Учитель под прикрытием. - Галина Львовна Романова

«Строю баррикады у дверей своей комнаты и разбрасываю ловушки для студенток», - хотелось ответить мне. Но вслух пришлось сказать совсем другое:

- Это к делу не относится. Становитесь в круг.

- Прямо туда?

Эта Львович что, нарочно пытается вывести меня из себя или просто кокетничает? Со мной так давно не заигрывали симпатичные девушки, что я уже забыл, как это выглядит и как надо реагировать на попытки соблазнения. Тем более что я женат, имею трех детей от трех разных женщин и вообще без пяти минут монах.

- Нет. Вокруг круга, - для особо одаренных показал рукой. – У каждого из вас свой сектор. Каждый из вас должен на нем начертить один символ. Но так, чтобы он не резонировал с соседними символами. Начну я, чтобы вы знали, на что ориентироваться.

Я наклонился и на одном из секторов начертал знак солнца.

- Вот так. Это будет ваш ход, - кивнул парню, который чертил сам круг. – Теперь вы, - кивнул его товарищу. – Какой символ можно расположить рядом с солярным?

- Мы это еще не проходили, - запротестовал тот. – У нас сегодня вообще должно быть первое практическое занятие!

- Да-да, - поддержали его остальные. – Мы только начали изучать пентаграммостроение. Всего только пять вводных лекций было.

Ну, Згашик, ты попал. Если и есть на свете люди, которые знают о пентаграммах меньше тебя, то вот они, двадцать два наивных ребенка. Даже первокурсница Динка разбирается в этом намного лучше благодаря домашнему обучению по методу мэтра Куббика. Но с другой стороны, я не виноват, что пентаграммы только на втором курсе и начинают изучать!

- А может быть, мастер Груви, вы сами покажете нам, какие тут должны стоять знаки? – милым голоском поинтересовалась еще одна девушка. – Инесса Шляк. Можно просто Инесса.

- Да-да, просим! – раздалось со всех сторон торопливое. – Покажите, пожалуйста! Очень просим!

Они мне разве что не аплодировали, а студентка Львович так вовсе повисла на локте и выдохнула интимным шепотом:

- Вы не представляете, как это интересно!

Интересно им! На концерт они пришли? Я им что, приглашенная звезда? И как, хотелось бы уточнить, мне их предлагается развлекать? Начертить им пентаграмму? Какую?

«Любую! – пришла неожиданная мысль. – Кривую, косую, неправильную… А они пусть думают, пусть ищут в учебниках ответ, что именно ты сделал не так!»

- Хорошо, - кивнул головой, заодно пытаясь как можно деликатнее стряхнуть с локтя повисшую на нем студентку. – Но с одним условием. Я черчу, а вы внимательно смотрите, запоминаете или перерисовываете, а потом в качестве домашнего задания ищете, где и какие ошибки я допустил!

А что? Ловко я придумал? Что ошибки у меня будут, сомнений нет. Ваш покорный слуга никогда не мог начертить нормальную пентаграмму, если рядом нет методички или собственных лекций в качестве шпаргалки. И сейчас я вдохновенно плюхнулся на колени и принялся яростно скрести утоптанную землю ножом.

Погода стояла, что надо. Пару дней назад прошел небольшой дождик, после которого не сразу наступила жара, так что земля на плацу была в меру влажная и твердая. Нож оставлял в ней ровные борозды. Я, увлекшись, вдохновенно ползал на четвереньках, бормоча себе что-то под нос, пока студенты, столпившись кругом, зарисовывали все то, что чертил мой нож. Что именно он рисует – меня не волновало. Я был творец. Я творил! Созидал. Изобретал.

И был вынужден остановить порыв вдохновения, когда запоздало сообразил, что больше рисовать просто негде. Осторожно выпрямился, отряхивая ладони от земли и убирая нож. Оглядел свое творение.

- Ну, вот как-то так. Все успели перерисовать? Тогда домашнее задание – отыщите все ошибки, которые я тут наделал.

А то мне самому интересно, чего такого я тут начеркал!

Глава 3

ГЛАВА 3.

Гром грянул на третьи сутки. Я уже начал понемногу привыкать к ритму жизни Колледжа, если можно так сказать, с изнанки. Вакансий ни на одной кафедре пока не предвиделось, так что я оставался просто помощником преподавателя и большую часть времени был практически предоставлен сам себе. Ходил, где хотел, мог зайти в любую аудиторию во время занятий и посидеть на скамье у стены. Мог до полудня валяться на постели в своей комнате. Было немного скучно. Вы скажете – сейчас самое время, чтобы изучить ту самую методику по алхимии? Ну, пролистал я ее. Аж два раза. Но так ничего и не понял. На закладке не было отмечено, кому она принадлежит – только стоял библиотечный штамп. И, что самое интересное, сама библиотекарша не могла сходу вспомнить, кто и когда ее забирал. Но обещала разобраться.

В ожидании результатов ее изысканий, я прохаживался по коридорам вальяжной походкой, отвечая на приветствия пробегавших мимо юношей и девушек. Да, восемь лет назад я был точно таким же. Полон стремлений, честолюбивых мечтаний, карьерных планов. Жизнь внесла свои коррективы. Кто я теперь? В своей основной профессии дальше простого провинциального некроманта мне уже не подняться. На новом поприще карьеру делать что-то не хочется. А что до этой работы… Я всего-навсего выполняю весьма туманный приказ. Вернее, должен выполнить, поскольку за трое суток так и не решил, с какой стороны к нему подступиться.

- Вон он! – за спиной раздался крик и топот ног. - Мастер Груви! Мастер Груви! Да обернитесь! Мы вам кричим!

Так, неужели по мою душу явились жадные до знаний студенты? Что-то мне не хочется с ними встречаться. Ускоряю шаг…

- Мастер Груви! Да остановитесь же!

- Вот бес! Он нас не слышит? Давайте хором!

- Мас-тер Гру-ви! Мас-тер Гру-ви!

От слитного вопля, казалось, содрогнулись стены. Я прибавил шагу и нырнул за угол. Вслед донеслось отчаянное:

- Держи его! Уходит!

Ой, мама! Подобрав полы мантии, перешел на бег.

- Лови его! Хватай!

Погоня? Ага! Не понятно лишь, чего они ко мне привязались? К счастью, от разъяренной толпы мне уже приходилось убегать. Сначала надо оторваться, потом кинуть в преследователей парочкой заклинаний – безобидных, но достаточно ярких, чтобы сбить с толку. И пусть у меня будет всего две-три минуты, оторваться и спрятаться я успею. Другой вопрос, что мне в моем возрасте убегать как-то уже несолидно, но…

Завернул еще раз за угол, чтобы оттуда без помех