Следующей зимой - Кейт Рона

— Только в твоих влажных мечтах!..

Наша пикировка уже не была с той же злостью, что и вчера, но ощущалось некое ленивое раздражение: и его, и мое.

— Тёма! — возмутилась Маша, наконец оторвав лицо от столешницы. — Господи, как же мне хрено-о-ово!

— Тебе бы в душ, — заметила я, оценивая ее до сих пор не отмытую от косметики мордашку.

— Ага, дойти бы дотуда. Не могу шевелиться…

— Иди спать, Мари, ты еще не отошла, — высказался Звягинцев. Заботушка, мать его. — И надо поесть.

— Только не есть! — Маша схватилась за голову. — Делайте, что хотите, а я спать, — медленно выбравшись из-за стола, она побрела к себе.

Я доела завтрак, предназначавшийся не мне, собрала посуду.

— Подвинься, — буркнула, намекая, чтобы парень открыл мне доступ к раковине. Он допил остатки кофе, отодвинулся, закинул кружку в раковину.

— И мою помой, — и свалил в закат.

— Козел, — прошипела ему вслед.

Конечно, я помыла только свою кружку и тарелку. Маша спала как сурок, когда я вернулась. Быстро переодевшись, я нашла свою сумку под кроватью и пошла обуваться.

Кто-то должен за мной закрыть дверь.

Что за невезение?!

— Звягинцев! — зову я. Тишина. — Звягинцев!

Он появляется из гостиной, слава богу, уже одетый, и неторопливо направляется в мою сторону.

— У меня имя есть.

— Бессмысленная информация, у всех есть имя.

Он смотрит на меня. Я понимаю, что у нас обоих еще не восстановились силы для «драки» или хотя бы нормального спора. Но, кажется, не быть нам друзьяшками.

— Иди уже, как там тебя…

Выхожу, не удостаивая его ответом.

Моя вечерняя смена заканчивается в девять.

— Алис, давай провожу, все-таки уже темно, — это Руслан поджидал меня возле подсобки. На мой удивленный взгляд поясняет, что ходил по магазинам, вспомнил, что у меня смена, и решил дождаться. Действительно, у него в руках несколько пакетов. Вроде всё сходится, но почему у меня ощущения, что это не случайность?

Не удается подтвердить свои подозрения: всю дорогу до дома он болтал об учебе. Наверное, я слишком самонадеянна (или параноик).

«Не давайте мне больше так пить!» — читаю в мессенджере.

«Девочка хотела напиться из-за мудака — девочка напилась. Мы тут при чем?))» — Злата не щадит.

«Сучка!»

«Которую ты вечно жамкаешь и обслюнявливаешь!»

«Ну ты ж такая милашка, не могу удержаться! А Алиска молчит что-то…»

«Не хочет читать твои розовые сопли».

«Алиса! Ты где? Шлю тебе лучи добра и розовые сопли. Приезжай, буду обнимать. Ты меня спасла вместе с Тёмой!»

Я сначала улыбалась, пока не дошла до последнего предложения. Морщусь. И без него бы справилась. Пишу:

«Засранец твой Тёма!»

И тут же жалею об этом. Но Маша уже прислала недоумевающий эмодзи.

«Да кусанулись с ним вчера». И добавляю: «Ничего серьезного».

«Из-за чего?»

Я не стала скрывать, всё же обида от его слов еще сидела во мне:

«Выгонял меня, намеки какие-то намекал. Может, тебе объяснит, что его не устраивает в моей персоне?»

«Хм, поговорю с ним».

Я уже была в кровати, когда пиликнуло уведомление от инстаграма.

«Пожаловалась мамочке, Аникина?»

Ой, и фамилию мою узнал, какой подвиг!

«Довела до сведения, Звягинцев».

Ответа не последовало, напрасно я ждала. Да и фиг с тобой. Беспокойных снов, Звягинцев!

34 дня до зимы

Вторая пара тянется невыносимо долго. Я тру глаза, пытаясь не заснуть. Попов куда-то свалил и оставил вместо себя аспирантку читать лекцию. На удивление в аудитории тихо. И это вкупе с монотонным голосом лекторши действует вернее любого снотворного. Я залипаю на сменяющие друг друга сообщения в групповом чате.

«Ей бы сказки детям на ночь читать».

«Смерть на статистике. Кому это выгодно? Скандалы, интриги, расследования».

«Дайте спичек для глаз, щас усну!»

«Не думала, что когда-то такое скажу, но Петров лучше».

«Он мой! Он так эротично рассказывает о всех этих медианах, средних гармонических, дисперсиях… мать моя женщина!»

Маша, как ни странно, прилежно записывает лекцию.

Я пропускаю в тетради место, чтобы потом переписать кусок. И, вместо того чтобы начать писать, гляжу в окно на облетевшие деревья, растущие по периметру крошечного скверика, спрятанного за корпусами университета. На лавочке замечаю Звягинцева и еще нескольких человек, скорее всего, одногруппников. Они все с тубусами, с большими папками для чертежей. Артём учится на архитектурном. Маша как-то упоминала, что у его отца строительная фирма. Возможно, отсюда и специальность… Мне интересно, это его личный выбор или родителей? Я снова обдумываю свою будущую профессию. Снова сомневаюсь. Машка говорит забить и учиться, вот когда пойму, что хочу, тогда и думать. Может, она права.

Артём смеется. Сегодня его волосы не стянуты в хвост, хотя обычно в универе я вижу его именно с собранными волосами. Он дурачится, устраивает бои на тубусах с одногруппником. Мне редко выпадает возможность понаблюдать за ним. А сейчас я могу абсолютно безнаказанно это сделать. И мне даже не стыдно.

Его улыбка заставляет мое сердце ныть. Разве законно быть таким красивым? На минуту прикрываю глаза и вздыхаю.

— Аникина, а ну пиши давай! — бурчит Маша. — Куда уставилась?

Я тут же принимаюсь писать, но Маша уже увидела, куда я глазела.

— О, Тёмка! Сходишь со мной после пар к нему?

— Зачем?

— Хочу попросить его затащить Юрку на вечеринку.

— Так напиши…

— Не, надо лично, чтобы отказаться меньше шансов было.

— Хорошо…

Не хорошо! Я не хочу к нему идти. Не хочу о нем думать. Не хочу о нем знать. Не хочу искать его в толпе. Для меня это всё слишком! Хочу просто учиться.

— Уже 10 минут прошло! — возмущается Щепин. — Можем идти домой!

— Да-да, пойдемте! — подхватывает Акулова и семенит в сторону лестницы, за ней хотели последовать еще несколько человек.

— Стоять, бандиты! — кричу. — Встали и ждем. Схожу узнаю, где препод.

Маша хихикает над замершей Акуловой.

Оказывается, преподавательница сильно опаздывает и пара будет позже. Возвращаюсь и объявляю всем об окне. Естественно, одногруппников сразу ветром сдувает.

— Блин, и когда мне теперь караулить Тёму? — сокрушается Маша.

— Просто напиши ему.

— Ага, — Фомичева уже строчит ему. — О, у него два окна, оказывается! Это судьба! Пошли, Лиса Алиса!

Шанса сбежать нет — меня тащат за руку. Мы выходим к скверу, где веселилась группа Звягинцева. Маша сразу машет ему и летит навстречу.

— Есть разговор, — без предисловий выдает подруга.

Я же коротко киваю на его