказывается, не настолько, как я думал.

О чём мы только не говорили в тот вечер. И об искусстве, и криптовалюте, и о сельской жизни.

– Думаю, я смог бы там жить только при условии, что будет хороший интернет. И не будет коров. Ты знаешь, я их боюсь.

– А ещё змей.

– Отца укусила змея. Мне было 8 или 9, ну я рассказывал тебе. Нога так распухла, боялись, что придётся резать…

– Тебе было 11.

Я улыбалась ему. И получала улыбку в ответ. Вот уж не думала, что когда-нибудь такое увижу!

Мы разговаривали так легко и непринуждённо, как никогда раньше. Лишь в первые года 2 совместной жизни мы могли позволить себе такие вечера.

– Ты познакомилась с ним, когда впервые туда поехала?

– А?

Я сделала вид, что не расслышала вопрос. Мне не очень хочется говорить с тобой о моем нынешнем парне!

– Да, -ответила я, когда он переспросил.

– Я уверен, что ты счастлива с ним. Он наверняка переживает. Позвони ему. Скажи, что скоро приедешь.

– Я скажу ему только если буду знать, что ты передумал.

–Ради ещё одного такого вечера стоит жить.

Я улыбалась! Победа!

– Таких вечеров будет не один, Андрей. Я буду навещать тебя, так часто как смогу.

– Позвони же ему, пусть не тревожится.

В скором времени я уже ехала на поезде домой. Перед отъездом Андрей дал мне письмо, которое прочитать я должна, только тогда, когда буду уже дома. Это было его желание, и я не видела поводов не сделать этого. Так даже интереснее. Но дорога казалась скучной и долгой, из-за того, что мне не терпелось прочесть письмо.

– Почему не отвечаешь? Я уже на вокзале, скоро сяду на маршрутку и через часик буду дома!

– Оу. Понятно.

– В смысле? Я думала ты встретишь меня.

– Нет, не смогу. Я уехал.

– Что за шутки, Максим! Мы не виделись почти месяц!

–Именно. Ты же не думала, что я вечно буду ждать тебя?

– Разве месяц это вечность?

– Для меня без тебя – да.

Ну и шуточки у него! И положил трубку. Давно он мне так не портил настроение.

Я открыла дверь в дом, который был пуст. Он не шутил.

"Ты наверняка уже дома, раз читаешь это письмо. И раз читаешь его, то я уже в Швейцарии. Уговорить меня передумать никто уже не мог. Прости, но я знал, что больше ты такого вечера мне не подаришь. У тебя есть тот, кого ты любишь, и ты должна быть рядом с ним. А я любил тебя. И я потерял тебя. Если бы всё было иначе, возможно, я бы предложил начать всё сначала. Однако, я рад тому, что произошло. Это дало мне понять, что я не был кому-то нужен, кроме тебя. Лишь ты одна была со мной до конца. И я увидел в тебе то, что не замечал столько лет. Твоё жизнелюбие, твоя радость. Ты вся светишься. Как хорошо, что есть тот, с кем ты можешь быть собой. Прости, что не дал тебе той любви, которой ты всегда была достойна. Может, просто я не был достоин тебя. Ты моя единственная, всегда будешь моей, даже если сама того не знаешь и не хочешь.

Все свои сбережения я разделил на две равные части. Для двух моих любимых женщин – тебя и моей дочери. Ты можешь распорядиться ими как хочешь, но советую тебе посетить галерею "…" в … Там много прекрасных работ. Еще я советую тебе организовать выставку, свою, и желательно за границей, но начать можешь и с России. Твои картины – нечто магическое и таинственное. Они редко были мне понятны, но уверен, что найдутся гении, разделяющие твои взгляды. Живи, люби того, кого хочешь, ешь любимую еду и пей свой латте с зефирками, который, к слову, меня всегда раздражал. Я пишу это и смеюсь.

Николь, живи так, как всегда хотела жить, и оставайся такой, какая ты есть. За это люблю тебя не только я, но и весь мир. Андрей."

Теперь я не знала, что делать дальше. Снова искать Максима, или начать новую жизнь.

Спустя 4 месяца.

– Кира, Через 2 месяца, в Бельгии, в …холле, состоится моя персональная выставка. Центральной её фигурой будет эта картина.

– Ника…Ты сделала это! Нужно это отметить! А картина! Она так изысканна, Боже мой. Я всегда говорила, что ты не просто талантлива, ты гениальная! Ты разделась, чтобы сделать эту картину?

И как всегда, в нашем любимом кафе, Кира переоценивала мои таланты.

– Кого мне стесняться, себя рисовала я. А всё, что не нужно видеть другим, скрыто.

– Это несомненно твоя