Обещание Габриеля - Сильвейн Рейнард

в Филадельфию, чтобы быть ближе к нам с Аароном, но мы его не слишком часто видели. Так что он бросил работу в Темпле и вернулся в Селинсгроув. Он иногда читает курс там и сям в Саскуэханне, но кроме этого… – Голос Рейчел замер. – Ты права. Наверное, ему просто надо больше выходить в свет. Я поговорю с Аароном, чтобы он чаще приезжал домой.

Рейчел опустила глаза на ребенка и осторожно поцеловала девочку в макушку.

– Я тебя люблю, маленькая Клэр. Но не думаю, что смогу быть тебе крестной матерью.

Джулия подняла брови:

– Постой, это почему?

Глава 11

– Если что-то случится с тобой или Габриелем, я воспитаю Клэр как родную дочь. Надеюсь, ты назначишь опекунами меня и Аарона.

Рейчел говорила твердо и определенно.

– Конечно. Мы об этом уже говорили.

У Джулии голова пошла кругом.

– Но я кое-что в Сети почитала. На католическом крещении один из восприемников должен быть католиком. Я могу быть свидетелем, как член епископальной церкви, но восприемником должен быть католик. Поскольку я женщина, церковь потребует, чтобы восприемником был мужчина католического вероисповедания.

– Я этого не знала. – Голос Джулии прозвучал тихо и виновато. – Я думала, все, что им нужно, – это чтобы ты согласилась растить Клэр в лоне Церкви.

– Я бы согласилась, но официально крестной матерью я быть не могу. Только свидетелем, если вы найдете крестного отца – католика.

Джулия застонала:

– Нет же никого. Только мой папа, но…

– Поняла, – перебила ее Рейчел. – Я рада, что вы с твоим папой лучше ладите, но понимаю, почему он не лучший выбор. А мой отец – прихожанин епископальной церкви и Аарон и Скотт – тоже.

Джулия закрыла лицо руками.

– Я идиотка. Я ничего этого не знала; думала, можем выбрать кого хотим.

– Дело вот какое: ты оказала мне большую честь, пригласив меня. Я могу стать неофициальной крестной матерью для Клэр, ее чумовой теткой Рейчел. Но для церемонии вам придется найти католика.

Джулия опустила руки.

– У нас отличный священник. Я могу его попросить сделать исключение.

Рейчел стала раскачиваться энергичнее.

– Нет. Если честно, Джули, я несколько сейчас не в ладах с Богом. И потому мне неловко было бы брать на себя ответственность за духовное руководство Клэр, сама понимаешь.

Джулия смотрела на невестку.

– Ты хочешь это обсудить?

– Я продолжаю верить, но у меня чувство, что со мной поступают несправедливо. Мать скончалась неожиданно. Я хочу ребенка, но не могу иметь детей. – Она подавила тяжелый вздох. – Лицемерием было бы с моей стороны становиться крестной матерью, когда у меня столько сомнений.

– Я думаю, что Бог хочет от нас честности. Даже в сомнениях.

– Да, но я не только сомневаюсь, я ропщу, а это грех. Почему ты не попросишь Кэтрин быть официальной крестной? Она сказала, что она католичка.

– Она закидывала удочки с тех пор, как мы объявили о беременности, – ответила Джулия с жалобной улыбкой.

– Видишь? Она этого хочет. И будет идеальной крестной матерью.

– А как же ты?

Джулия подошла к подруге.

– А мне придется быть тетей Рейчел.

Она наклонилась и поцеловала ребенка в лоб. Девочка нахмурилась, но глаз не открыла.

– Поговорю с Габриелем. – Джулия замолчала. – А как твои дела? На самом деле?

– Бросила прием препаратов для фертильности, но это ты и так знаешь.

– И как самочувствие?

– Физически? Отлично. Но я горюю, Джули. Я действительно хотела ребенка, а этого не будет.

– Я тебе очень сочувствую.

Джулия тронула подругу за плечо. Рейчел погладила волосики на головке Клэр.

– Аарон мне сказал, что ему все равно, будет у нас ребенок или нет. Его больше забочу я.

– Он тебя любит до безумия.

Рейчел не сводила глаз с племянницы.

– Моя жизнь пошла не так, как я ожидала. Я думала, что мама будет всегда. Я думала, что она будет со мной, когда я буду выходить замуж и когда буду рожать детей.

Джулия издала какой-то звук и обняла подругу.

– Но я продолжаю жить, понимаешь? Всегда должен быть путь вперед. Мы с Аароном говорили о приемном ребенке. Может быть, надо навести справки.

– Конечно. А мы с Габриелем будем помогать, если сможем.

Джулия обнимала подругу, и по лицу ее текли слезы.

Рейчел держалась храбро, но никакими словами ее рану было не залечить. Никакое волшебство не изменит всех обстоятельств.

– Я прошу разрешения избаловать этого ребенка. – Рейчел приподняла младенца и прислонила к своему плечу. – Хочу начать с покупки большой и дорогой игрушки или штуковины, которую Габриель будет собирать много дней, если не недель. И чтобы ты засняла весь процесс.

Джулия засмеялась:

– Разрешаю.

Глава 12

Перед самой полуночью Джулия сидела в детской и кормила Клэр. Габриель расположился в кресле-качалке и наблюдал за своей семьей. Он трогал венчальное кольцо, вертел его на пальце. Хотя сосредоточился он прежде всего на текущем разговоре, в глубине сознания скреблись важные новости, которыми еще предстояло поделиться с женой.

Джулия хотела отложить создание семьи, однако получилось иначе. И теперь известие Габриеля должно было все переменить.

Он встряхнулся, выходя из задумчивости.

– Я сегодня говорил с отцом Фортином. Рейчел права – официальные восприемники должны быть католиками. Можем окрестить Клэр в епископальной церкви.

– Рейчел говорит, что если бы стала официальной крестной, то чувствовала бы себя лицемеркой.

– Я могу с ней поговорить.

Будто реагируя на слова отца, Клэр закончила есть. И уставилась на мать.

– Дай я.

Габриель встал, подошел к Джулии, взял у нее ребенка. Взяв лежащий рядом кусок чистой фланели, он накинул его себе на голое плечо и прислонил к нему ребенка.

Девочка стала извиваться в его руках, шумно возражая, пока рука отца не легла ей на спину. Габриель начал ее поглаживать.

Джулия застегнула верх шелковой пижамы.

– Я думаю, надо оставить Рейчел в покое. Ей много с чем приходится справляться, и я не хочу давить на нее, если ей неловко.

– Но ее сомнения – вещь серьезная, – заметил Габриель, покачиваясь с носка на пятку. – Кто-то должен с ней побеседовать.

Взгляд Джулии упал на его татуировку, заметную на левой грудной мышце.

– Сомнения Рейчел вызваны страданием. Ей не хватает Грейс, она горюет, что не может иметь детей, а сейчас еще боится потерять Ричарда. Кажется, она думает, что Ребекка на него глаз положила.

– Чушь.

Он проследил за взглядом Джулии. От него татуировка будто загорелась на коже. Невольно Габриель ушел в воспоминание – насыщенный наркотиками и алкоголем туман потери, который породил татуировку. Сопровождавшая воспоминание